Соната для грешника - Джулия Тард

Лондон, 2018 год.

– Привет, любимый, – по-хозяйски зашла Скарлетт в мой кабинет. – Это ты распорядился, чтобы твой лакей не пускал меня? – рухнула на ближайшее ко мне кресло. – Или же это касается всех?

– Простите, мистер Райт, она…

– Всё нормально, Френк, – махнул тому, указывая на выход.

От появления Дане у меня практически началась мигрень. Всего пару дней назад она доставала меня на приёме, а теперь вообще не придумала ничего лучше, чем прийти на работу.

– Не думаю, что у нас с тобой есть хотя бы одна причина для встречи.

– Ой, да брось, – улыбнулась, поправляя убранные в высокий хвост волосы.

Наблюдая за её движениями, я поймал себя на мысли, что начинаю любоваться тем, как она сейчас выглядит. Мне всегда нравилось, когда Скар одевалась именно так: тёмный кардиган, короткое платье глубокого винного цвета, колготки «с подтяжками» и замшевые ботинки на высокой шпильке. Это было моим самым любимым сочетанием, и она прекрасно об этом знала. Что ж, следовало отдать должное её подготовке. Эта женщина и впрямь слишком хорошо меня знала, чтобы иметь с неё дела на равных.

– Для нас с тобой есть целый миллион причин для вот таких вот встреч.

– Чего ты хочешь? – откинулся на спинку кресла, прокручивая в пальцах ручку.

– На этот раз я к тебе с деловым предложением.

– Да неужели?

– Я готова оставить вас в покое, – соблазнительно улыбнулась, чуть оттягивая большим пальцем нижнюю губу. – Но взамен ты выполнишь одну мою просьбу.

– Очень интересно, – поднял брови, изображая наигранное удивление. – И какую же?

– Переспи со мной на прощание.

– Скар… – откачнулся, поднимаясь со своего места, присаживаясь на стол прямо напротив неё. – Ну, во-первых, я не так глуп, чтобы поверить в то, что ты не найдёшь способ как-либо записать наш с тобой секс, чтобы потом показать Клер. Во-вторых, прости, милая, но я не верю в то, что это на самом деле способно заставить тебя отступить. И, в-третьих, даже если бы и не было первых двух пунктов, я бы всё равно ни за что на это не согласился. Потому что больше не хочу с тобой спать.

– И ты готов рискнуть, не поверив мне на слово? – выгнулась, поднимая на меня своё избалованное лицо.

– Вполне.

– Итак, что же тогда может остановить меня от того, чтобы продолжить добиваться своего?

– А то, – убрал скрещенные на груди руки в карманы брюк. – Что больше я с тобой не стану играть во все эти надоедливые игры. Меня уже достало чувство вины перед твоим отцом. Надоело то, как ты снова и снова пользуешься этим, чтобы задеть меня за живое. На данный момент в моём распоряжении достаточно сведений практически о каждом твоём преступлении, и этого хватит для того, чтобы ты уже никогда не увидела свободы.

– Ну, за что ты со мной так? Ведь всё, что я делала, было только для тебя!

– Но я не просил тебя об этом.

– То есть, хочешь сказать, тебе не на руку то, как я убираю с твоего пути конкурентов и недоброжелателей?

– Скар… – запрокинул голову, прекрасно понимая, что чтобы я ей сейчас ни сказал, всё равно окажусь не в лучшем свете. – Конечно, помогало, но я бы и сам смог с ними разобраться.

– Тогда почему же ты до сих пор не сдал меня?

– Потому что должен твоему отцу.

– Да брось! – раздраженно возразила, подскакивая с кресла. – То, что он наложил на себя руки, было его собственным решением, так что не стоит приплетать моего папочку каждый раз, когда речь заходит о наших с тобой отношениях! Есть ты и я, и больше никого!

– Теперь уже нет, – всё ещё спокойно продолжал наблюдать за её мытарством.

– Ах, ну да.… Теперь есть она – твоя новая любимая игрушка.

– Прости, но уж если и называть кого-то игрушкой, то только тебя.

– Нас всех! – резко обернулась, отчего её длинные волосы красиво метнулись в сторону. – Для тебя все мы – всего лишь простые игрушки.

– Но не она.

– И чем же эта блёклая девчонка такая особенная?

– Всем. Она не такая, как мы с тобой.

– Так вот значит как, – заблестели её карие глаза, наполняясь слёзами. – Нашёл себе святошу и думаешь, что теперь тебя ждёт другая жизнь? Что рядом с ней ты и сам станешь лучше. Чище. Думаешь, узнай она, каким ты был, то на самом деле поверит, что всё и впрямь изменилось? Что ты больше не используешь людей в своих целях, сразу же выбрасывая на мусорку, стоит им перестать быть полезными?

– Ты ведь и сама прекрасно знаешь о том, что теперь это всё уже в прошлом. Тогда мне на самом деле приходилось идти по головам и трупам, но теперь всё на самом деле иначе, и я не хочу возвращаться к той жизни, а ты сейчас – её самый главный элемент.

– Извини, – покачала опущенной головой, упираясь в стоящий передо мной стол. – Но я этого не позволю. Прости, Дэвид, но я не дам этой никчёмной девчонке забрать тебя.