Черный код - Вергилия Коулл

На следующий день я поехала в банк. Лежать и плакать могла бы бесконечно, только облегчения это не приносило. Все-таки не зря меня учили в лаборатории преодолевать себя, страхи и трудности. Я хотела бы остановиться, опустить руки и сдаться, потому что на сердце такой камень лежал – хоть волком вой, но, оказалось, от привычек не так-то просто избавиться. Впервые со времен, как взялась заниматься убийством Соловьева, я вновь испытала благодарность к нему за то, кем он меня сделал. И суть тут крылась даже не в способностях перцептора.

Полночи ворочалась без сна, ломая голову над содержимым упомянутой ячейки. Макс до последнего не собирался давать о ней знать. Оставил самое важное напоследок? Я поняла, что сойду с ума, если лишусь хоть какой-то надежды увидеть его снова, а попытки разгадать план давали повод надеяться.

В просторном фойе меня встретил вежливый администратор – молодой человек в деловом костюме. Он выслушал проблему и тут же проводил меня к другому специалисту. Девушка с длинными золотистыми волосами радушно улыбнулась.

– Назовите номер ячейки.

– Я… не знаю номер, – растерялась я и тут же мысленно отругала себя: почему не подготовилась заранее?

– Может, имя владельца? – девушка всем видом показывала, что хочет помочь.

– Максим Велс.

Она приуныла.

– Простите, но пользоваться доступом может только владелец.

Впрочем, такого ответа я и ожидала. Просто хотела убедиться. Значит, надо подумать иначе. Судить с позиции того, кто собирается показать, а не спрятать. Макс не стал бы давать мне зацепку, которой я не смогла бы воспользоваться. Он же прекрасно понимал, что в ячейку на его имя человеку с улицы доступ не дадут. Тогда…

– На Аниту Юсупову поищите, пожалуйста, – попросила я.

Девушка набрала данные в компьютере, снова приветливо улыбнулась.

– Ваш паспорт, пожалуйста.

– Пожалуйста, – я вынула из сумки документ.

Она сравнила фотографию.

– Все в порядке. Пройдемте.

По начищенному до блеска полу меня проводили в соседнее помещение с рядом одинаковых несгораемых шкафов по стенам. Девушка поискала нужный номер, отперла металлическую дверку своим ключом, вынула продолговатый серый ящик и поставила на пустой стол в центре комнаты. Сделала приглашающий жест.

– Когда будете уходить, позовите меня, пожалуйста. Я уберу.

Я поблагодарила, и она удалилась, цокая каблучками. Мой взгляд метнулся к ящику. Крепкий бронированный корпус, наглухо запаянный, с какой стороны не подступись, а на крышке – электронное табло для введения кода, как в сейфе. Ощутив дрожь волнения в пальцах, я набрала тот самый пароль, который уже использовала в спальне Макса.

Не подошел.

Что же это за пароль? Озадаченно постучав по подбородку, я попробовала ввести дату своего рождения. Всегда применяла эту комбинацию цифр в подобных случаях, и если Макс видел моменты прошлого, мог узнать. Но нет. Ящик оставался наглухо запертым.

Я напрягла память и попробовала воспроизвести перед мысленным взором дату рождения самого Максима. Видела же ее в деле, когда изучала. Вроде бы даже получилось, только вот открыть замок не помогло. Следующие несколько минут я хаотично набирала различные варианты цифр, какие только приходили в голову. Бесполезно.

В сердцах я стукнула кулаком по столу, потом отвернулась от ящика, присела на край столешницы и разочарованно выдохнула. Неужели Макс переоценил мои способности? Или слишком намудрил и сам запутался? Как мне открыть ячейку без пароля?! Что там Вронская говорила? «Это конец»? Вот точно, конец. Конец всем надеждам.