Опасные забавы - Джулия Гарвуд

— Может, вернемся к берегу? — робко вмешалась Эвери. — Мне там понравился один пансион. Чистый, уютный, и я заметила знак «Есть свободные комнаты».

— А что тебе не нравится здесь? — удивился Джон Пол. Не будь с ними Ной, она не колеблясь ответила бы: «Да все!» — но не хотелось привередничать перед малознакомым человеком.

— Да нет, ничего.

Тон у нее при этом был до того подавленный, что Джон Пол улыбнулся.

— Конечно, никакого сравнения с домиком шефа Тайлера!

Ной уже направлялся к двери с табличкой «Контора», когда телефон его зазвонил. Поскольку все они вышли размять ноги, Джон Пол принял миссию приятеля на себя, но Эвери осталась возле машины. Заметив это, Ной понизил голос и отошел в сторонку. Не было никаких сомнений, что он желает оставить сказанное в тайне. Выражение его лица не понравилось Эвери — что-то было не так. Она приготовилась к плохим новостям.

Разговор занял много времени. Джон Пол уже вернулся с ключами (двумя), а Ной все говорил и говорил.

— В чем дело? — спросил Джон Пол Эвери. — Пока не знаю, но что-то точно не так.

Наконец Ной сунул телефон в карман и вернулся к машине. Смотрел он только на Эвери.

— В чем дело? — повторил Джон Пол резче.

— Миссис Сальветти и судья Коллинз не пострадали.

— То есть?

— Кто-то оставил в приемной больницы сверток с тем, чтобы его отнесли в терапию.

— О черт! — Остальное нетрудно было предположить, но Джон Пол все же уточнил: — И сверток этот взорвался?

— Взрывом уничтожена большая часть крыла.

— Это, конечно, был Монк! — сказала Эвери. — Но как ему удалось пробраться через заслоны?

— Похоже, это был простой посыльный. Ему предложили отнести сверток в терапию самому, и тот взорвался прямо у него в руках.

— Жертвы есть?

— Не считая посыльного, двое мертвых и один тяжело раненный, некто Горман. Говорят, этот выкарабкается.

— Как могло до этого дойти! — возмутился Джон Пол.

— А что тут удивительного? Ты же знаешь Монка. Наверняка какое-то время болтался вокруг больницы, составлял картину и ждал подходящего момента. Кое-чего ты не знаешь. Понятное дело, что так скоро после операции судью Коллинз не могли перевозить в безопасное место, но ребята придумали такой отвлекающий маневр: увезли пару женщин под видом тех двоих. К сожалению, Монка нелегко одурачить. Уж не знаю, каким образом, но он понял, что это только для отвода глаз и что его мишени все еще в больнице.

Наконец все отправились по комнатам. Джон Пол снял номера в одном из концов подковы. Эвери несколько смутила смежная дверь, зато очень порадовала чистота. Номер, по всей видимости, был супружеский, с двуспальной кроватью под цветастым покрывалом с оборками, с двумя креслами у окна, выходившего во внутренний двор-стоянку. На столике между ними стояла лампа в старинном стиле, а вот шкафа, увы, не было вовсе, только два стояка полок и прут между ними, на котором болталось несколько пустых плечиков. Тем не менее это было лучше, чем она ожидала.

— Как же вышло, что Кэрри и судья не пострадали? — спросила она, когда Ной вошел к ним, обревизировав свою комнату. — Ведь они были где-то там! Может, вы чего-то недоговариваете?

— Вышло так, что миссис Сальветти в это время была у судьи Коллинз. Той понадобилось в туалет, им не хотелось прерывать разговор, и, вместо того чтобы вызвать сиделку, она сама отвезла ее туда в кресле-каталке. Во время взрыва их накрыло упавшей стеной.

Эвери сухо глотнула, чтобы подавить тошноту. Новый звонок по мобильному заставил Ноя уйти к себе. Эвери тотчас подошла к Джону Полу, обвила его руками и положила голову ему на грудь. Ее трясло.

— Этот кошмар долго не продлится, — сказал он, не зная, как еще можно утешить в такой ситуации. — Как ты?

— Здесь душно.

— Хочешь на воздух?

— Хорошо бы.

— А куда?

— Не знаю. Туда, где можно подумать… лучше всего…

— На веранду с качелями?

— Угу.

— И чтобы пахло сиренью?

— Угу.

— И чтобы где-то рядом журчала вода?

— Угу.

Джон Пол коснулся ее лба поцелуем.

— Милая, я не могу сотворить для тебя сирень и качели, но воду обеспечу. Целый океан воды.

Двадцать минут спустя Эвери шла с ним рядом по песчаному берегу, рука в руке. Они были босиком, а Ной сидел в отдалении на травянистом пригорке, словно почетный страж их обуви.

Постепенно небо затянули тучи, солнечный свет померк. Вода мирно поплескивала в отлогий берег, почти совсем пустынный, так что стесняться было некого, и Эвери уселась на сухой песок в позу лотоса. Джон Пол не сказал ни слова, просто отошел и подсел к Ною.

— Чем, черт возьми, она там занимается? — полюбопытствовал тот.

— Размышляет.

— Понятно.

Когда день склонился к закату, Джон Пол подошел узнать, как дела у Эвери. Она так и оставалась в той же позе, с закрытыми глазами. Он присел рядом и ждал, зная, что она почувствует его присутствие.

Прошла минута. Веки Эвери медленно поднялись. По одной щеке скользнула слезинка.

— Мне нужно позвонить, Джон Пол.