Начало нас - Лайла Джеймс

Мэддокс и Лила - это сложно.

Теперь я понимаю, почему они так боролись со своим влечением друг к другу. Их дружба была идеальной, и они не хотели рисковать, чтобы изменить сложившуюся между ними динамику. Они встречались полгода, и все было прекрасно.

Пока все не стало запутанным и сложным. Теперь и Лила, и Мэддокс вынуждены бороться с разбитыми сердцами и разрушительными последствиями своей любви.

— Ты думаешь, нам стоит уехать и вернуться в Бостон? — спросила Райли, когда я замолчал.

Я держу ее за руку и даже не знаю, когда я к ней потянулся. Наверное, я сделал это неосознанно. Райли тянет меня к киоску со сладкой ватой.

— Мне не нравится проводить праздники с семьей, и тебе тоже. Так что давай вернемся в наши квартиры. Я могу заказать нам билеты на самолет, и мы улетим сегодня вечером.

Она сразу же кивает, даже не задумываясь над моим предложением.

— Хорошо.

— Почему ты сегодня такая покладистая? — осторожно спрашиваю я. Райли всегда такая упрямая. Стоит ли мне волноваться?

Я плачу за сладкую вату, а она хмуро смотрит на меня. Я вижу, как она пытается скрыть улыбку.

— Не порть это, Беннетт.

Я беру у продавца пушистую голубую сахарную вату и протягиваю ей. Она берет ее, довольная своим сладким, карамельным приобретением. Райли откусывает маленький кусочек и счастливо вздыхает.

Ее улыбка расширяется, и я клянусь, что мое сердце замирает.

Черт, кажется, я только что выиграл в лотерею.

Два часа спустя я подъехал к дому Райли. Она быстро слезает с моего мотоцикла и протягивает мне свой шлем.

— Моих родителей еще нет дома. Я быстро соберу свою сумку, — говорит она мне, слегка задыхаясь. — Подожди здесь.

Я поднимаю козырек своего шлема.

— Конечно.

Ее волосы немного растрепаны, щеки раскраснелись, а красные губы - черт, я так хочу попробовать их на вкус. Словно прочитав мои мысли, она прикусила нижнюю губу, а в ее глазах блеснуло что-то похожее на озорство.

— Вы пытаетесь соблазнить меня, мисс Джонсон?

— Нет. — Она моргает, притворяясь невинной. — Но соблазняете ли вы, мистер Беннет?

Какая же она искусительница.

— Ты уже давно околдовала меня, — признаюсь я, и мой голос звучит хрипловато. — И что ты собираешься с этим делать?

Райли постукивает указательным пальцем по подбородку, ухмыляясь.

— У меня есть несколько идей, — мурлычет она.

Я издаю стон. Она убивает меня, и это будет сладкая, блядь, смерть.

— Иди и собери свою сумку, — прорычал я.

Она издала придыхающее хихиканье и крутанулась на пятках. Она делает два шага вперед, а затем останавливается. Я слышу ее шокированный вздох, и ее тело напрягается.

В замешательстве я поворачиваю голову в ту сторону, куда она смотрит, и ищу, что ее так расстроило. Когда я, наконец, замечаю причину ее шока, мое сердце ударяется о ребра.

Время замедляется.

И ужас наполняет мои вены. Черт.

Это последний человек, которого я хочу сейчас видеть, и я не хочу, чтобы он находился рядом с Райли. Как долго он сидит здесь, на ступеньках крыльца Райли, и ждет?

Он медленно поднимается на ноги, засовывает руки в карманы джинсов и делает шаг к моей чертовой девочке.

Ее ноги по-прежнему прикованы к земле, тело напряжено и неподвижно. Я не знаю, дышит ли она вообще. Он делает еще один шаг, потом еще два, медленно сокращая расстояние между собой и Райли.

Когда он оказывается в пределах досягаемости, я замечаю, что ее пальцы дрожат. По ее телу пробегает тихая дрожь, и мои легкие болезненно сжимаются.

— Привет, Райли, — произносит он ее имя с нежностью на губах.

Все ее тело вздрагивает от звука его голоса, и она словно наблюдает за оживающей статуей.

— Грейсон, — выдыхает она его имя.

ГЛАВА 46

Райли - 22 года

Звук моего имени на его губах опустошает меня.

Прошло два года, одиннадцать месяцев и восемнадцать дней с тех пор, как я в последний раз слышала его голос.

Грейсон все тот же, но в чем-то другой.

Его волосы по-прежнему коротко подстрижены, а на подбородке, по крайней мере, несколько недель назад появилась грубая щетина. У него родинка прямо под правым глазом. Раньше ее не было. И теперь он стал крупнее, если это вообще возможно.

Грейсон выглядит… старше. Более зрелым.

И усталым.

В его темных глазах горе. Знакомое горе, которое находит отклик во мне.

Я открываю рот, чтобы сказать, но потом снова закрываю его. Я не знаю, что сказать. Грейсон здесь, стоит передо мной, и я так долго ждала этого самого дня. У меня так много вопросов, но теперь, когда он здесь…

Я не знаю, с чего начать.

Я не могу… дышать.

Грейсон смотрит поверх моих плеч, и я знаю, что он видит. Колтон и я вместе. Он отвез меня домой на своем мотоцикле. Мы представляли собой идеальный образ уюта и интимности. Грейсон видел, как мы флиртовали раньше? Он услышал?

Его взгляд скользнул обратно к моему, скользя по моему лицу. Грейсон внимательно изучает меня, и мое сердце замирает в глубине живота. Он сглатывает, прежде чем заговорить снова. 

— Ничего, если мы поговорим? — осторожно спрашивает он.

Мое сердце болезненно колотится в груди.

Насколько я помню, он до сих пор такой красивый. Смотреть на него, слышать его слова, видеть его перед собой - это глубоко ранит меня. Я истекаю кровью там, где ее не видно, в самой глубине моей души. Там, где все еще живет боль от разбитого сердца, и мне горько от этого.

Позади меня Колтон издает звук сдавленного разочарования в глубине горла. 

— Мы опоздаем. — Я вздрагиваю от внезапной резкости в его голосе. — Нам нужно успеть на рейс.

Я инстинктивно делаю шаг назад, от Грейсона к Колтону.

— Подожди, Райли, — говорит Грейсон с легкой паникой в голосе. Он протягивает руку, как будто собирается прикоснуться ко мне. Но затем он понимает, что собирается сделать, и его рука падает обратно на бок. — Я знаю, что никогда не давал тебе должного заключения, но мне просто нужен шанс… объяснить. Мне просто нужна минутка твоего времени. Я не займу больше десяти минут, обещаю.

Раньше все его обещания были ложью.

Но…

Я хочу знать, что он скажет.

Почему он бросил меня? Почему он разбил мне сердце? Почему он ждал почти три года, прежде чем снова предстать передо мной?

— Райли, — кричит Колтон