Пока не найду - Кристина Янг

— Он не вечен. Что ты тогда будешь делать? — не поднимая глаз осмелилась спросить я.

Джексон остановился рядом со мной. Он погладил меня по голове как свою верную и послушную собачку, затем склонился и коснулся губами моего уха. Горячее дыхание пощекотало мои нервы.

— Это не твоя забота. Не переживай, ты в безопасности и всегда будешь под наблюдением самого лучшего доктора.

Он оставил поцелуй на моей щеке и удалился. После ужина он всегда уходит в свой кабинет.

Я только сейчас поняла, насколько была зажата и напряжена, когда расслабилась и выдохнула. Мне хочется орать от несправедливости. Он совершенно безумный и делает из меня больную. Когда осознаешь, какой человек находится рядом, хочется поскорее освободиться из его власти.

Сейчас я в здравом уме и мне хочется бежать не оглядываясь. Если я раньше сомневалась, что выживу без Джексона в большом мире, то сейчас твердо убеждена, что смогу выстоять. Рядом с ним смерть, как оказалось, и бояться нужно его, а не того, что находится за пределами этого особняка, который для меня стал золотой клеткой.

— Госпожа Райт, Вы продолжите ужинать?

Я резко подняла голову, когда услышала женский голос рядом.

— Нет.

Мадам Джонсон после моего ответа тут же распорядилась начать убирать все со стола.

— Мадам Джонсон?

— Да?

— У Вас же имеется книга учета?

— Разумеется.

— И там имеется информация про Анну?

— Конечно.

— Мне нужен ее номер. Принесите мне его. Сейчас.

Женщина чуть склонила голову в знаке повиновения и направилась на кухню. Через пять минут она снова стояла передо мной и протягивала небольшой лист, на котором записан номер Анна.

Я хочу узнать, почему Джексон уволил ее. Напрямую у него спросить у меня не получится, поскольку я уже обязана про девушку забыть, как и о многом, что происходит вокруг меня. Два дня назад мне пришлось попытаться выпить апельсиновый сок перед Джексоном, который он тут же забрал из моих рук и мягко напомнил, что у меня аллергия на цитрусовые.

Я обязана убеждать себя, что у меня получается играть свою роль и перестать трястись от страха быть пойманной.

Я вышла на террасу, чтобы меня наверняка никто не слышал и набрала номер Анны. После трех гудков она мне ответила.

— Слушаю.

— Анна, это я, Алиса.

Последовало недолгое молчание и тяжелое дыхание.

— Слушаю Вас.

— Что случилось? Почему тебя уволил Джексон?

— Пожалуйста…я не могу.

Я напряглась, когда услышала плачь девушки.

— Анна, что произошло? — спросила я в нетерпении, уже наступая упорно и не жалея чувств девушки.

— Я увидела и услышала то, чего не должна была. Госпожа Райт, пожалуйста, бегите от этого страшного человека, — практически шепотом проговорила она, будто боялась, что ее услышат.

— Анна…

— Вы сопротивлялись. Это все, что я могу сказать. Надеюсь, Вы сами сможете вспомнить. Пожалуйста, я хочу жить. Не звоните сюда больше.

Быстрые гудки, доказывающие, что звонок прервался. Я полностью ошарашенная убрала мобильник в передний карман брюк, переваривая в голове полученную информацию.

Я получаю лишь какие-то обрывки истины и это раздражает, выводит из себя, что мне с трудом приходится контролировать себя. Я понимаю, что обо всем знаю сама, просто вся информация заблокирована и ее тяжело вынуть из затворок моего сознания.

Мне необходима помощь. Нужен толчок из прошлого. Я должна двигаться с самого начала. Мне удалось вспомнить, что произошло с моими родителями, почему случилась эта автокатастрофа, о причине которой Джексон мне не желал рассказывать. Лучше всего, если я буду действовать поэтапно.

В голове хаос мыслей и вопросов и мне придется это игнорировать, если я хочу разобраться во всем. Я обязательно отвечу на каждый волнующий меня вопрос, разберусь в каждой ситуации, свяжу все ниточки, только если буду шагать вперед по прямой дороге.

Следующий мой шаг — узнать поподробнее об аварии. И в этом мне помогут интернет источники. Раньше я даже не любопытствовала и никакой информации не искала. Было достаточно того знания, что мои родители погибли, а я о них ничего не знаю, что даже скорбеть не получалось.

Я устроилась в гостиной на кресле под пледом с планшетом в руках. Думала, что мне будет достаточно двадцати минут, чтобы собрать информацию и сделать выводы. Но когда я посещала сайт за сайтом и натыкалась только на то, что сама знаю, меня это насторожило. Практически никакой информации о моих родных, хотя по источникам, отец содержал обширную отельную империю. Теперь эти отели распроданы, и я не понимаю, каким образом, ведь после его смерти полноправная хозяйка — я.

Или…Джексон успел и на это вытянуть свои клешни?

Я не наткнулась на информацию о том, что тормоза были подрезаны. По источникам, в крови моего отца нашли алкоголь. Какого черта? Почему информация искажена и так нагло скрыта правда?

Что пугает еще сильнее, обо мне больше никакой информации. Будто я испарилась. В источниках не написано о том, что я тоже находилась в машине.

Я не теряла надежды и продолжала рыться на сайтах, желая получить хотя бы какую-то зацепку. Для меня сейчас важно все, даже малейшее. Я обязана все разложить по полочкам. Мне важно знать все о своем происхождении, но меня словно игнорирует весь мир. Будто я существую только для Джексона.

На одном источнике высветилась фамилия журналистки, статья которой была удалена почти пять лет назад. Это совпадение меня насторожило, и я решила поискать информацию про эту девушку.

Мне удалось выяснить о месте ее работы и оно в Нью-Йорке. Я записала номер агентства и имя журналистки в свой мобильник и уже планировала выйти на террасу и позвонить, но ко мне спустился Джексон и предложил посмотреть фильм.

Конечно же я с радушной и теплой улыбкой согласилась, жалуясь, что мне действительно скучно. За каждое свое слово, адресованное Джексону, мне хочется ударить себя по щеке.

Глава тридцать третья

Алиса

Я проснулась в объятиях Джексона, но лучше бы в объятиях сатаны. Я не в состоянии выносить ни его прикосновений, ни даже дыхания. Полное отторжение от человека, которое сравнимо с брезгливостью.

Бежать. В мыслях только бегство.

Я пыталась с максимальной осторожностью выбраться из его тисков, но никогда недооценивала его чувствительный сон. Стоило мне пошевелиться, как Джексон резко напрягся и сильнее прижал меня к себе. Его руки сейчас мне напоминают несокрушимую сталь, вокруг которой я обернута — теперь мне не то что пошевелиться тяжело, но даже вздохнуть полной грудью.

— Полежи со мной еще