Семнадцатый - Эмилия Вон

Ее голос надломился. Селена отвернулась от меня, словно ожидая, что я не пойму и пристыжу ее за выбор или решение, которое она приняла, когда согласилась на него работать. Но ничего из этого мне не пришло в голову. Я понимал ее мотив, несмотря на задетую гордость. Селена сделала это для Тео, и в этом не было ничего постыдного. Она поступила как любящая сестра и дочь, готовая на жертвы ради своей семьи. Это вызывало во мне лишь восхищение и гордость.

И теперь, вспоминая наш разговор о погашенном лечении Тео, я понял, почему в тот день Селена расстроилась, узнав об этом.

«Я просто хотела заработать их честным трудом!»

«Но я не хочу быть для тебя обузой и не хочу, чтобы ты думал, что я здесь, с тобой, ради денег.»

Проклятье, она решила, что я сделал неправильные выводы по отношению к ней, предположил, что она вернулась в мою жизнь целенаправленно, ища личную выгоду.

Господи, что этот придурок сделал с ее уверенностью в себе, заставив Селену сомневаться в себе и чувствовать себя недостойной любви?

Мне стоило найти у прикончить этого гребаного ублюдка.

Я сжал кулак и челюсти, подавляя злость внутри, чтобы собраться и обратиться к девушке, сидевшей у меня на коленях, и убедить ее в том, что она достойна всего этого мира. И я буду тем, кто кинет этот мир к ее ногам.

– Послушай меня, Селена. – Я попросил ее повернуться и посмотреть на меня, обхватив и удержав ее голову так, чтобы ее глаза видели мои, чтобы она могла услышать, каждое сказанное мной слово и запомнить их. – Ты поставила свою семью и брата на первое место, позабыв о себе и своих чувствах. Многие бы приняли это предложение о работе, оказавшись на твоем месте, но не у каждого были бы чистые намерения, как у тебя. В твоем выборе нет ничего плохого, Селена. Ты поступила в тот момент так, как должна была. Ты думала о спасении Тео, и лишь это имеет значение. Я чертовски, слышишь, чертовски горжусь тобой. За каждое твое решение и сделанный выбор.

Я потянулся губами к ее лбу и оставил крепкий поцелуй на ее коже. Маленькие руки обняли меня, голова упала мне на грудь, и я почувствовал, как крошечное тело в моих объятиях расслабляется.

Наступило молчание. Никто из нас не делал попыток продолжить. Глядя куда-то вдаль и игнорируя сериал, продолжавшийся на экране, мы сидели под полной луной и темнотой ночи, не смея двинуться с места. Наши тела прижимались друг к другу, ее голова покоилась на моей груди, руки обхватили мою талию.

Я уже подумал, что Селена заснула, и хотел поднять ее, чтобы унести в нашу комнату и уложить, как вдруг она заговорила:

– Коннор изменил мне с одной из своих фанаток, пока я с Каталиной пила кофе в кафе напротив отеля, где мы остановились во время гонок в Барселоне, и не подозревала, что жених, сделавший мне предложение две недели назад, трахает в нашей постели другую.

Вот сукин сын!

Я прикончу его, как только мне выпадет шанс прижать этого ублюдка к стенке. А это случится.

– Я ушла от него тут же, забрав Чапи и пару вещей, – выдохнула Селена в моих руках, поглаживая меня по груди сквозь ткань рубашки. – Он звонит время от времени, присылает сообщения с извинениями, но это ничего не значит. Он мог задеть мою гордость, и я могла бы проглотить это в начале наших отношений из-за Тео, но я никогда и никому не позволю унижать меня и обтирать об меня ноги. Я не потерплю измен, ты знаешь.

Да, я знал.

Именно предполагаемая измена стала причиной того, что Селена бросила меня много лет назад, когда увидела с Элизой. И хотя между нами ничего не было и как бы я ни злился на Селену из-за этого, я не мог винить ее в том, что она приняла такое решение, как только увидела красный флаг. Она, как и любая девушка или мужчина в этом мире, заслуживает уважения к себе и не достойна быть вторым выбором.

– И за это я люблю тебя еще больше.

Ее рука замерла у моего сердца, как только эти слова вылетели из меня так легко и без сожалений.

Селена оторвалась от моей груди и выпрямилась, глядя на меня глазами, полными слез. Она, такая крошечная и уязвимая, смотрела на меня так, словно не могла поверить в услышанное.

– Ч-что ты только что сказал? Ты… ты признался… – Она едва ли была способна соединить слова в предложение, поэтому я не стал мучать ее еще больше и закончил за нее.

– Да, я только что признался тебе в любви, – сказал я, смахивая с щеки первую каплю, скатившуюся из блестящих от слез глаз. – Точнее подтвердил свои чувства, которые не изменились с тех пор, как нам было по шестнадцать и ты вошла в мою жизнь, столкнувшись со мной в коридоре школы и начав нести пургу про стены и средние века. – Селена усмехнулась, и я расценил это как знак продолжать. – Я полюбил тебя еще сильнее, когда ты встала на мою сторону и взяла меня за руку, не испугавшись и не убежав от меня в мой самый темный час, увидев мою другую сторону. Одного твоего взгляда было достаточно, чтобы поставить меня на колени. И одной улыбки хватило, чтобы я полностью и безоговорочно отдал тебе свое сердце. – Я поднял руку и погладил ее по волосам, затем провел рукой по щеке, и Селена прильнула к моему прикосновению. – Мой лунный свет.

Она залезла ко мне на колени, наклонилась и поцеловала меня. Ее тело прижималось к моему, в то время как ее руки пробрались в мои волосы, обхватив голову и притянув к себе. Ее язык просил разрешения для входа, и кто я такой, чтобы не дать ей его.

Селена целовала меня, усаживаясь поудобнее, и начала двигаться на мне в том темпе, который ей подходит. Я положил ладонь на бедро, поглаживая ее кожу и поднимаясь выше, собирая ее платье на талии. Теплая под