Семейный стриптиз - Оливия Голдсмит

Еще не успев дойти до калитки, Джада уловила запах гари. Она не оглянулась. Большинство несчастных случаев происходит дома, но это больше не ее дом.

Жадность Клинтона Энджи ни в малейшей степени не удивила. Открыв дверь, она вежливо-равнодушным голо­сом объяснила, что выступает в качестве адвоката Ми­шель, и подсунула на подпись расписку в получении обещанного. Внешне спокойная, внутри она клокотала от ярости. Не барахло бы ему бесплатно отдавать, этому мер­завцу, а отправить жариться на адском огне за эгоизм и предательство! Но он явился за дармовой мебелью, и он ее получит.

Мишель четко указала, что именно они могут забрать, однако у Тони хватило наглости попросить еще изящную китайскую ширмочку, настенные часы и одну из кар­тин.

– А кровать она, случаем, не отдаст? Его ж за решетку посадят, так на что ей такая большая кровать? А нам не по­мешает.

– Я предоставила вам список вещей, которые позволе­но забрать. Остальное принадлежит миссис Руссо, – ледя­ным тоном заявила Энджи. Ей претил и сам план, и роль «адвоката миссис Руссо», и Клинтон с Тоней. И как только она позволила втянуть себя в эту кошмарную авантюру?! Слава богу, хоть Майкл с Биллом рядом. Коллеги помогут ей сохранить хладнокровие, а когда придет время, станут свидетелями.

В данный момент они уже закатывали рукава, чтобы помочь Клинтону донести мебель до дома.

Сухо извинившись, Энджи прошла в комнату Фрэнки и выглянула в окно. Если все идет по плану, Джада должна быть на пути к церкви. Удалось ли ей задуманное? Энджи прищурилась, затаив дыхание… Ответ на вопрос сизова­тым дымком струился к небу. Итак, назад дороги нет. Самое время приступать к заключительному этапу.

Энджи проверила, на месте ли парик и прочий маска­рад, убедилась, что запасные ключи от «Вольво» при ней, и вернулась к остальным. Клинтон снял с дивана подушки, которые должна была нести Тоня, и трое мужчин оторвали диван от пола. В открытую Энджи дверь первым, пятясь, протиснулся Билл и начал осторожно спускаться с крыль­ца, командуя Майклу и Клинтону, когда приподнимать с другой стороны, когда подавать на него.

Возглавившая процессию Тоня со своей объемистой ношей уже дошагала до калитки, когда Энджи услышала ее вопль и изумленный возглас Майкла. Билл, по-прежнему двигавшийся вперед спиной, выворачивал шею в попытке понять, что происходит. Подняв голову, Клинтон выпус­тил из рук свой конец дивана; Тоня швырнула подушки на тротуар и бросилась к дому. Энджи тоже сбежала со ступе­нек, и, хотя «Вольво» дожидалась за углом, а время поджи­мало, ее неотвратимо потянуло к огню, как и всех осталь­ных, мотыльками слетавшихся на пламя.

Дом Клинтона полыхал вовсю. За окнами второго этажа змеились багряные языки, сквозь щель в приоткры­той входной двери Энджи увидела объятый пламенем ко­ридор.

– Боже мой, боже мой! – истошно голосила Тоня.

– Внутри есть кто-нибудь? – спросил Майкл. Обалделый Клинтон мотнул головой:

– Нет. Детей жена увезла в церковь. Господи, мое сте­рео! Моя дисковая пила!..

– Пойду наберу 911, – сказал Майкл и побежал обрат­но к дому Мишель.

Кто-то его опередил: не успел он скрыться в доме, на улицу Вязов под вой сирены примчалась пожарная маши­на. К тому моменту, когда пожарные заполнили двор, в доме начали лопаться окна, и наружу хлынула тошнотвор­ная волна смрада от горящих резины, пластмассы, синте­тических паласов.

– В доме никого, – заверила Энджи пожарное началь­ство. – Ни души. Ни людей, ни животных. – Она дернула Билла за рукав. – Передашь Майклу, что мне пришлось срочно уехать. Нужно сообщить Джаде.

– О'кей. – Билл задумчиво взглянул на нее. – Слу­шай, а она не?..

– Нет! – твердо ответила Энджи. – Так и передай Майклу. Да, и не вздумай лезть в дом. Героизм в данном случае излишен.