Сердце вне игры - Никки Лоусон

— Я просто хочу убедиться, что ты осторожен, Ноа, вот и все, — говорит он тихим голосом. — Я уверен, что Марго добрая и честная девушка, но… не похоже, что она принадлежит к той же породе людей, что и мы.

— Той же породе людей? — усмехаюсь, сжимая наши напитки так крепко, что почти боюсь, что разобью стакан. — Папа, ты вообще себя слышишь?

— Она может гоняться за твоими деньгами, Ноа, — решительно говорит он. — Она может гоняться за деньгами нашей семьи, и я просто хочу убедиться, что ты осторожен с тем, кого пускаешь в свой круг, вот и все.

— Я очень осторожен с тем, кого впускаю в свой круг, — шиплю я, наклоняясь ближе и понижая голос. — Вот почему ты и мама больше не в нем.

Выражение его лица становится жестче.

— Не нужно проявлять неуважение.

— Ты, черт возьми, шутишь? Ты только что назвал мою девушку гребаной золотоискательницей, хотя проговорил с ней всего пять чертовых секунд. Ты ничего о ней не знаешь. Что она могла сказать или сделать за этот небольшой промежуток времени, чтобы убедить тебя, что она встречается со мной только ради денег?

— Она ничего не сделала и не сказала, — объясняет отец, как будто разговаривает с ребенком. — Просто… ну, ты же знаешь, какая у тебя репутация.

У меня тут же поднимается раздражительность, и голос напряжен, когда я спрашиваю:

— Какое это имеет к чему-либо отношение?

Он вздыхает, как будто ему это не нравится, хотя думаю, что в глубине души ему это доставляет удовольствие.

— Ты не из тех мужчин, у которых есть девушки, — говорит он. — Или кто приводит свидание на такое семейное мероприятие. Я уверен, что Марго тоже знает все о твоей репутации, так что, если она действительно милая девушка из маленького городка, которая ищет настоящих отношений, зачем ей искать это в таком мужчине, как ты?

Кровь хлынула мне в голову, ярость сжимает грудь.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — говорю я ему дрожащим голосом. — Марго — лучший человек, которого я когда-либо встречал, и именно поэтому так иронично, что именно ты советуешь мне следить за ней. Потому что ты, папа, худший человек, которого я когда-либо встречал. Ты всегда таким был, и я начинаю думать, что всегда таким будешь. Так что уйди с моих глаз, и, если я когда-нибудь услышу, как ты говоришь еще что-нибудь пренебрежительное о моей девушке, ты чертовски об этом пожалеешь.

С этими словами я разворачиваюсь и пробираюсь сквозь толпу.

Глава 40

Марго

Вскоре после того, как Ноа уходит, чтобы принести нам выпить, подходит пожилая пара, которая, кажется, в хороших отношениях с Блейками, и вовлекает в разговор миссис Блейк и Брента. Кажется, никто не чувствует необходимости нас знакомить, но, к счастью, меня спасают от неловкости простого молчания, когда жена Брента садится за стол.

Я присоединяюсь к ней, отодвигаю стул рядом и протягиваю руку.

— Привет, мы еще не знакомы. Я Марго.

— Гвен, — говорит она, улыбаясь, когда мы пожимаем друг другу руки. У нее красивое лицо и утонченные черты лица, которые подчеркиваются изящными серьгами, которые она носит.

— Ты, должно быть, очень гордишься своим мужем, — говорю я, оглядывая все окружающее нас богатство.

— Это так. Он очень много работал, чтобы попасть сюда, и заслуживает этой награды больше, чем кто-либо другой, — она наклоняется немного ближе, понизив голос. — Он должен был выиграть эту награду в прошлом году, но в отрасли происходила какая-то странная политика, и она досталась кому-то другому, кто, по мнению людей, не заслужил ее.

— Это неприятно. Думаю, подобные вещи случаются в каждой отрасли, — криво усмехаюсь. — Однако, должно быть, весело приходить на подобные мероприятия.

Она улыбается, обнажая самые идеальные зубы, которые я когда-либо видела, но это выглядит немного натянуто.

— Да. Хотя для Брента это действительно рабочие мероприятия, больше посвященные общению, чем просто приятному времяпрепровождению. А это значит, что мне особо нечего делать.

— Еда хотя бы хорошая?

— Обычно да.

Я ухмыляюсь.

— Прекрасно. Пока есть хорошая еда, то все в порядке.

Мы говорим еще некоторое время, ведя праздный разговор. Гвен милая, но по тому, как она описывает их совместную жизнь, у меня такое ощущение, что Брент немного трудоголик. Она кажется какой-то одинокой.

Я собиралась спросить ее, чем она зарабатывает на жизнь, но, когда краем глаза замечаю Ноа, теряю ход мыслей на полуслове.

Он направляется к нам и выглядит очень расстроенным. Я расправляю плечи и улыбаюсь, когда он приближается, но даже мое позитивное выражение лица, кажется, не может пробиться сквозь то, что он чувствует сейчас.

— Мы уходим, — выговаривает Ноа, когда оказывается достаточно близко, чтобы я могла его услышать. У него в руках два «Манхэттена», которые он передает Гвен. — Вот, можешь выпить их.

Она берет их, хмурясь, глядя на Брента и миссис Блейк. Пожилая пара ушла, и теперь в дальнем углу комнаты собрались только мы с Блейками.

— Давай, Марго, пойдем, — говорит Ноа, чопорно стоя возле стола.

— Ты уверен? — спрашиваю я, сердце колотится.

Он кивает, сжав челюсти, и это все, что мне нужно. Один только этот жест дает мне понять, что ему нужно как можно скорее покинуть эту комнату, и я не собираюсь спорить.

— Хорошо тогда, — бормочу я, отодвигая стул назад и поднимаясь. — Пойдем.

Ноа берет меня за руку, но, прежде чем мы успеваем уйти, вперед выходит миссис Блейк.

— Куда ты идешь? — она спрашивает. — Награда еще даже не вручена.

— Мне очень жаль, — бормочет Ноа, извиняясь, глядя в основном на Брента. — Но нам пора идти.

— Почему? — настаивает его мать.

— Спроси папу, — мрачно говорит он, затем снова оборачивается.

На этот раз мы уходим, и никто нас не останавливает.

После того, как мы забираем машину у