Хорошая девочка для плохого мальчика - Елена Безрукова

Я в полном шоке смотрела в его карие глаза. Он не шутил, я знаю этот его серьёзный взгляд. Значит, он в самом деле делает мне предложение едва мы закончили школу?

Меня накрыло безумное волнение…

— Кострова, ну чего ты молчишь? — расстроенно спросил он. — Сама говорила, что любишь…

— Люблю.

— Тогда выходи за меня.

Было очень страшно почему-то, но я всё же робко кивнула в ответ.

Я просто не смогла бы сказать ему “нет”...

— Да? — Вгляделся он в меня, словно сам не поверил своим глазам.

— Да, — ответила я негромко, но твёрдо.

Я понимала, что никого другого я так любить не смогу. Так чего нам ждать?

— Бэмби… — улыбнулся он и прижался лбом к моему. — Чёрт, как же я тебя люблю, я просто с ума схожу…

А потом он вдруг подхватил меня под попу и просто понёс куда-то из зала.

— Даня! — возмутилась я, хватаясь за его шею, чтобы не упасть. — Ты куда?

— Во взрослую жизнь! — заявил он, вышел из зала и направился со мной на руках к машине.

Он привёз меня на высокую гору, откуда было видно почти весь город. Мы стояли в тишине и смотрели на огни города, обнявшись друг с другом.

— Зачем мы здесь? — Спросила я.

— Тебе здесь не нравится?

— Нравится. Просто — зачем?

— Я же сказал, что украду тебя у всех, — хмыкнул он и взял моё лицо в свои ладони. — Хочу, чтобы этот вечер мы провели только вдвоём. Как и все наши дальнейшие вечера…

— Ты сумасшедший, — покачала я головой.

— Да-а, Бэмби, — улыбнулся Даня мне. — Ты меня сама свела с ума. Понравилась мне — сама виновата. Теперь пожинай плоды моей любви…

Мягкий поцелуй растворился в тёплой июньской ночи, увлекая нас за собой.

ЭПИЛОГ.

— Можно? — спросила я, заглядывая в комнату.

— А? — Моя мама обернулась на голос и посмотрела на меня. — Да, конечно. Можно…

Ну вот. Сейчас Даня увидит её. Я не хотела его сюда везти, но он сам настоял, что хочет познакомиться с моей мамой, пусть она и…необычная.

Кстати, в последнее время словно случилось чудо — болезнь мамы перестала прогрессировать и врачам удалось её купировать и даже нивелировать некоторые последствия. Мама стала меня узнавать…

Когда она впервые за долгие месяцы назвала меня Агнией и доченькой и посмотрела на меня как на родного человека, а не как обычно словно сквозь меня, я расплакалась.

Неужели я снова увидела её — свою маму?

Страх, что она в очередную нашу встречу опять меня не узнает, оставался ещё долго, но каждый раз не оправдывался. Мама многое путала, не знала, сколько точно мне лет и не помнила когда мой день рождения, но… Это уже мелочи.

Главное, что она теперь узнает меня и деда.

— Мам, привет, — вошла я в комнату, ведя за собой за руку Даню. — А у меня сюрприз.

— Здравствуй… дочь, — ответила она и с изумлением и интересом стала изучать парня, что возвышался надо мной.

— Это Даниил. А это моя мама — Юлия Михайловна.

— Очень приятно, — вежливо отозвался Даня.

— Это твой друг? — перевела серьёзный взгляд на меня мама.

— Это…мой жених, — замялась я сначала. Так непривычно это говорить…

Даня — жених. Мой будущий муж.

— Жених? — совсем обалдела мама и подняла брови. — Вы…женитесь?

— Да, — кивнула я. — Осенью.

— А-а… — протянула она, улыбаясь нам. — Ну да, да… Любовь — это же прекрасно. Вы такая красивая пара, конечно, вы должны быть вместе. Ну… Поздравляю.

Она раскинула руки в стороны, приглашая меня в объятия, и я подошла к ней. Обняла её в ответ.

Наверное, будь мама здорова полностью, она бы задавала много вопросов. Но сейчас она просто радовалась за нас и благословляла. Я чувствовала, что она улыбается искренне.

Дед, кстати, отнёсся к новости о нашей предстоящей свадьбе, вполне спокойно, словно ожидал этого.

Даня просил у него моей руки. И дедушка не нашёл повода препятствовать.

Наша любовь рождалась и на его глазах, а её плоды в виде рыжего котёнка до сих пор живут у нас дома! Так никому я Малыша не отдала. Оставила себе.

— Ты только не обижай нашего Огонёчка, — сказала мама Даниилу. — Если ты её потушишь, назад уж не вернуть будет. Она у нас такая… Ранимая. Доверяет только один раз.

— Не буду обижать, — взял меня за руку Даня. — Буду только любить. И не дам погаснуть…

— Дай бог, дай бог…

Мы ещё немного поболтали с моей мамой, а затем отправились в город.

Мама Дани, уже по традиции, ждала нас на ужин, после которого Даниил отвозил меня домой.

Возле машины я вдруг остановилась и обернулась на клинику.

Интересно, есть шанс, что мама когда-нибудь оттуда выйдет?

Даня молча обнял меня и стоял рядом.

Я покосилась на него.

— Ну вот. Теперь ты знаешь обо мне всё. И всё видел…

Он промолчал. Лишь чмокнул меня в макушку с высоты своего роста.

До сих пор так и не привыкла к мысли, что мы теперь вместе, и я даже могу обнимать и целовать этого вечно недовольного хмурого медведя. Хотя со мной он как раз бывает совсем другим… Любовь его красит.

— Вот такая у меня мама…

— Ты стыдишься её? — спросил он. — Брось, Бэмби. Она — твой родной человек. Она не виновата, что болеет. И ты не виновата в этом тоже. Чего тут стесняться?

— Да я… Не то чтобы стесняюсь…

— Не ври, Бэмби, — слегка сжал он моё бедро. — Стесняешься. И в дневнике ты писала об этом со стеснением. Потом боялась, что я расскажу всем… Кстати.

Он поднял пальцами мой подбородок и посмотрел в мои глаза.

— Прости меня… За те слова про твою маму, — сказал он. — Это было жестоко. Твоя мама — замечательная, просто потому что она — твоя мама и подарила мне тебя. И красоту свою тебе подарила. Извини меня, я вёл себя как придурок тогда. Мне просто…мозги переклинило.

Да,