Приди, весна - Джилл Мэри Лэндис

– В таком случае, не будем терять время. Он взял ее обеими руками за ягодицы и приподнял, чтобы войти в нее. В алькове царил полумрак и пахло кофе и воском, которым Роза натирала вешалку. Ничто не нарушало тишины в доме, кроме звука их поцелуев и вздохов. Стена за спиной Анники была гладкой и холодной, руки Бака на ее теле обжигающе горячими. Она обхватила его ногами, встречая каждое его движение тихим стоном. Бак двигался в ней все быстрее и быстрее, и она отвечала ему неистовым движением бедер, пока наконец возбуждение ее не достигло предела. Она вцепилась ему в волосы и впилась в губы страстным поцелуем. Затем оторвалась от его рта, готовая взмолиться, чтобы он закончил эту сладостную пытку и излил в нее свое семя.

Бак не нуждался в подобных просьбах. Он приподнял ее выше, прижав к стене, и погрузился в нее полностью. Дрожь волной прокатилась по ее телу, и он потерял голову. Она вскрикнула. Звук наполнил его чувством гордости и удовлетворения. В этот момент ему было безразлично, даже если бы их слышал весь мир…

Дыхание их постепенно выровнялось. Бак, прижимая к себе Аннику, качал ее на руках, как ребенка. Ему не хотелось выпускать ее из своих объятий. Он поцеловал ее снова, улыбнулся, глядя ей в глаза, и покачал головой.

– Мне кажется, вам это начинает нравиться, мисс Сторм.

– У меня хороший учитель, мистер Скотт. Над головами у них вновь послышались тяжелые шаги. Анника поспешно зажала Баку рот рукой и покачала головой. Глаза у нее широко распахнулись, но она не сделала никакой попытки встать на ноги.

– Анника? – раздался в следующую минуту голос Кейса.

Не отнимая ладони от рта Бака, она ответила:

– Да, Кейс?

– Ты выходишь замуж за этого парня, или мне спуститься и пристрелить его?

Бак попытался сбросить ее руку. Шикнув на него, она крикнула:

– Да, Кейс, выхожу!

На лестнице воцарилось молчание. Наконец спустя несколько томительных мгновений они вновь услышали звук удаляющихся шагов. Анника с облегчением вздохнула и опустила голову Баку на плечо.

– И это все? – прошептал он.

– И это все.

– Он не собирается сойти вниз и всадить в меня пулю?

– Нет. К тому же, он не может убить отца моего будущего ребенка, как бы ему этого ни хотелось.

Бак нежно поставил Аннику на ноги. С улыбкой она глядела, как он натягивает и застегивает брюки. Покончив с этим, он откашлялся, и она вся обратилась в слух, с интересом ожидая, что он ей скажет.

– Анника, я думаю, что пока мы не можем позволить себе завести ребенка. У нас уже есть Баттонз, и поскольку я буду учиться…

– Из тебя вряд ли выйдет хороший врач, если ты не знаешь, сколько времени требуется женщине, чтобы выносить ребенка. Как я понимаю, пройдет еще около семи месяцев до того, как тебе придется принимать нашего.

– Нашего?

– Нашего. Твоего и моего. – Она улыбнулась ему лучезарной улыбкой, надеясь, что сейчас наконец его глаза вспыхнут от восторга.

– Но каким образом?

– Вижу, медицинское образование тебе необходимо даже более, чем я думала. Разве ты забыл ночи в Блу-Крик, когда…

– Ты забеременела еще тогда?

Она кивнула, весьма гордая собой в эту минуту.

– И, зная об этом, ты позволила мне уехать отсюда?

Улыбка на ее лице мгновенно погасла.

– Я не могла поступить иначе, Бак. Я не желала удерживать тебя с помощью нашего ребенка.

Он ничего не ответил, пристально ее разглядывая, и Анника затаила дыхание.

Когда он наконец расслабился и вновь потянулся к ней, у нее вырвался вздох облегчения.

– Ты злишься на меня?

– А если бы и злился, то что из этого?

– Ничего, мистер Скотт. Вы теперь никуда от меня не сбежите.

Он покрыл поцелуями ее лоб, глаза, губы.

– Согласен, поскольку деваться мне некуда. Но, учитывая, что моя семья очень скоро увеличится еще на одного члена, я буду вынужден просить вас о дополнительной ссуде.

– Разумеется. – Анника рассмеялась. – Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем сделать вас моим должником на многие годы.

– Это означает, что бумаг понадобится еще больше. – Он вздохнул.

– Кейс с радостью составит их для тебя, или ты можешь подождать моего отца. Родители приезжают сюда через две недели.

Бак покачал головой и начал застегивать пуговицы на рубашке.

– Я определенно приобрел больше родственников, чем рассчитывал, когда писал письмо Алисе Соумс.

– Мы можем кого-нибудь нанять для ее розыска, если ты все еще жаждешь ее общества.

Он скрестил на груди руки и сделал вид, будто обдумывает ее предложение. В следующее мгновение он покачал головой.

– Думаю, я все же останусь с тобой.

– Почему?

Даже в полутьме алькова было видно, как сияют ее глаза.

– Потому что я люблю тебя, Анника Сторм. Ты была лучшей ошибкой, какую я когда-либо совершил в жизни.