Пороки джентльмена - Джейн Фэйзер

– Только умоляю, держи его подальше от детей, – попросила Аурелия, весело качая головой, и возвратилась к своим банкам с вареньем.

Кухня мало-помалу приобретала жилой вид, но в ней по-прежнему было холодно. Из открытого окна дуло, и Корнелия направилась к нему, чтобы закрыть.

– Э, мадам, не закрывайте его, – остановил ее Морком. – Оно приоткрыто, чтобы кошка леди Софии могла бегать туда-сюда. Это требование ее светлости.

– Может быть, – не допускающим возражений тоном произнесла Корнелия. – Но я все равно его закрою. Если кошка захочет забраться внутрь, она может запрыгнуть на подоконник и дать нам знать. – Она уже собиралась захлопнуть окно, как из промозглой тьмы, словно тень, выбежала кошка и, вскочив на подоконник, проползла под оконной рамой в кухню.

– Что? Замерзла? Ничего, все в порядке, – сказала Корнелия, наклоняясь, чтобы погладить животное. – Как ее зовут, Морком?

– О! Леди София звала ее просто Киса, – ответил старик. – Но я вам сразу заявляю, мэм, по ночам окно будет оставаться открытым. Она любит поохотиться. Где это видано, чтобы кошка по ночам сидела дома взаперти! Это против природы.

– Об этом мы подумаем после, – примирительно пообещала Корнелия. – Сейчас кошка все равно дома. – Она плотно закрыла окно, и ее взгляд упал на старый глиняный бочонок для муки, который мог пригодиться в хозяйстве. Брезгливо поморщившись, Корнелия заглянула внутрь. – Мука прямо-таки кишит жуками.

Она подняла бочонок и опрокинула его, вывалив содержимое в мойку. Что-то звякнуло о фарфор.

– Что это? – Она осторожно просеяла муку сквозь пальцы, стараясь не замечать копошащихся в ней личинок. – Глядите-ка! Эта кухня не перестает преподносить сюрпризы. – Она показала всем наперсток. В свете, падавшем из отмытого окна над мойкой, сквозь мучную пыль блестело серебро. Корнелия обтерла наперсток подолом передника и снова поднесла его к глазам. – Очень необычная вещица.

Аурелия с Ливией, оставив свое сокровище – коробку с фарфором, приблизились к Корнелии и стали по очереди рассматривать наперсток.

– Это определенно серебро, а гравировка выполнена в высшей степени виртуозно. Работа очень искусного ювелира, – высказала свое мнение Аурелия.

– Я спущусь в винный погреб, – объявила Корнелия, убирая наперсток в карман передника. – Морком, ключ у вас?

– Да, мэм. Я туда давно не спускался, – ответил слуга, вынимая из дымохода щетку, с которой посыпалась сажа. – Леди София вино не жаловала. Пропустит, бывало, ввечеру стаканчик портвейна, и только.

– Там есть что-нибудь стоящее?

– О да, думаю, есть. – Морком вытащил из кармана кожаных брюк связку ключей и принялся перебирать их в руках, поднося каждый к глазам для более тщательного изучения. – Старый граф, брат леди Софии, держал хорошие вина.

– Как давно он скончался? – поинтересовалась Корнелия, которую вдруг охватило сомнение.

– О! Лет двадцать назад, никак не меньше, – ответил старик и прошаркал через кухню к двери в винный погреб.

– Вурдалаки и привидения, – дурашливо содрогаясь, проговорила Корнелия. – Как вы думаете, что еще там можно обнаружить, если туда двадцать лет никто не заглядывал?

К вечеру кухня ожила, в печах вспыхнул огонь, а сестры-близнецы занялись какой-то стряпней, хотя Корнелии и всем остальным результат предпринимаемых ими усилий представлялся весьма сомнительным. Слава Богу, дети уже были накормлены ужином, получившим одобрение Линтон, и устроены в детской в относительном тепле.

– В гостиной леди Софии камин растоплен, леди Ливия, – доложил Морком, войдя в кухню, где три женщины подводили итог своим нынешним достижениям. – И я откупорил бутылку бургундского, какую вы велели принести, миледи, – обратился он к Корнелии.

– И разлили вино по графинам? – спросила она.

– Да, – подтвердил он.

– Там был бочонок довольно сносного хереса, – пояснила Корнелия, когда они вышли из кухни. – И бочка портвейна, едва початая, да еще одна – с мадерой. Старый граф был человек практичный. Так что, даже если мы не получим на ужин ничего вкусного, сможем себя порадовать вином.

Они пошли в гостиную. Этим утром здесь стоял тяжелый неприятный запах старой пыльной ткани, смешанный с каким-то странным, затхлым ароматом цветочных духов, запахом свечного воска и углей в холодном камине. Целый день окна здесь оставались открытыми, и помещение наконец проветрилось. Камин был покрыт графитом, мебель натерта воском, а ковры и обивка тщательно выбиты. Эту гостиную никто не назвал бы элегантной или даже уютной, но все же теперь она приобрела жилой вид.

Корнелия разлила херес, и три молодые дамы с тихими стонами облегчения опустились в продавленные кресла.

– Мне, кажется, еще никогда в жизни не приходилось так много работать, – заметила Ливия. – Все тело ломит.

– А кстати, Лив, что ты решила относительно завтрашнего дня? Примешь грубияна виконта? Я бы не приняла, – сказала Корнелия. – Я бы его спустила с лестницы.

– Неужели тебе не любопытно, отчего он так жаждет купить этот дом? – удивилась Аурелия, поднимая графин с хересом, чтобы наполнить бокалы. – Должно быть, у него есть какая-то причина… предлагать этакую кучу денег – и за что, спрашивается? – Она обвела рукой вокруг себя, указывая на то, что их окружало. – Чтобы привести все это в божеский вид, уйдет целое состояние.

– А что? Можно и принять, – беспечно отозвалась Ливия, протягивая свой бокал к Аурелии. – Посмотреть, что это за варвар. О! И адвокат тети Софии, Мастерз, тот, что писал мне, тоже завтра собирается пожаловать. Мне, очевидно, предстоит подписать кое-какие бумаги.

– Значит, завтра ты будешь занята, – сказала Аурелия. – А мы с тобой что будем делать, Нелл?

– Вы тоже непременно должны присутствовать! – переполошилась Ливия. – Это наше общее дело… тем более что речь идет о виконте.

– Нелл, о чем ты задумалась? – обратилась к Корнелии ее золовка с дрожащей улыбкой на губах. – Ты явно что-то затеяла.

– Мне пришла в голову одна идея…

Но закончить свою мысль ей помешали Морком с одной из сестер-близнецов, которые возникли на пороге с подносами.

– Картофельный суп, – возвестил Морком, опуская поднос на располагавшийся в эркере раскладной стол. – А еще хлеб, сыр и немного ветчины. Прикажете налить вина, миледи?

– Да, пожалуйста, – ответила Корнелия, ибо вопрос обращался именно к ней.

– Мы вам очень благодарны, Морком. – Ливия поднялась с кресла и приблизилась к столу. – Это просто чудо, что вам с Адой и Мейвис удалось сделать, имея в своем распоряжении такую малость.

– Э, насчет этого, леди Ливия, мы поступаем, как нас учила леди София. Заботимся о доме и о ее имуществе. Вот и все тут… просто выполняем свой долг. – Морком подошел к буфету и взял бутылку бургундского.

Морком склонил голову в некотором подобии поклона и вышел.