Клятва повесы - Стефани Лоуренс

— Разве я могу отказаться после такого показательного эпизода? — Действительно, разве он может?

— Хвала небесам! — воскликнула Тиммз. — Господь знает, что нам тут очень недостает здравого смысла.

Вейн решил приберечь свое утверждение на потом: именно она из всех домочадцев — и Пейшенс так считала — обладает здравым смыслом.

— Начну расследование завтра утром. А пока… — Вейн многозначительно посмотрел на Минни. — Как я сказал, для всех нас лучше забыть об этом на время.

Минни улыбнулась:

— Для меня это не составит труда, так как я знаю, что ты здесь.

— Отлично! — Кивнув, Вейн пошел к двери.

— О… э… Вейн…

Он оглянулся, но не остановился.

— Знаю, но не требуйте от меня обещаний, которые я не сдержу.

Минни нахмурилась:

— Просто будь осторожен. Как я посмотрю в лицо твоей матери, если ты сломаешь себе ногу или, что еще хуже, свернешь шею?

— Не беспокойтесь, я не намерен калечить себя ни тем, ни иным способом. — Вейн на секунду замер в дверях. — Уверен, вы слышали, что мы, Кинстеры, неуязвимы.

И он удалился с победной улыбкой на устах. Минни еще несколько минут глядела на закрытую дверь.

Наконец она усмехнулась и подтянула соскользнувшие шали.

— Неуязвимы? Гм!

— Все семеро из нынешнего поколения вернулись с Ватерлоо целые и невредимые, без единой царапины, — напомнила ей Тиммз. — Я бы сказала, что у них есть полное право так говорить.

Минни произнесла нечто, очень похожее на ругательство.

— Я знаю Вейна и Девила с колыбели, да и других знаю не хуже. — Она взяла Тиммз под локоть и с трудом встала. — Они очень даже смертные. Они храбры, у них горячая кровь. — Помолчав, она хмыкнула: — Естественно, они не могут быть неуязвимыми, но — чтоб мне провалиться на месте! — они почти неуязвимы.

— Верно! — усмехнулась Тиммз. — Значит, мы вправе взвалить наши проблемы на плечи Вейна. Господь свидетель, они достаточно широкие.

Минни засмеялась:

— Очень точно подмечено! Давай-ка уложим меня в постель.

Вейн проснулся рано и спустился в утреннюю гостиную, где нашел только Генри, расправлявшегося с горой колбасок на тарелке. Обменявшись с ним приветствиями, он подошел к серванту.

Вейн накладывал себе на тарелку тонкие ломтики ветчины, когда в комнате появился Мастерс с новым блюдом, которое поставил на сервант. Вейн поймал его взгляд:

— Никаких признаков взлома?

— Нет, сэр. — Мастерс служил у Минни дворецким более двадцати лет и отлично знал Вейна. — Я сделал обход очень рано. Первый этаж я проверил еще до… инцидента, а потом обошел опять. Все двери и окна закрыты.

Вейн не удивился тому, что услышал. Он кивнул, и Мастерс ушел.

Вейн расположился в конце стола, рядом с Генри. Едва он сел, как тот оторвался от своей тарелки:

— Чертовски странное дело! Мою родительницу все еще трясет. Как ни прискорбно говорить об этом, но мне действительно кажется, что молодой Джерард зашел слишком далеко с этой чепухой насчет Фантома.

Брови Вейна удивленно взлетели вверх.

— Между прочим…

Его прервало громкое фырканье: в комнату вошел Уиттиком.

— Этого юного прохвоста надо хорошенько выпороть! Он неженка, не привыкший к суровому наказанию, и нуждается в твердой руке. Он слишком долго находился на попечении женщин.

Вейн весь напрягся, но ничем не показал своего возмущения. Изобразив на лице скуку, он лениво спросил:

— Почему вы так уверены, что это был Джерард?

Вместо Уиттикома, который в этот момент исследовал блюда на серванте, ответил Генерал:

— Да это же очевидно! — Сопя и отдуваясь, он вошел в комнату. — Кто еще это мог быть, а?

И опять Вейн так же удивленно вскинул брови.

— Почти все, насколько мне известно.

— Чепуха! — отрезал Генерал, прислонив свою трость к серванту.

— Все, кроме меня, Минни, Тиммз, мисс Деббингтон, Анджелы и миссис Чедуик, — настаивал Вейн. — Любой из вас может быть виновным.

Генерал резко повернулся и уставился на него из-под нависших бровей.

— У вас не все дома, из-за разгульного образа жизни вы повредились в рассудке. Какого черта кому-то из нас понадобилось бы нагонять страх на Анджелу Чедуик?

Джерард, радостный, ликующий, вбежал в столовую — и замер как вкопанный. Его лицо, еще секунду назад восторженное, сразу же стало хмурым.

Вейн глазами указал ему на сервант, и юноша, напряженный и настороженный, принялся накладывать себе еду.

— Действительно, — тем временем говорил Вейн, — однако, используя те же самые доводы, я спрошу: а зачем это понадобилось Джерарду?

Генерал нахмурился и пронзил взглядом спину юноши. Навалив себе в тарелку кеджери[4], он сел подальше от Вейна. Уиттиком молча, поджав губы, сел напротив.

Генри заерзал на стуле. Он тоже посмотрел на Джерарда, все еще стоявшего у серванта, а потом углубился в изучение своей опустевшей тарелки.

— Не знаю, но думаю, что мальчишки навсегда останутся мальчишками.

— Я использовал этот предлог в крайних обстоятельствах, но позволю напомнить вам, что Джерард несколько старше того возраста, которым можно объяснить такое поведение. — Джерард уже наполнил свою тарелку и направлялся к столу. Его лицо покрывал слабый румянец, взгляд был внимательным. Вейн улыбнулся ему и показал рукой на стул рядом с собой. — Возможно, он сам что-нибудь скажет? Джерард, попытайтесь объяснить нам, зачем кому-то понадобилось пугать миссис Чедуик?

К своей чести, Джерард не пустился в разглагольствования. Сдвинув брови, он поставил на стол тарелку, медленно покачал головой и сел.

— Не вижу ни единой причины, зачем кому-то вдруг вздумалось доводить миссис Чедуик до истерики. — Он поморщился, вспомнив о ночном происшествии. — Но, — он с благодарностью взглянул на Вейна, — меня интересует другое: был ли ее испуг обоснованным и действительно ли увиденный ею человек был вором?

Это предположение заставило всех задуматься. Прошла минута, прежде чем Генри вымолвил:

— Вполне возможно… и в «самом деле, а почему бы нет?

— Как бы то ни было, — вмешался Уиттиком, — я все равно не понимаю, кто мог быть этим вором. — По его тону было ясно, что он продолжает подозревать Джерарда. Вейн вопросительно посмотрел на юношу. Тот, приободрившись, продолжил:

— А я не понимаю, зачем кому-то из нас могли понадобиться все те исчезнувшие безделушки.