Сложности - Кристен Эшли

— Привет, пап, — поприветствовала она, вставая на носочки рядом с ним, наклоняясь вперед и перенося весь вес на него. Мэми опиралась на его плечи, положив руки ему на предплечья, а голова ее была откинута назад. Дочь ухмылялась.

— Привет, малышка, — пробормотал он, разжимая руки и касаясь пальцем ее носа.

— Можно мне поп-корн?

О черт.

— Ты спрашивала у мамы? — поинтересовался он.

Выражение ее лица подсказало ответ.

— Мэми, — это было все, что он сказал.

Она сморщила лицо, затем соскользнула в сторону, но при этом повернулась так, что ее плечо оказалось прижатым к его боку.

Хикс завел руку за ее спину и прижал дочь к себе.

— Твой брат уже здесь? — спросил он, снова осматривая трибуны.

— Он поехал за Венди, потом приедут сюда, — сказала она ему.

— Хорошо, — пробормотал Хикс.

— Привет, дядя Тост, — запоздало поприветствовала она.

— Привет, красавица, — ответил Тост.

— Хотите поп-корн? — спросила она. И сразу же предложила: — Я могу принести.

— И съесть половину по пути? — спросил Тост.

Она одарила его нахальной улыбкой.

— Иногда они не накладывают до самого верха.

Тост оттолкнулся от стены, чтобы достать бумажник.

— Тогда я точно хочу попкорн.

— Тост, — предупредил Хикс.

— Что? — с притворной невинностью спросил друг. — Я ужинал целых пятнадцать минут назад. — Он протянул деньги дочери Хикса. — И проголодался.

Она широко ему улыбнулась, взяла деньги и ушла.

— Поделюсь еще одной мудростью, брат, — начал Тост, устраиваясь поудобней. — Если тебе представится возможность подгадить им или разозлить любым способом, воспользуйся ей.

— Хоуп существует для меня только как женщина, к которой каждую вторую неделю отправляются мои дочери. Но она ищет любые возможности доказать обратное. Я не большой любитель отдавать ей дочерей.

— Так ли это?

— Да.

— Я смотрю на нее прямо сейчас, брат.

Хикс отвел глаза с площадки, куда выходили девушки, чтобы посмотреть на Тоста, а затем проследил за ее взглядом, который был направлен на Хоуп, сидящую на трибунах и наблюдающую за ними.

Она больше не выглядела рассерженной. Она была печальной.

«Господи».

Хикс вернул внимание к игрокам, но промолчал.

— Она хочет, чтобы ты вернулся, Хикс, и очень сильно, — поделился Тост.

У Хикса был ответ на это.

— Если это и правда, ничего хорошего ей не светит.

— Та другая, знаешь…

Его голос затих, когда Хикс посмотрел на него.

— Что я знаю?

Тосту явно было неловко, когда он проговорил:

— Ты долго оставался вне игры, но должен знать, что с таким не играют в игры.

— С какими? — спросил Хикс, желая знать, куда заведет разговор, и будет ли он в ярости или нет.

— С хорошими, Хикс.

Значит, в ярости он не будет.

Тост не закончил:

— Благодаря тому, что мы дружим, все достаточно свободно говорят о ней. Я узнал, что она как вторая мать для дочерей Лу, что очень хорошо, учитывая, что большую часть времени у них нет отца. Слышал, что у ее брата проблемы с головой, и она заботится о нем. Господи, они ездят играть с собаками в приют по выходным! Я как-то зашел в кофейню «Бейбикекс» в воскресенье сразу после того как они с братом ушли, и богом клянусь, Бейбикекс выложила мне все напрямик: либо я достану твою голову из задницы или же это сделают остальные жители города.

Хикс выдохнул и проговорил:

— Они могут расслабиться. Мы снова вместе.

— У тебя хорошая репутация, брат, но эта женщина…

Хикс оборвал его.

— Мы снова вместе, Тост, и я не собираюсь все портить. Я понимаю, что получил. Я получил ее, поэтому и понимаю. Все могут расслабиться и ты в том числе.

Тост одарил его огромной глумливой улыбкой.

— Что ж, хорошо. И когда ты приведешь ее в «Аванпост», чтобы она познакомилась с твоими друзьями?

— Скоро, как заживет сломанный нос, который этот придурок разбил ей, ударив головой об ее собственный кухонный остров.

Пока Хикс говорил, улыбка Тоста померкла.

— Ублюдок, — пробормотал он.

— Он уедет надолго, — проговорил Хикс, наблюдая, как начинается игра и за дело берется его дочь, играющая в команде уже два года.

— Сколько усилий тебе пришлось приложить, чтобы не надрать ему задницу, пока он сидел в вашей камере? — спросил Тост.

— Достаточно. Сам удивляюсь, как держусь на ногах.

Тост усмехнулся и вернул все внимание к игре.

Они наблюдали за игрой, когда Хикс убрал руки с груди и захлопал, крикнув:

— Молодец, Коринн! — когда она сделала подачу.

Дочь была явно разозлена на него, но ей нужно было сосредоточиться на игре. Она все равно любила своего старика, и он знал это, когда ее глаза ненадолго скользнули к нему, и ухмылка заиграла на ее губах в ту минуту, как она подошла к линии с мячом, после чего вновь сосредоточилась, чтобы настроиться на следующую подачу.

— Детям она нравится? — спросил Тост после того, как команда провалила игру и проиграла подачу Коринн.

Хикс знал, о чем спрашивает друг.

Нравилась ли им Грета?

— В ней нет того, что могло бы не нравиться.

Тост выдержал паузу и пробормотал:

— Рад за тебя, брат. Хорошо, что ты нашел верный путь.

Хикс взглянул на него, после вновь сосредоточился на игре.

— Ты найдешь кого-нибудь, Тост.

— Мне нужно трахаться на полурегулярной основе и оставаться холостым. Мне следовало оставаться таким с самого начала, если не считать того дерьма, из-за которого появились мои дети.

— Все пройдет.

— Я не был бы в этом так уверен, — пробормотал Тост.

Хикс покачал головой и больше ничего не сказал.

Хоуп и ее дерьмо были уродливы. Тост и дерьмо его жены были настоящим Армагеддоном.

Пока команды менялись сторонами, Мэми подскочила с половиной коробки поп-корна, которую протянула Тосту.

Затем она вновь вернулась к отцу, который прижал ее к себе.

Он увидел, как подошел сын, и попытался не напрягаться, увидев выражение на его лице. И выражение лица его девушки.

Хикс внимательно посмотрел на Шоу. Шоу покачал головой, и Хикс понял, в чем дело по тому, как Шоу смотрел на Венди, когда та вела их на места. И делала она это так, будто ее ноги были повреждены.

С лечением отца дела обстояли не лучшим образом.

Черт.

Он поговорит со своим мальчиком.

Но сейчас время Коринн. Поэтому он вернулся к игре.

***

После игры, пока Шоу заканчивал свидание с Венди, которое, как предполагал Хикс, затянулось до последний минуты комендантского часа сына в будние дни, Хикс въехал на подъездную дорожку Греты. Въезжая, он заметил на крыльце Грету, поэтому