Обреченность - Виктория Павлова

– Я – нет, а вот Брук с удовольствием. – Виктор обворожительно улыбнулся. – Одна.

– Не смей! – дернулся Джош. – Он блефует.

Я быстро схватила ручку, а Йенс снова положил передо мной бумагу. Я поставила подпись, игнорируя боль в запястье. Внутри протестующе взвыли все предки Ольденбургов. Я совсем не ожидала обнаружить их, но теперь чувство, что подвела всех, кто сражался за меня сегодня, нещадно выжигало желудок и давило на виски.

– Этого мы теперь не узнаем, – удовлетворенно произнес Виктор, глядя на подпись, как лев на антилопу.

– Тереза, ну зачем? – Джош поднялся на ноги и отпихнул Брука. Тот хмыкнул, но пистолет убрал.

– Мы же можем считать подпись добровольной? – Виктор аккуратно взял бумагу и сощурился, отодвинув ее на вытянутой руке.

– Ее пальцы держали ручку, – равнодушно бросил Йенс.

– Отлично! – Виктор протянул ему бумагу. – Проследи за формальностями, пока я…

Виктор замолчал, когда листок исчез у него из руки. Джош пулей метнулся к камину и разорвал листок на несколько частей.

– Стой! – Я вскочила.

Но он швырнул в камин смятые бумажки, а потом обернулся, сияя довольной улыбкой.

– Фройляйн ошиблась. Думала, ей подсунули ордер на снос вашей хижины.

Брук кинулся к камину. Виктор привстал и замер, смотря, как тот пытается вытащить обгорелые бумажки. Я бухнулась обратно на стул, и жесткий подлокотник ударил по ребрам. Виктору могло прийти в голову все что угодно. От непредсказуемости и тоски скрутило живот.

Брук вскочил и снова ударил Джоша. Джош удержался на ногах, но Брук направил на него пистолет и замер, смотря на Виктора, словно ожидая приказа.

– Господин Йенс, подготовьте второй экземпляр, я подпишу, – услышала я свой голос.

– Ну уж нет! – буркнул Джош. – Что я, зря старался?

Я пропустила его слова мимо ушей.

– Отпустите Джоша. – Я пыталась играть по правилам Виктора, но звучало жалко. – Когда он будет в безопасности и подальше отсюда, я все подпишу.

Виктор слегка махнул рукой, и Брук опустил пистолет. Раньше Виктор не обращал внимания на Джоша, но теперь все изменилось – он не спускал с него глаз.

– Дирк, так что со вторым экземпляром? – Виктор разглядывал Джоша со снисходительной улыбкой, а тот угрюмо рассматривал его в ответ. Брук наблюдал за Джошем.

– У меня есть бланки, я могу написать такой же текст, но сложность с печатью. Вы же знаете, ее не выносят из королевского дворца. Придется вернуться в Холлертау.

– Так займись этим, – холодно произнес Виктор. – Нужно управиться до ужина.

– Думаете, королю доложат? – Йенс нахмурился.

– Нет, у меня ужин с послом Люксембурга. Я рассчитывал здесь быстро закончить. – Виктор встал. – И еще, Дирк.

Йенс взглянул на Виктора.

– На всякий случай подготовь и другой комплект документов. Ты ведь все собрал?

– Свидетельство о рождении, гражданство, – кивнул Йенс. – Все есть.

– Отлично, держи их поближе. – Виктор довольно кивнул. – Если юная принцесса будет упрямиться, придется сделать ее юной женой.

Я обомлела. В ушах зашумело, и я прослушала язвительные возмущения Джоша. Йенс собрал бумажки и вышел.

– Что же делать с этим прытким молодым человеком? – Виктор не спеша прошелся до камина, не спуская глаз с Джоша.

– Зря вы с нами связались, – ухмыльнулся Джош. – Мой брат вот-вот окажется здесь и надерет вам задницу.

– Какая прелесть, – умилился Виктор. – Настоящий американец – верит в мечту, даже когда ему прямым текстом сказали, что никто не придет его спасти.

Джош бросил на меня настороженный взгляд. Я стиснула зубы. Виктор может врать, чтобы запугать еще сильнее, а может, его люди и правда всех перестреляли. Ведь про Адаберту он сказал правду.

В комнату заглянул еще один бугай, подошел к Бруку и что-то прошептал на ухо. Брук кивнул и произнес:

– Посылка доставлена.

– Какая неожиданность! Я думал, посылка отправится по другому адресу! Что ж, пусть пока полежит. – Виктор загадочно улыбнулся и посмотрел на меня с жалостью, словно ему только что сообщили, что я при смерти.

От ужаса по спине побежали мурашки: что за посылка? Что это значит? Скорее всего, ничего хорошего. Я встала и попыталась подойти к Джошу, но реальность снова превратилась в густой вязкий сироп, и ноги тонули в ней, как в трясине. Зато в голове звенело, как в пустой бочке – для одной единственной мысли там теперь хватало места: я не могу позволить Джошу умереть.

– Отпустите его. Иначе я ничего не подпишу, и вы проиграете. Без моей подписи вы трон не получите. Король отдаст его своему брадобрею.

– Да он и так проиграет, – хмыкнул Джош, – потому что выбрал не те методы.

– Да и твои сомнительны, – с фальшивой улыбкой произнес Виктор. От нее стало жутко. – Хамишь, портишь документы. – Виктор в раздумьях уставился на Джоша. – Твое присутствие мешает.

Я похолодела.

– Он доставал болтовней всю дорогу. Если от него нет толка… – Брук снова наставил пистолет на Джоша.

Сколько же Джош тут сидит? Выходит, его привели раньше меня.

– Тронете его – ничего не подпишу!

– Ты уже подписала. И отказалась от своих прав. – Виктор начал злиться. – Остались лишь формальности.

– Отпустите Джоша, и мы уладим формальности.

– Тереза, – встрял Джош, – не унижайся.

Я его проигнорировала. В конце концов решать не ему.

– Король не сделает вас наследником. Только я могу отдать вам это право. Но вы его не получите, если убьете Джоша.

– Не терпится стать маркизой Лауэнбургской? – процедил Виктор. – Какие еще варианты у тебя останутся?

– Если вы на мне женитесь, найду способ покончить с собой еще до коронации. На этот раз по-настоящему! – Ненависть не помещалась в теле и рвалась наружу. Огонь в пальцах стал невыносим.

– Или просто разыграешь очередной спектакль. – Виктор приторно улыбнулся, но под маской пряталось безумие, и я боялась каждого следующего слова и каждого жеста.

– Без раздумий перережу себе вены! – Я стояла рядом с Виктором, и его аура злобы выжгла страх. Был бы нож при мне, воспользовалась им прямо сейчас, только чтобы