Вереск и бархат - Тереза Медейрос

Пруденс слегка дунула в дуло пистолета и засунула его за пояс юбки. Рукоятка еще одного пистолета торчала рядом.

Себастьян был изумлен вспышкой желания, охватившего тело, и ощутил приятную тяжесть в паху при виде Пруденс. Она сидела на горячем жеребце Мак-Кея с легкостью и изяществом искусной наездницы — этакая горная принцесса. Ее плечи бережно укрывал черно-зеленый плед Керров. Не хватало только разбойничьей маски, но ее заменили очки в золотой оправе. Она явилась к хижине арендатора не на костюмированный бал, а на маскарад смерти, участники которого не становились менее опасными, будучи узнанными под своими масками.

Пруденс отбросила волосы с плеча.

— Эй! Мсье д'Артан, вы дома?

Себастьян навалился всем телом на подоконник, чтобы не соскользнуть вниз.

— Черт возьми, глупая девчонка, немедленно уходи отсюда, пока тебя не убили!

— Тише, — прошипел д'Артан, дернув его за волосы. Он пересек хижину и открыл дверь. Злобную гримасу на хищном лице сменила любезная улыбка.

— Доброе утро, Ваша Милость. Я так рад, что вы смогли заглянуть. Не желаете ли бросить пистолеты на землю и присоединиться к нам?

Девушка лукаво улыбнулась.

— Но зачем, виконт? По правде говоря, я совсем не умею стрелять.

В ответ Д'Артан приставил пистолет к виску Себастьяна и взвел курок. Пруденс пожала плечами и, игнорируя взбешенный взгляд своего мужа, бросила оружие в траву. Она спешилась и направилась к хижине.

Себастьян увидел, как нервно дернулся д'Артан, когда Пруденс пинком распахнула дверь, отчего та с грохотом ударилась о стену. Она вошла развязной походкой и опустилась на стул, затем вытащила сигару из складок пледа, наклонилась и прикурила от пламени фонаря.

Д'Артан, разинув рот, с изумлением и некоторым страхом смотрел на сидевшую перед ним женщину, не узнавая в ней робкую племянницу Триции или надменную герцогиню Уинтон.

Себастьян с восхищением глядел на Пруденс. «Боже, — подумал он, — девчонка великолепна! Но, что, черт возьми, она задумала?»

Пруденс взяла сигару двумя пальцами и положила ноги в сапогах на стол.

— Доброе утро, джентльмены. Полагаю, нам с вами нужно обсудить одно дело.

Д'Артан медленно отпустил внука. По лицу деда Себастьян мог догадаться о той мучительной борьбе, которая шла в его душе. Дед терпеть не мог неизвестности, и если ему придется иметь дело с сумасшедшей, он захочет поскорее покончить с этим.

Виконт сунул пистолет в карман фартука.

— Я заказал себе билет на корабль до Франции. Я должен получить формулу твоего отца до отъезда. У меня готовы все компоненты, чтобы проверить ее. Дай ее мне. Немедленно.

— Я не осмелилась записать формулу. — Пруденс постучала пальцем по виску. — Я храню ее здесь. — Она выудила из складок пледа серебряную фляжку и сделала большой глоток, не спуская с д'Артана настороженного взгляда. — Вы должны помнить, что это очень опасная формула. Мой отец умер из-за нее.

Виконт оперся руками о стол и наклонился к ней.

— А я готов убить из-за нее.

Пруденс сделала глубокую затяжку и, выпятив губы, медленно выпустила облако дыма в лицо д'Артана. Старик вмиг посинел и зашелся в кашле, слезы брызнули у него из глаз. Он резко сдернул плед с плеча девушки и туго обмотал его вокруг ее шеи.

Еще секунду назад Себастьян поклялся бы, что не сможет встать. Но не успев понять до конца, что делает, он подскочил и оттолкнулся от окна с единственным желанием — сжать пальцы на шее д'Артана и выдавить из него жизнь по капле.

Копье мучительной боли пронзило плечо. Голова закружилась. Пруденс поддержала его, нежно подхватив под руки. Встревоженный д'Артан маячил позади нее.

— Ну-ну, дорогой, — успокаивая, сказала она и отвела Себастьяна к окну. — Ты не должен винить своего деда за нетерпеливость. Он ждал этого достаточно долго. Сядь на подоконник, хорошо, и заслони мне свет. Многие из этих компонентов нежны и очень чувствительны к солнечным лучам.

Себастьян закрыл глаза, испытывая мучительное желание притянуть ее к себе и защитить.

— Не давай ему формулу, Пруденс. Он убьет тебя, как только получит ее.

Переливы низкого, колдовского смеха заставили бы Трицию упасть в обморок от зависти.

— Конечно же, нет, глупенький. — Она улыбнулась д'Артану через плечо. — Твой дедушка — порядочный человек.

Солнце просвечивало пушистые волосы Пруденс, придавая им теплый светло-коричневый оттенок. Глаза девушки сияли странным лихорадочным блеском.

Д'Артан указал на стол.

— Революция никого не ждет. Приступим?