Антисваха против василиска - Валентина Ильинична Елисеева

— Так это был оригинальный мужской метод побуждения к действию?

— И серьёзное предупреждение об опасности моей «невесты»: она та ещё бессердечная стерва!

— А если бы Ролайза сама пришла к алтарю?

— Она бы сказала «нет» куда уверенней, чем ты, — хмыкнул Имран, усиливая натиск в деле поцелуев.

— А если бы…

— Душа моя, честное признание: «Я люблю тебя и никогда не женился бы на другой», сойдёт за универсальное объяснение всех «почему» и «если»?

«Под такими обжигающими поцелуями любая фраза сойдёт за объяснение, даже аннотация к учебнику физики», — подумалось Ане, уплывающей в море страсти на волнах наслаждения.

— Кажется, я тоже тебя люблю, — выдохнула она, прижимаясь к… мужу.

— Уточнение «кажется» через пару часов исчезнет из этой фразы. Навсегда! — самоуверенно пообещал Имран.

Оно действительно исчезло: сгорело в пламени страсти, истаяло в жаре объятий, растворилось в счастье плещущейся в каждом взгляде любви, заглохло в шёпоте «моя Аннет, моя Аня, Анечка, любимая».

«Только бы эта ночь не оказалась сном!» — горячо помолилась высшим силам Аня, засыпая на мужском плече, когда солнце уже сияло в зените.

Глава 39. Все тайны метаморфа

«Просыпаться под взглядом Имрана быстро войдёт у меня в привычку, — улыбнулась Аня, вдыхая будоражащий знакомый запах любимого мужчины и нежась в невесомых прикосновениях поглаживающих её спину и плечи длинных, немного шершавых пальцев. — Значит, наша ночь, точнее — утро, мне не приснилось».

Открыв глаза, она потянулась за поцелуем и увидела хмурое-хмурое лицо свежеиспечённого мужа.

«Хвост отрос?!» — дрогнула Аня.

Нет, ревизия состава тела убедила, что ничего непредвиденного не произошло.

— Что случилось? — с опаской поинтересовалась Аня, боясь думать об океане плохих вариантов.

— Переоцениваю все события последних суток — у меня наконец-то появилось время во всём разобраться, — хмуро ответил Имран и вдруг судорожно сжал её в объятиях, осыпая поцелуями лицо. — Я чуть собственными руками не погубил тебя! Я недооценил жестокость и бездушие Ролайзы — это же она нацепила на тебя убивающее колечко?!

— Ты спас меня, а не погубил, — успокаивающе прошептала Аня.

— Но именно я подверг тебя такой опасности! А ведь предупреждал: держись подальше от моей «невесты»! Расскажи, как ты решилась заменить её на свадьбе?

По мере рассказа Имран мрачнел всё сильнее. Под конец он с чувством сказал:

— Отыщу эту мерзкую змею хоть на краю света! Устрою ей весёленькую жизнь!

Мерзкую?

— Ты не любишь змей? — тонким, ломким голосом спросила Аня.

— Я не люблю тех, кто бьёт исподтишка, — процедил Имран. Выдохнул и с улыбкой заверил: — А так-то я неплохо отношусь ко всему живому миру. Вставай, душа моя, в стране сейчас ой как неспокойно, и мы в самом эпицентре событий.

— Правда, что свергают власть? — поёжилась Аня, нахлебавшаяся трудной жизни во время переворотов в родном мире.

— Правда, но серьёзных бед удастся избежать, если проиграем не мы, — одеваясь, заверил Имран.

Поток Аниных вопросов остановил стук в дверь:

— Ань, глава королевской стражи явился, тебя спрашивает! — крикнул Павлюк.

— Сейчас выйду! — пискнула Аня, втягивая голову в плечи под посуровевшим взглядом мужа.

— Не зачастил ли Ригорин в твою скромную обитель? — проворчал Имран. — Давай начистоту: что вас связывает?

— Ничего! — побожилась она. — Глава стражи очень похож на моего покойного мужа, в полубессознательном состоянии я их спутала, вот и всё. И на приёме у Гине в первый момент мне померещилось, что я столкнулась с бывшим супругом, который… словом, он ушёл к другой женщине ещё до того, как я стала вдовой.

Это правдивое объяснение укладывалось в рамки биографии Аннет Сток. Держать мужа в неведении о том, кого он взял в жёны, Аня не планировала, она всё ему расскажет! Но чуточку позже, когда соберётся с духом. Неизвестно, как Имран отреагирует на известия, а ей так хотелось хоть денёк побыть счастливой!

— Я к другой не уйду, даже не рассчитывай на это, — улыбнулся Имран, будто подслушав её мысли, и открыл окно, впуская в комнату множество магических писем и зачарованную на доставку до адресата газету. — Я воспользуюсь твоим столиком, чтобы ответить на срочную корреспонденцию?

— Конечно. — Аня нырнула в платье, пригладила волосы и помедлила на пороге, смотря на внезапно появившегося спутника жизни. Ей очень хотелось верить, что он останется с ней несмотря на все тайны! Полуобнажённый муж, усевшийся разбирать почту, не надев рубашки, почувствовал её взгляд. Он обернулся и подмигнул:

— Иди, душа моя, но осторожнее с Ригорином: я ревнив!

— Тебе нет нужды беспокоиться о моей верности: я не предаю близких, — тихо заверила Аня, мысленно добавляя: «Как бы внезапно они ни объявлялись, и сколько недоговорённостей ни стояло бы между нами».

Зелёные глаза Имрана вспыхнули, как звёзды, а голос прозвучал бархатной лаской:

— Знаю, душа моя. Однако если ты немедленно не скроешься за дверью, главе стражи придётся ожидать нас минимум час!

Залившись краской под откровенным взглядом, Аня поспешила вниз, одёргивая рукава платья и пряча уличающий её брачный браслет. Не о любви надо было ночью ворковать, а об опасности раскрытия тайны их брака! Придётся ей изображать из себя любовницу-содержанку и беспокоиться о том, как скрывать детей, которые могут появиться в будущем. К какому биологическому виду будут принадлежать эти дети, и какими адскими способностями обладать при таких-то родителях? Решение данных вопросов придётся оставить на волю судьбы…

Размышляя о будущих детях, Аня столкнулась с детьми уже имеющимися: Мариша поднималась в её комнату с веником в руках.

— Ты вчера устала, я сама у тебя приберусь, — приветливо сказала девочка.

— Не надо! — вырвалось у Ани и она воровато заслонила путь к двери. К лестнице вышел Павлюк, с любопытством прислушиваясь к их диалогу. — Эм-ммм… там… в комнате…

Чёрт, Имран всё равно скоро выйдет!

— Муж там, — призналась Аня, как в холодную прорубь прыгнула.

Дети замерли. Переглянулись. Дружно почесали в затылках и с сочувствием, как на слабоумную, посмотрели на Аню.

— Там правда муж, утром прилетел, — развела руками Аня.

— Ты ж говорила, он не знает, кто ты, — зашептала Мариша, широко распахивая глаза.

— Я ошибалась, — медленно багровея, объяснила Аня.

— И что, он с самого утра в твоей комнате взаперти сидит? — удивилась Мариша.

Покраснев, как спелый помидор, Аня кивнула, и поспешила направить мысли детей в другое русло:

— Завтрака на всех