Легкомысленные - С. Стивенс

Келлан резко отпрянул.

– Сделаем кое-что? – спросил он спокойно, но в глазах плясали чертики.

– Да… – буквально промычала я. Боже, он мог делать со мной все, что хотел…

– Минуту дать? – Он отодвинулся чуть дальше и ухмыльнулся.

Улыбка стала отчасти самодовольной, и он расхохотался, когда я вновь залепила ему по руке.

Он тронул машину с места, когда я насупилась. Мое лицо постыдно пылало. Черт, он был хорош.

– Что ты задумал? – осведомилась я слегка ворчливо.

Келлан развеселился при виде моего лица и чуть встряхнул головой:

– Прости, не хотел тебя завести. – Я вскинула бровь, и он повторил смешок. – Ладно, может быть, и хотел.

Он подмигнул, и я зарделась еще пуще.

– Но прямо сейчас я хочу тебе кое-что показать.

Он улыбнулся так, что у меня захватило дух, и я смогла лишь кивнуть, пока мы съезжали с улицы.

Согласно вздохнув, я расслабилась, приникнув к нему, он же крепко придерживал меня за плечо. Я заглядывала в его потрясающие глаза и смотрела, как сменялись огни светофоров, когда заметила, что мы движемся к «Сиэтл-Центру».

– Куда ты меня везешь? – спросила я с интересом.

– Я же обещал тебе подняться на «Космическую иглу».

– Келлан… Сейчас два часа ночи, все закрыто.

Он улыбнулся и подмигнул:

– Все схвачено… У меня есть знакомые.

Мы припарковались, и Келлан, как и в первый раз, взял меня за руку. Нас встретил и пропустил человек, судя по всему из местных сотрудников. Я подняла взгляд на Келлана, сгорая от любопытства. Этот мужчина ждал нас. Что за вечер затеял Келлан? Он протянул мужчине несколько крупных купюр, и тот с улыбкой отвел нас к лифтам «Иглы». Когда перед нами сомкнулись двери, я подалась к Келлану и шепотом спросила:

– Сколько ты ему дал?

Он улыбнулся и тоже шепотом ответил:

– Не парься об этом. Родители оставили мне не только дом.

Келлан подмигнул, и я собралась задать следующий вопрос, но лифт устремился вверх. Через стекло дверей мне было видно, как город быстро уходит у меня из-под ног. Я задохнулась и прижалась к дальней стенке. Высоту я не жаловала, и лифт вдруг показался мне хрупким и крошечным.

Заметив мою бледность, Келлан повернул меня за подбородок так, чтобы я смотрела на него.

– Кира, ты в полной безопасности.

Он ласково поцеловал меня, и я выкинула из головы свои опасения по поводу лифта.

Мы прибыли наверх в тот самый момент, когда мои руки потянулись к его волосам, а он сомкнул свои на моей пояснице: теперь мы упоенно целовались. Знакомый Келлана звучно кашлянул, и мы посмотрели в его сторону. Я стала пунцовой, а Келлан прыснул.

– Похоже, приехали, – усмехнулся он, выводя меня из лифта.

Келлан похлопал мужчину по спине и, взяв меня за обе руки, попятился на край внутренней обсерватории с видом на город. В здании было темно в такой поздний час. Горела лишь пара аварийных фонарей, которые почти не давали света. Но тот, казалось, весь очутился снаружи, и город под нами переливался огнями.

– О, Келлан… Как здорово, – произнесла я тихо, остановившись полюбоваться мерцанием.

– Да, – отозвался он так же негромко, но сам стоял спиной к панораме, прислонившись к ограде и глядя не на город, а на меня. – Иди сюда. – Он простер ко мне руки.

Мы находились внутри «Иглы» на безопасном расстоянии от края, а потому мне не составило большого труда подойти, утонуть в объятиях Келлана и вместе с ним навалиться на ограждение. Он повернул голову, чтобы глянуть на город, но я уже не видела ничего, кроме Келлана. В полумраке я изучала его черты: он завораживал сильнее панорамы. Я не могла понять, чем прельстила это совершенное создание, и прошептала:

– Почему я?

Он вновь повернулся ко мне, и от его улыбки мое дыхание, как и следовало ожидать, пресеклось.

– Ты даже не представляешь, как я любуюсь тобой. Мне нравится. – Он склонил голову набок, наблюдая, как мои щеки заливаются краской. Подумав секунду, он тихо добавил: – Дело было в вас с Денни… В ваших отношениях.

Я пробежалась пальцами по его волосам выше уха и нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду?

Он снова взглянул на город, но ничего не сказал. Положив руку на его щеку, я развернула его к себе и повторила:

– Что ты имеешь в виду, Келлан?

– Не знаю, как объяснить тебе, если не растолковать того, что сказал Эван, – вздохнул он и потупился.

Я снова надулась и мысленно возвратилась к нашей стычке. С тех пор изменилось столь многое, что пролетела, казалось, целая жизнь.

– Это когда ты велел ему заглохнуть – довольно грубо, между прочим?

Ему, похоже, не хотелось продолжать разговор.

– Да.

– Не понимаю, какое отношение это имеет ко мне?

– Никакого… – улыбнулся Келлан и покачал головой. – И непосредственное.

– Но ты, надеюсь, все-таки объяснишь мне толком? – криво усмехнулась я.

Он издал смешок и вновь посмотрел на город.

– Да… Только подожди минуту.

Я крепко обхватила его и положила голову ему на плечо. Может думать хоть целую вечность, лишь бы не уходил. Городские огни околдовывали, и я, уткнувшись носом в кожаную куртку, вдохнула его пьянящий аромат.

Келлан обнял меня так же крепко, одной рукой поглаживая по спине, а другой придерживая за голову. Наконец он медленно произнес:

– Вы с Эваном были правы насчет женщин. Я использовал их годами.

Я чуть отстранилась, чтобы взглянуть на него.

– Годами? Не только из-за меня? – К своему удивлению, я была уязвлена.

Он заправил мне за ухо прядь волос.

– Нет… Тем хуже, конечно.

Я нахмурилась, испытывая некоторую неловкость от этого разговора.

– Людей, Келлан, использовать нельзя… Ни по какой причине.

Он вскинул брови и улыбнулся:

– Не ты ли использовала меня в первый раз, когда хотела выкинуть из головы Денни?

Я отвернулась. Разумеется, я использовала его. Он взял меня за подбородок и заставил смотреть на себя.

– Да все в порядке, Кира. Я так и думал. – Он вздохнул и глянул на залив по другую сторону. – Но это не лишило меня надежды. Я целый день болтался по городу, прикидывая, как сказать тебе… что я тебя очень люблю. И не выставить себя при этом идиотом.

– Келлан… – Я чуть с ума не сошла, гадая, где его носило тогда.

Он вернулся взглядом ко мне.

– Боже… Когда ты мигом вернулась к нему, как будто ничего и не было, меня это просто убило. Я знал… – Он чуть ли не злобно встряхнул головой. – В ту самую минуту, когда я вошел и услышал вас наверху, я уже знал, что нам ничего не светит.