Высота одиночества - Татьяна Минаева

— Это еще кто такая? — процедила Рината, переменившись в лице.

— Это? А-а-а, так это Марина Самарина, — как ни в чем не бывало, улыбнулась Фёдорова, наслаждаясь реакцией Ипатовой. — Они с Игорьком вместе у Савченко тренировались и… — И чуть не поженились, — закончила за нее Рина, не сводившая пристального взгляда с женщины, которая когда-то была дорога Игорю. Она думала, что когда-нибудь встретится с ней, но что на чемпионате России…

— Да ладно, — Лерка пихнула Рину в бок, выводя из оцепенения. — Они просто друзья!

— А у него все друзья женского пола? — косо глянув на Фёдорову, прошипела Рината. — Ну, кроме Фирсова?

— Что ж поделать, если ему легче найти общий язык с противоположным полом. Ладно, мне пора! — сладко улыбнувшись, Валерия махнула рукой и быстро зацокала каблучками в противоположную от Самариной сторону.

Рината поджала губы, чувствуя, как в душе ее сворачивается что-то агрессивное, готовое вот-вот вырваться наружу. Но допустить этого было нельзя, уж точно не здесь и не сейчас. И не при этой… Марине. Собрав все свое самообладание, Рината вздернула подбородок и медленно пошла к парочке, стоящей от нее в нескольких метрах. Те ее как будто и не видели. А может, видели, но предпочитали делать вид, что не видят.

— Маринка, ты какими судьбами тут? — слишком откровенно, по мнению Ипатовой, рассматривая бывшую подружку, спросил Игорь.

— Ваш чемпионат заинтересовал руководство моего канала. Ну и, пользуясь моим хорошим знанием русского языка, — она пожала плечами и задорно рассмеялась, — я тут!

— Очень рад тебе, — произнес Игорь и, краем глаза заметив идущую к ним Рину, подошел к ней, приобнял за талию, после чего подвел к Самариной. — Познакомься, — Рината.

— Марина, — переводя взгляд с Игоря на Рину, улыбнулась краешками губ. — Приятно познакомиться.

— Взаимно, — без тени улыбки кивнула Рината и обратилась к Игорю: — А нам разве не пора готовиться к старту?

— Пора, — выдавил он, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— И я тоже побежала. Рада была увидеться, Игорь. — Самарина ласково улыбнулась Крылову, бросила на Ринату заинтересованный взгляд и ушла в том же направлении, что и Фёдорова.

— Ну что, идем? — Игорь потянул Рину в другую сторону.

Ничего не ответив, она скинула его руку и направилась вперед. Серебристые искорки радужки глаз превратились в маленькие колючие льдинки, в движениях появилась резкость, хотя сторонний наблюдатель этого, скорее всего, заметить не смог бы. Но Игорь чувствовал исходящие от нее волны раздражения и видел то, что никому другому видеть было не под силу. Как он, оказывается, успел изучить ее за время, которое они провели вместе…

На протяжении всей тренировки в специально отведенном для этого тренировочном зале, Рината хранила убийственное молчание. В конце концов, Игорь не выдержал.

— Что опять не так?!

— Все так. — Она демонстративно повернулась к нему спиной и, схватив олимпийку, выскочила за дверь, подальше от посторонних глаз.

К слову сказать, она буквально кожей чувствовала любопытные взгляды, что бросали на них другие фигуристы. Будто они с Крыловым нечто из ряда вон! В какой-то мере это, наверное, так и было, но из-за подобного внимания Рина чувствовала себя неуютно. Так и хотелось демонстративно посмотреть на них и рявкнуть, что у каждого, вроде как, есть свои дела. Но она, само собой, этого не сделала, а тихо злилась, подливая масла в огонь собственной, непонятно откуда взявшейся ярости. Хотя, нет. Очень даже понятно…

Игорь нагнал ее спустя пару секунд и, грубо схватив за предплечье, рванул на себя.

— Хватит бегать! — проорал он.

— Отпусти меня! — вырываясь, прошипела она.

— Да что случилось-то?!

— А ты не понимаешь? — Рината ехидно усмехнулась ему в лицо.

— Не понимаю! — искренне воскликнул он. — Разозлилась из-за Марины? Что я такого сделал?

— Черные волосы, голубые глаза… Ничего такого, на что стоило бы обращать внимания, — зло выплюнула Рината. — Заводят темненькие?

Она играла на его нервах и прекрасно понимала, что устраивать сцену ревности за сорок минут до выхода на лед — идиотская затея, но при виде Самариной у нее просто крышу снесло. В таинственной полуулыбке, играющей на губах этой женщины, так и сквозила снисходительность, и Рина, стоя под ее пристальным взглядом, ясно ощутила себя какой-то второсортной заменой. И ничего не могла с собой поделать. Длинные черные волосы, перехваченные атласной лентой, глаза, цвет которых так походил на цвет ее собственных глаз…

— Ты в своем уме? — тихо спросил Игорь. — Ты сейчас серьезно?

— Как никогда. — Она выпрямила спину и, поджав губы, прямо посмотрела на него.

— Рин… — опешил Крылов. Разжал пальцы, высвобождая ее руку. Казалось, он научился уже ничему не удивляться, но она снова нашла оригинальный способ поставить его в тупик своим поведением. — Мы с Мариной друзья.

— Понятно.

— Что тебе понятно? Что, мать твою, понятно?! — Этот её вкрадчивый тон окончательно взбесил его, руки опять вцепились в её плечи, и, видит Бог, он хотел в этот момент вытрясти все идиотские мысли, что бродят в её голове.

Рината молчала, сверля Игоря злобным взглядом.

Где-то глубоко внутри, под толстой пеленой ярости и необъяснимой злости, собственный рассудок задавал примерно те же вопросы, что и он. Но она не знала на них ответов. Наверное, её поведение выглядит глупым. Наверное, и она сама выглядит как полная тупица, безосновательно закатывая Игорю скандал прямо посреди коридора, где никого не оказалось только по счастливой случайности. И ответа на вопрос почему она это делает, Рината не знала.

— Молчишь. Ну и молчи! — Наклонившись, он впился в её губы жестким, требовательным поцелуем, язык его тут же втиснулся в ее рот, сильные руки смяли ее, словно тряпичную куклу.

Оторвавшись от Рины, он долгим, проникающим в самые дебри души взглядом посмотрел ей в глаза, а после произнес:

— Какая же ты дура, Ипатова. Ничего тебе не понятно.

И ушел.

— Какая же ты дура, Ипатова, — повторила Рината, полностью соглашаясь с диагнозом.

Стараясь прийти в себя, она простояла пару минут, но спина по-прежнему была напряженной, мысли спутанными, а губы так и жгло стремительным поцелуем. Рината вдохнула, на мгновение прижалась пылающим лбом к прохладной стене и тихо застонала. Как же это невовремя… Она вздохнула еще раз и, пытаясь скрыть охватившее ее смятение, направилась на поиски Богославской.

Рината сидела на стуле перед зеркалом, сложив руки на коленях, и напряженно всматривалась в своё отражение. Стоящая позади Алла, увлеченно создавала на её голове замысловатую прическу. Секунда за секундой, локон за локоном…

— Можно было и обычным пучком обойтись, — не смогла промолчать Рина.