Беременна на полставки - Ульяна Гринь

— Мне нравится, — призналась тихо.

— Отлично. Значит, вечер намечается удачным, — рассмеялся Илья. Девушка у пюпитра встретила нас милой улыбкой:

— Добрый вечер, у вас заказан столик?

— На имя Белого, столик на двоих.

— Минутку, — она заглянула в список и снова улыбнулась: — Прошу, я провожу вас, господин Белый.

И пушистый, снова захотелось добавить мне, слава богу, про себя. Не думаю, что боссу понравится, если я скажу это вслух.

Нас провели мимо сцены, где играли музыканты, а на пятачке перед ней танцевала одинокая пара, к открытой террасе со столиками. Один из них, в углу, укрытый всё тем же виноградом, оказался с табличкой «заказано». Илья галантно отодвинул стул, ожидая, пока я сяду, потом устроился напротив и раскрыл меню:

— Аперитив?

— Я не пью, — поспешно ответила я, вспомнив корпоратив.

— Даже сок? — насмешливо спросил он.

— Сок пью.

Мне стало неловко. Не дай бог, босс понял, с кем провёл ту памятную ночь… Может, именно поэтому он и пригласил меня в ресторан? Вдруг я ему понравилась? И теперь начнётся конфетно-букетный период? Ой, мамочки… Лиза меня сожрёт с потрохами!

Подошла официантка в форменном костюме. Илья взглянул на бэйдж и попросил:

— Света, будьте добры, два четинара шприцера, а мы пока посмотрим меню. Я хочу удивить мою спутницу.

— Хорошо, — улыбнулась Света. — Порекомендую вам мясную питу и плескавицу, а если дама желает что-нибудь вегетарианское…

— Нет, не желаю, — запротестовала я, вспомнив, что голодна, как волк. Да и дома мне предлагали мясо по-французски, не буду же я жевать салатик в ресторане!

— Отлично! — отчего-то обрадовался Илья. — Тогда пусть будет и пита, и плескавица, мы с дамой поделимся.

Я даже икнула от неожиданности. Это что же, будем кусочки тягать из тарелки другого? Как-то это… слишком интимно. Когда официантка убежала на кухню, я спросила:

— Илья Владимирович, о чём вы хотели поговорить?

— Во-первых, просто Илья, — усмехнулся он. — Во-вторых, мы на ты, во всяком случае, этим вечером. А в-третьих, Ника, ну какая вы неромантичная! Давайте наслаждаться приятной компанией, музыкой, едой, а все вопросы обсудим в процессе!

— Извините, привычка. Сначала работа, потом всё остальное…

— У меня другая привычка. И сегодня предлагаю жить по ней.

— Илия!

Мы разом обернулись на голос. К нам спешил не слишком молодой, но очень живой, с доброжелательной улыбкой на приятном лице мужчина. Илья быстро встал и пожал протянутую ему руку:

— Живко, добар дан!

— Добро вече, — со смешком поправил его Живан. — Но давай по-русски, или ты хочешь поразить свою леди?

«Леди», то бишь, я покраснела и попыталась встать, чтобы тоже пожать руку хозяину заведения, но Живан не позволил. Он склонился передо мной, запечатлев на руке сухой поцелуй:

— Премного рад видеть вас в моём скромном ресторане! Илия, представь нас, прояви чудеса вежливости!

— Прости, конечно! Позволь представить тебе Нику, она работает у меня в новой фирме бухгалтером. Ника, это Живан Павлович, один из величайших певцов современности.

— Не говори глупостей, — рассмеялся хозяин, но было видно, что ему приятна лесть. Или не совсем лесть?

— Это очевидность.

— Надеюсь, леди понравится у нас. Что вы заказали?

— Мясо, много мяса!

— Я лично прослежу, чтобы его приготовили, как надо, как для себя! Развлекайтесь!

— Ты споёшь сегодня? — с хитринкой во взгляде спросил Илья. Живан покачал головой, но почти сразу согласился:

— Только из уважения к Нике! Немного позже, если позволишь.

— Будем ждать.

Когда хозяин отошёл к другому столику, официантка принесла аперитив. От невысоких широких бокалов, как для виски, по террасе поплыл чарующий запах хвои. Напиток был насыщенного жёлто-оранжевого цвета, а вместо долек лимона на краях бокалов держались еловые веточки.

Господи, разве можно пить еловый коктейль? А если меня от него стошнит прямо за столом?

Илья заметил, как я смотрю на бокал, и подбодрил меня со смехом:

— Не бойся, это можно пить. Смотри!

И пригубил свой коктейль.

— Ну, не знаю, не знаю… — подозрительно пробормотала я и взяла бокал в руки. Эх, была не была. Чуть что — подхвачусь в туалет, а боссу придётся продумывать меню потщательней. Отпила и прислушалась к себе. хм. А неплохо! Кисленько, с лёгкой горчинкой, со вкусом вязких ягод и запахом хвои.

— Ну как?

— Годится, — улыбнулась я. Илья кивнул:

— Отлично, значит, всё остальное тебе тоже понравится.

— Илья Вла… ой. Илья. Давай начистоту.

— Давай, — легко согласился он, отщипывая кусок от хлеба в корзиночке.

— Меня очень смущает это приглашение в ресторан. Я привыкла о рабочих моментах разговаривать на работе, а ресторан — это как праздник, что ли, выход в свет, событие…

— Я понимаю.

Боже, какой у меня понимающий босс!

— И всё же. В мире бизнеса это обычное дело — пригласить человека в ресторан и поговорить о том, о сём за бокалом вина. Ну, хорошо, вижу, что ты настроена рабоче. Давай поговорим о работе, а потом будем наслаждаться приятным вечером.

— Да, это было бы замечательно, — потягивая коктейль, кивнула я.

— Окей. Видишь ли, когда я инвестирую в проект, я хочу добиться полной отдачи максимум через год. То есть, отбить вложенное и начать получать прибыль.

Он внимательно смотрел на меня, но возражений с моей стороны не было, и Илья продолжил:

— Я говорил со всеми на фирме по поводу линейки бренда для среднего класса, и все согласились, кроме двух человек.

Он выдержал прелестную паузу, и я, разумеется, в неё попалась, любопытно спросив:

— Я и?

— Игнатова, — широко улыбнулся Илья. — Вот поэтому я и пригласил тебя, Ника, чтобы спросить — почему?

Мы с Игнатовой отказались принимать участие в удешевлении бренда? О как! Даже где-то приятно стало, что моя начальница мыслит, как я. Или это я мыслю, как она?

— Я же говорила уже…

— Ты меня не убедила.

Я разве говорила, что мой босс понимающий? Нифига подобного! Со вздохом решила объяснить на пальцах свою позицию:

— Татьяна Валерьевна начинала с самых низов — швея в ателье. Потом шила свои вещи. Сделала бренд собственными руками. Пахала, как папа Карло, чтобы пробиться в высокую моду… Каждая вещь, на которой стоит имя нашего модного дома, сделана вручную в единственном экземпляре. И мы можем отследить каждую нитку, каждую пуговицу, потому что покупаем их часто вообще на заказ.