Мой невозможный дракон - Натали Палей

— Леди Оринис от горя не знает что говорит. Заявляет, что ее истинный жив, а вокруг ей чудятся предатели.

Что, значит, заявляет?.. Я насторожилась.

Тот самый полицейский, который хотел прервать меня, нахмурился, но я вновь остановила его властным жестом.

— Мне ничего не кажется. Преступление — дело рук не заговорщиков. Черные драконы, чьи имена пока не называю, отравили моего жениха. — Пауза. — Уверенные, что он умрет мгновенно. — Пауза. — Не подозревая, что между мной и сэром Миральдом связь истинных закреплена так прочно, как это только возможно. — Снова пауза. — Благодаря чему он до сих пор жив.

— Разве сэр Миральд жив? — глава изумрудных драконов хмуро уставился на меня. — Незадолго до вашего появления целители сообщили нам, что Миральд Мэлвис ушел за Грань. Он упал с неба и не выжил. Да ведь и вы были там, а, значит, все видели.

Голова пошла кругом. Как целители могли сообщить эту ложь⁈ Как это я все видела?..

— Мы спасли его, не дав разбиться… Мы… — я осеклась.

Только ведь этого из драконов никто не видел. Драконы появились позже. И целители пришли с ними. Но целители же до сих пор борются за жизнь Миральда! Они не могли… Или… могли и не борются?

— Леди Оринис, вы что-то путаете. Сэр Мэлвис погиб от яда и удара о землю. Об отравлении мы не подозревали, о нем рассказал Рафаэль, которому, в свою очередь, сообщили вы через сестру. Целители зафиксировали его смерть. — Кассий Первый смотрел на меня мрачно.

— Лери, спроси у Рафа, к какому клану принадлежат целители? — шепнула я, начиная понимать, что происходит, и почему Мира никто не спасает. Зачем спасать того, кто якобы уже мертв?

— Вы обвиняете черных драконов в преступлении, леди? — это уже полицейский. — На основании чего? У вас есть доказательства?

«Собственно, есть, только боюсь, что с такой организацией черных оно загадочным образом исчезнет. Или ещё что-то случится». Мы это обсудили с Лери перед появлением и решили пока умолчать об артефакте. Как чувствовали.

— Я стала слышать Магию мира. Ее шепот преследует меня. Об отравителях мне сообщила Она, — твердо ответила я.

« Попробуйте проверьте».

Лица присутствующих вытянулись. Полицейский нахмурился ещё больше. А вот герцог Валис как-то неестественно побледнел.

— Ещё Она шепнула о том, что среди драконов есть те, кто знает о древнем ритуале возвращения к жизни и может спасти сэра Мэлвиса. Который все ещё жив.

Недоверие на окружающих меня лицах…

Сощуренный взгляд герцога Валиса, полный ненависти. И когда он успел меня так возненавидеть?..

Ввинчивающиеся в меня подозрительные и недоверчивые взгляды драконов всех кланов…

Тихий судорожный выдох потрясенной сестры: «Целители из клана черных».

— Господа, с помощью портала вы легко можете убедиться в том, что сэр Мэлвис жив, но находится без сознания. Уверена, что целители, которые сообщили о его смерти, совершенно случайно принадлежат клану черных драконов.

Послышался возмущенный ропот, особенно среди представителей белого клана. Кассий нахмурился ещё больше, встретился взглядом с ледяным взглядом герцога Валиса. Мое сердце замерло в ожидании.

— Нас вернули во дворец якобы для расследования, а на деле, чтобы мы не смогли помочь Миральду? — процедил глава изумрудных.

— Если сэр Миральд жив и возможно его спасти, нельзя бездействовать! — в гневе вскричал кто-то.

— Герцог, именно вы заявили, что сэр Мэлвис ушел за Грань, — Кассий Первый уставился на черного дракона. — Ваши целители совершенно случайно оказались во дворце и отправились на помощь моему племяннику, который оказывается ещё жив и его можно спасти.

Внутри меня все заклокотало от гнева, ментально потянулась к Миру, и сердце застыло от ужаса: сначала я совсем не почувствовала его в этом мире, но затем… слабое биение сердца и прозрачные, очень тонкие, связующие нас нити, которые уже рвались…

— Она сказала, что по вашему поручению отравили мою пару. — Я пристально уставилась на герцога.

По взгляду Валиса совершенно отчетливо поняла — один из голосов, которые шли из записывающего артефакта, принадлежал ему.

— Герцог Валис! Герцогиня Оринис заявляет, что вы… — начал глава изумрудных драконов.

— Разве вы не видите, что герцогиня сошла с ума? Ей чудятся голоса, она несет ахинею. Мэлвис тоже сошел с ума, — ледяным тоном заявил герцог Валис. — Иначе не пытался бы лоббировать то, что улучшает положение людей. Поэтому… приказываю всем оставаться в этом зале.

— Вы пока ещё не император, герцог, чтобы приказывать, — процедил Кассий.

Властный жест Валиса, и черные драконы достали спрятанное под праздничной одеждой оружие, быстро распределяясь по периметру зала. Артефакт в форме прямоугольника, черный с тонкими золотыми жилами, упал в центр. С глухим звуком, от которого многие вздрогнули.

Алерия схватила меня за руку.

— Кто попытается сотворить портал, того при переходе разорвет, — невозмутимо заявил Валис, указав на артефакт. — Стража, возьмите девиц Оринис под арест.

— Вы что творите, герцог? — Кассий в изумлении уставился на черного дракона.

— Историю, мой друг. Я творю историю. Для драконов. И только для них.

И меня озарило: черные драконы всегда любили воевать, были самыми жестокими из всех кланов… А войны давно не было. Черные хотели этой войны! Герцог хотел войны! Хотел, чтобы исчез купол, а тот вдруг окреп…

— Брат, — вышел вперед очень красивый, пожилой и невероятно бледный мужчина. — Ты заявил, что многие драконы желают смерти сэру Мэлвису. Но, похоже, ты один хочешь этого, как и войны в Ритании. Я больше не поддерживаю тебя.

Второй — из записывающего артефакта. Сомневающийся.

— Ты потерял дракона, так лучше умер бы как мужчина, как воин, на поле боя, — сквозь зубы с презрением процедил герцог.

Он молча подошел к артефакту в центре и активировал ещё один — черный браслет на руке — вокруг высокой фигуры герцога появилась прозрачная защитная стена. Теперь никто не сможет к нему приблизиться, чтобы дезактивировать то, что мешает спасти Миральда… По крайней мере, быстро с ним не справиться.

В этот миг я почувствовала невероятный холод в груди, в районе сердца, — связующие пару нити стали обрываться одна за одной…

— Нет!!! — мой душераздирающий крик заставил отшатнуться всех, а губы герцога довольно скривились. Боль и ярость затопили с головой, меня затрясло от потрясения и горя.

— Герцогиня, не