Счастливый билет - Маурин Ли

— Вы не станете возражать, если я пропущу первый фильм? — осведомилась она. — У меня по-прежнему побаливает голова.

— В таком случае, — сказал Дент, — я усажу Гэри внизу, а вам устрою экскурсию по дому.

Вернувшись через четверть часа, он произнес:

— Вопреки моим ожиданиям, Мэддокс оказался совсем другим человеком. В конце концов, он не настолько пустоголовый, каким выглядит. — Черные глаза режиссера сверкали, энергия буквально била в нем ключом, грозя в любую минуту выплеснуться наружу. — Нам сюда. — Он метнулся к двери и уже собирался переступить порог, как вдруг вспомнил о хороших манерах и придержал дверь для Лизы, пропуская ее перед собой. Вышагивая рядом с ней, Дент нетерпеливо щелкал пальцами в такт музыке. — Это комната для занятий рукоделием. Точнее, была ею.

— Как здесь мило!

У небольшого полукруглого окна стоял застеленный гобеленом диван. Рядом приткнулось кресло-качалка с шелковой подушечкой на сиденье. На нем лежала резная шкатулка со швейными принадлежностями.

— Вита распорядилась перевезти вместе с домом и старинную мебель.

Спустя некоторое время Лиза исчерпала запас восторженных эпитетов, хотя Джозеф Дент, похоже, этого не заметил. Он нигде не задерживался надолго, просто распахивал дверь, позволяя Лизе заглянуть внутрь, и так же резко закрывал ее. Лизу не покидало ощущение, будто он что-то задумал, а эта прогулка по дому — лишь прелюдия, которую он почему-то счел необходимой.

— А вот это, — произнес режиссер наконец, остановившись перед дверью в самом конце коридора, — моя мастерская.

«И именно ее ты и хотел мне показать с самого начала, — подумала Лиза, — хотя я и не понимаю почему». По какой-то причине Дент явно вознамерился произвести на нее впечатление.

Большая комната выглядела так, словно раньше здесь размещалась часовня или учебный класс. Стены высотой в два этажа были выкрашены в белый цвет. Их подпирали массивные балки, которых почти не было видно, поскольку они скрывались под сотнями картин без рам. Поначалу Лиза решила, что Дент — коллекционер, пока не заметила в дальнем конце мольберт с незаконченным рисунком.

— Это все рисовали вы?

— Да, — с гордостью ответил Дент, дернув себя за бороду. — Что вы о них думаете?

Лиза медленно обошла комнату. На некоторых картинах были изображены сад и дом, почти неузнаваемые — лишь легкие штрихи обозначали окно, дверь, озеро, лилии. Здесь были и многочисленные портреты женщин и детей с именами, написанными черным у них на лбу. Масляная краска наносилась широкими мазками толщиной чуть ли не в дюйм.

— Мне нравится цветовая гамма, — осторожно сказала Лиза.

Палитра и впрямь поражала сочными красками — горчично-желтой, пурпурной, темно-красной и бутылочно-зеленой.

— Вы безмозглая идиотка, — заявил Джозеф Дент, стоя у нее за спиной.

Лиза резко развернулась, задыхаясь от гнева.

— А вы — самодовольная, невыносимая свинья! — выпалила она.

К ее невероятному удивлению, он улыбался.

— Мне интересно было увидеть вашу реакцию.

Несколько секунд она просто молчала, не зная, что сказать, а потом вернула ему улыбку.

— А какая из картин ваша любимая?

— Вот эта. — Дент указал на большое полотно, на котором, кажется, были изображены ночь и церковь. Из полуоткрытой двери лился ярко-желтый свет.

Лиза сняла холст со стены, швырнула его на пол и принялась топтать ногами. Грубая ткань порвалась в нескольких местах, а деревянный каркас разлетелся в щепки.

— Мне интересно было увидеть вашу реакцию, — сказала она, бочком продвигаясь к двери, чтобы иметь возможность удрать, если Дент вздумает наброситься на нее.

Но он оставался невозмутимым.

— Собственно говоря, — заявил режиссер, — эта картина мне не нравилась, причем больше остальных. А теперь серьезно, — преспокойно продолжал он, словно ничего не случилось, — что вы о них думаете?

Внешне Лиза оставалась такой же спокойной, как и он. Но ее буквально распирало от какого-то извращенного удовлетворения. Она перешагнула через испорченную картину и обвела стены внимательным взглядом.

— Пожалуй, со временем они могут мне понравиться, — задумчиво протянула она. — Чьи это портреты?

— Моих жен и детей. Чтобы вы не сбились со счета, у меня было пять супруг и наличествует шестнадцать отпрысков.

— И где же они?

— Кто знает? — Дент пожал плечами. — Да и какая, собственно, разница?

В тот вечер Лиза ехала домой, чувствуя себя полностью опустошенной. Ее не покидало ощущение, что она выключила собственную жизнь на двадцать четыре часа, погрузившись в совершенно чужой, незнакомый ей мир.

Когда Лиза переступила порог дома Басби, он показался ей странно пустым, каким-то безжизненным и слишком уж тихим. Она немедленно приготовила себе чай — за весь уик-энд никто не предложил ей и чашки, и она чувствовала себя обделенной.

Потягивая ароматный напиток, Лиза думала о Джозефе Денте. Он был самым необычным мужчиной из всех, кого она встречала в своей жизни. В нем скрывалось нечто отвратительно притягательное; он был очаровательным чудовищем, неугомонным и непредсказуемым. Но при этом — чрезвычайно интересным. Никогда нельзя было знать заранее, что он скажет или сделает в следующую минуту. Когда Лиза сообщила ему, что согласна сниматься в его новом фильме, его реакция оказалась совсем не такой, какой она ожидала. Вместо того чтобы выглядеть довольным или благодарным, Дент лишь равнодушно обронил:

— Вы были бы полной дурой, если бы отказались.

— Когда мы начнем? — поинтересовался Гэри.

Весь уик-энд он был крайне немногословен, его глаза покраснели, а в движениях сквозила усталость. Вместо обеда он уселся смотреть «Великолепную аферу», словно пытался успеть как можно больше.

— Через пару месяцев, — ответил Дент. — Как только я вернусь из Канн. Меня пригласили в жюри тамошнего кинофестиваля. Хотите поехать со мной?

— Еще бы! — с жаром вскричал Гэри.

— Я имел в виду не тебя, а ее, — грубо оборвал его Дент, кивая на Лизу.

Гэри покраснел до корней волос, а Лиза вновь разозлилась на бестактного режиссера. Иногда он бывал просто невыносим.

— Я поеду только вместе с Гэри, — быстро сказала она.

Джозеф Дент, в очередной раз приводя ее в замешательство, лишь рассмеялся и сказал:

— Хорошо, я закажу билеты и номера в отеле.

Но перед поездкой в Канны, в минуту слабости — так, во всяком случае, Лиза сказала себе — она согласилась провести еще один уик-энд у Дента дома, на этот раз для того, чтобы посмотреть фильмы, которые Басби снял еще до того, как они встретились. Она давно хотела это сделать.