Сюрприз - Аманда Квик

— Предупреждаю вас, сэр… Вы можете отказаться мне помочь, но вам не удастся отговорить меня. Я признаю, что ваша поддержка очень важна для меня, но уверена, что я смогу справиться и без вас.

— Неужели? — Маттиас сделал шаг в глубину комнаты. — И как же вы этого добьетесь, мисс Уотерстоун? Может быть, снова встретитесь с ним в чьей-нибудь спальне, как это было три года назад? Согласен, что такое предложение усилит его интерес.

Несколько мгновений Имоджин ошеломленно молчала. Затем в ее глазах сверкнул гнев.

— Как вы смеете, сэр?

Маттиас почувствовал горечь в душе, но подавил это чувство. В данном случае цель оправдывала средства. Он процедил сквозь зубы:

— Приношу извинения за то, что я навел справки об инциденте, мисс Уотерстоун. Однако, — безжалостно продолжал он, — мы не можем игнорировать прошлое. Факты остаются фактами. Если Ваннек соблазнил вас однажды, он попытается сделать это опять. И если вы не попытаетесь использовать свои чары, чтобы заманить его в ловушку…

— Черт побери! Ваннек не соблазнил меня три года назад! Он меня скомпрометировал! А это совершенно разные вещи!

— Разве?

— Первое означает реальность, второе — лишь то, что кому-то что-то показалось. — Имоджин презрительно фыркнула. — Я полагала, что человек ваших умственных способностей должен бы провести различие между этими двумя понятиями.

Маттиас вспыхнул:

— Сколько бы вы ни спорили о мелочах, это ничего не меняет. Проблема-то остается. И вряд ли это поможет вам справиться с таким типом, как Ваннек.

— Уверяю вас, что мне это под силу, и я с ним справлюсь. Но я прихожу к выводу, что вы правы в одном отношении, сэр. Вероятно, мне не потребуются ваши услуги. Первоначально, продумывая план, я полагала, что ваше участие будет весьма полезно мне, но сейчас склоняюсь к тому, что вы будете мне мешать, а не помогать.

По непонятной для Маттиаса причине слова Имоджин добавили масла в огонь его гнева.

— Да неужто?!

— По-видимому, вы не тот человек, за которого я вас принимала.

— Черт побери! И какой же я, по вашему мнению, человек?

— Я полагала — как выяснилось, ошибочно, — что вы человек действия, что вас не испугает опасность… Человек, способный идти на риск без малейших колебаний.

— И откуда же у вас такое обо мне представление?

— Из ваших статей о древнем Замаре. Читая эти захватывающие статьи о путешествиях и исследованиях, я решила, что вас привлекает острота ощущении в драматических ситуациях. — Она презрительно улыбнулась. — Выходит, я ошибалась.

— Мисс Уотерстоун, вы хотите сказать, что мои статьи написаны на основе вторичных данных, как статьи этого злосчастного И.А.Стоуна?

— И.А.Стоун предельно честен относительно того, откуда он берет информацию. Он не делает заявлений о том, что собственными глазами видел то, о чем пишет. А вы их делаете. Вы выдаете себя за человека действия, но, похоже, вы таковым не являетесь.

— Я ни за кого себя не выдаю, несносная…

— Очевидно, то, что вы пишете, это простая беллетристика, а не факты. Прискорбно, что я видела в вас умного, находчивого джентльмена, готового дерзать. И еще я глубоко заблуждалась, считая, что вопрос чести для вас выше всяких мелких неудобств.

— Вы не только мое мужество, но и мою честь подвергаете сомнению?

— А разве для этого нет оснований? Совершенно очевидно, что за вами долг, сэр, но очевидно и то, что вы намерены уклониться и не платить его.

— Я был должен вашему дяде, а не вам.

— Я вам уже объясняла, что унаследовала этот долг, — парировала Имоджин.

Маттиас сделал еще один шаг в глубь комнаты.

— Мисс Уотерстоун, вы испытываете мое терпение.

— Я вовсе и не помышляла об этом, — угрожающе ласковым голосом сказала она. — Я просто пришла к выводу, что вы не будете принимать участие в осуществлении моего плана. И тем самым я освобождаю вас от данного вами слова. Отправляйтесь восвояси, сэр.

— Черт побери! Вам не удастся так легко от меня отделаться! — Двумя широкими шагами Маттиас преодолел разделяющее их пространство и схватил Имоджин за плечи.

И тем самым допустил ошибку. В мгновение ока его гнев трансформировался в желание.

Несколько мгновений он не мог пошевелиться. Казалось, на него опустился могучий кулак и парализовал его. Маттиас попытался вздохнуть, но аромат духов Имоджин затуманил его сознание. Он смотрел в бездонную глубину голубовато-зеленых глаз и думал: не утонет ли в них? Он открыл рот, чтобы завершить спор ядовитой репликой, но слова застряли в горле.

Гнев во взгляде Имоджин исчез. Вместо него появилась озабоченность.

— Милорд! Что-то случилось?

— Да. — Это было все, что он смог сказать не разжимая зубов.

— Что с вами? — Озабоченность Имоджин сменилась тревогой. — Вы нездоровы?

— Вполне вероятно.

— Боже милостивый! Я не заметила это сразу. Без сомнения, этим и объясняется ваше странное поведение.

— Без сомнения.

— Может быть, вы приляжете на кровать на несколько минут?

— Я не думаю, что это будет слишком разумно…

Она была такой мягкой. Сквозь рукава платья он почувствовал тепло ее тела и вдруг понял, что ему чертовски хочется знать — с такой ли пылкостью предается она любви, с какой ведет спор. Он заставил себя оторвать руки от ее плеч.

— Нам лучше закончить дискуссию в другое время.

— Чепуха, — бодро сказала она. — Не следует откладывать важные дела, милорд.

Маттиас закрыл на пару секунд глаза и сделал глубокий вдох. Подняв ресницы, он увидел, что Имоджин с видимым интересом наблюдает за ним.

— Мисс Уотерстоун, — решительно начал он. — Я попытаюсь изложить свои мотивы.

— Вы собираетесь помочь мне, да? — Ее губы стали складываться в улыбку.

— Прошу прощения?

— Вы передумали, правда? Чувство долга победило в вас. — Ее глаза сверкнули. — Благодарю вас, милорд. Я знала, что вы поможете мне в осуществлении моих планов. — Она одобрительно похлопала его по руке. — И пусть вас не беспокоят никакие другие аспекты.

— Какие другие аспекты?

— Ну, отсутствие непосредственного опыта в делах, где требуются отвага и риск. Я это понимаю. Вам не следует смущаться тем, что вы не человек действия, сэр.

— Мисс Уотерстоун…

— В конце концов не каждый способен быть бесстрашным, — радостным тоном продолжала убеждать она. — Вы не должны бояться, если возникнет какая-нибудь проблема во время приведения в исполнение моего плана, я все возьму на себя.

— При мысли о том, что в опасной ситуации вы возьмете руководство на себя, у меня стынет кровь в жилах.