Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

Шторос с досадой отвернулся. Динка опустила глаза. Им нечего было сказать несчастным женщинам, потерявшим в этом сражении свои семьи.

— Скажи женщинам, — вдруг вступил в разговор Хоегард. — Что щенки в безопасности. Многие погибли, но многих мне удалось вывести из долины. Я спрятал их в горах рядом с ущельем, во-он в той стороне. У них достаточно еды, и они просидят в укрытии еще эреше. А позже, когда женщины будут в состоянии идти, можно будет отвести их туда, чтобы они увидели своих малышей.

— Это правда? Маленькие живы? А… а мои братья… они?.. — с пронзительной надеждой спросил Ириэйт, затаив дыхание.

— Они гордятся тобой, парень, — улыбнулся Хоегард. — И ждут твоего возвращения.

Окрыленный хорошими новостями, Ириэйт вскочил на ноги и, забыв попрощаться, рванул прочь.

— Дайм! Давай, поднимайся, — Шторос уже стоял рядом с товарищем. Он ухватил Дайма за гриву и потянул вверх. Динка помогала ему, подталкивая Дайма мордой снизу под шею.

— Килейн, Йоруг, их ребята… — хрипло прошептал Дайм. — Они все погибли из-за меня! И мама…

— Динка! — услышала она оклик Тирсвада. Пока они разговаривали с Ириэйтом, Тирсвад отошел к воющей Ринэйре и вместе с ней склонился над обожженным варрэном. — Килейн! Он еще жив. Помоги ему!

Динка переглянулась со Шторосом.

— Давай так, — начал Шторос, оглядывая поле боя. — Вы с Хоегардом помогите раненым. А Тирсвад пусть идет ко мне. Я уведу Дайма отсюда и позабочусь о нем. А Тирсвада отправлю на охоту. Скоро нам потребуется много еды.

— Дайм, — тихо позвал Хоегард. — Динка исцелит Килейна, а я позабочусь о Йоруге и его парнях. Все будет хорошо, слышишь?

Дайм поднял голову и, обведя взглядом свою стаю, кивнул.

— Сейчас мы с тобой пойдем в пещеру, ты поешь, выспишься и станет полегче, — заглянул ему в морду Шторос. — Вставай!

Дайм поднялся на лапы и, поддерживаемый Шторосом, медленно побрел прочь.

Динка побежала к Тирсваду, а Хоегард направился к лежащим неподалеку троим слабо барахтающимся и постанывающим варрэнам.

Обменявшись с Тирсвадом взглядом, Динка подошла к Килейну. Выглядел Килейн ужасно. Но Динка уже подобное видела. Не так давно Шторос был в похожем состоянии.

— Не приближайся, чужачка! — страшно зарычала Ринэйра, увидев рядом с собой Динку.

— Тише… — зашептала Динка ей в ответ, приближаясь медленным скользящим шагом. — Тише… я помогу ему. Я умею лечить.

Ринэйра прожигала ее колючим взглядом, все еще скалясь и вздыбив шерсть на загривке.

— Ринэйра! — заговорил Тирсвад. Он встал рядом с Ринэйрой и, прислонившись боком к ее боку, легонько потянул ее зубами за гриву. — Доверься ей. Динка не причинит Килейну вреда. Она правда может вытащить варрэна из лап смерти. Она уже делала это!

От прикосновения Тирсвада Ринэйра заметно расслабилась и, обмякнув, обессиленно привалилась к нему, уткнувшись носом в его шею. Тирсвад уселся и приобнял черную Варрэн-Лин лапами, утешая ее. А сам, глядя на Динку, кивнул ей. Динка склонилась надо Килейном, обнюхивая его. Также, как и ранее на Шторосе, на нем не было живого места, и он едва дышал. Динка, вспоминая урок Суртокса, попробовала найти внутри него клубок силы, чтобы потянуть из него ниточку. Но в бою Килейн израсходовал свою силу до дна. Надо было наполнить его силой, но Динка была не уверена, что сможет безопасно наполнять чужого ей варрэна. Со своими то не всегда удавалось…

— Тирсвад! — позвала она. Тирсвад с готовностью поднял морду и глянул на нее алыми глазами. — Где у нас был котелок? Надо принести воды и напоить Килейна. Только тогда я смогу начать его лечение.

— Он был где-то у Дайма в сумке. Я сейчас! — Тирсвад бережно высвободился из объятий Ринэйры и бросился вдогонку за Шторосом, который уводил Дайма прочь из долины. А Динка снова склонилась над Килейном, вливая по каплям в него силу и стараясь не обращать внимания на колючий взгляд Ринэйры.

— Дайм... Как он выжил после атаки трех Варрэн-Лин? — спросила вдруг Ринэйра. — Я своими глазами видела, как они ударили по нему одновременно силой. Но он даже не обжегся. В то время как Килейн… — ее мысль оборвалась, и Динка краем глаза заметила, что она отворачивается, чтобы смахнуть слезы.

— С Килейном все будет хорошо, — проговорила Динка успокаивающе. В теле обгоревшего варрэна Динкиными усилиями образовался небольшой клубочек силы, и она, склонившись к его морде, потянула ниточку через его пасть. Сейчас нужно заживить хотя бы рот, глотку и горло, чтобы он мог дышать и пить. Килейн затрясся и заскулил, не приходя в сознание.

— Килейн! — Ринэйра бросилась к нему, вылизывая его морду и лоб.

— Он дорог тебе? — тихо спросила Динка, вновь сосредотачиваясь на том, чтобы влить в варрэна немного силы.

— Он… он… — всхлипнула Ринэйра, и тут ее чувства словно прорвали плотину, и она горько зарыдала. Динка растерянно смотрела на нее, не зная, может ли она как-то утешить гордую Варрэн-Лин. Будь на ее месте человеческая женщина, Динка, не задумываясь, обняла бы ее. Но с Ринэйрой… Динка вспомнила, как успокаивал ее Дайм, когда она плакала, и робко положила лапу на затылок Ринэйры, ожидая в любой момент, что та ее оттолкнет. Но Ринэйра напротив растянулась у Динкиных лап и уткнулась мордой ей в живот. Динка расслабила лапу, сильнее надавливая на голову Варрэн-Лин, и та постепенно затихала, успокаиваясь от ее прикосновений.

Прибежал Тирсвад с котелком воды в зубах и, повинуясь кивку Динки, аккуратно поставил воду у морды Килейна и тихо отошел.

— Он всегда был рядом, — вдруг заговорила Ринэйра. — Я никогда не воспринимала его всерьез. Он не был умен и обаятелен, как Эйрин, не был силен, как Дайм, не был умен, как Вожак. Он всегда был никакой, совсем обычный. Мне и в голову не приходило его выбрать.

Но он всегда был неподалеку, и всегда оказывался рядом, когда мне нужна была помощь. Когда все мужчины ушли на границу, он остался прислуживать Вожаку. Я злилась на него, называла его трусом, а он только улыбался. А когда Вожак убил Эйрина, а Килейн стоял рядом и ничего не сделал, я возненавидела его. Даже больше, чем Вожака. Потому что он, как никто знал, как дорог был мне Эйрин. Но он продолжал ходить