Его запрет - Лана Легкая

— Да я уже понял.

— Всем привет, — произношу я.

— Привет, — мужчины отзываются хором, не отрываясь от дел.

— Давайте я мусор уберу.

Мне приходится оставить цветы на столе, чтобы собрать всю грязную посуду.

— Лиз, унеси. На документах пятна будут, — Марк сдвигает букет к краю.

— Сейчас воду наберу, — отвечаю я из кухни. — Ма-а-арь, — тяну заискивающе, — ты не против, если я сегодня останусь у Юли? Мы собрались курсовую начать делать. Хотим получить автомат, — я возвращаюсь в гостиную с вазой в руках. — Марк? Ты слышал, что я говорила?

— Да, слышал. Не против. Только отзвонись, когда будешь у подруги.

— Спасибо, — благодарю я брата, чувствуя внимательный взгляд Славы на себе.

Глава 5. Вячеслав Сизов

— Ты сейчас серьезно? — спрашиваю я Марка, когда довольная Лиза выпархивает из гостиной.

— Ты о чем? — друг не сразу переключается с работы на мои явно идиотские мысли.

— Ты отпустил ее ночевать к подруге?

— И?

— Ты параллель-то проведи. Девочка пришла с цветами.

— И?

— Блядь, ну не сама же она их себе купила? — вспылил я.

Марк хмыкает.

— Да я понял, что она гуляла с парнем.

— И ты ей ничего не скажешь?

Вот зачем я вообще коснулся этой темы и полез не в свое дело? Какая хрен разница, кто и зачем подарил младшей сестре друга цветы. Девчонке…

Ладно, не просто девчонке, а влюбленной в меня девчонке…

И если Марк об этом узнает, он раскроит мне табло без долгих разговоров.

— А что я ей должен сказать? Не встречайся с парнями? Тем более это Сергей — ее одногруппник. Он еще на дне рождения спрашивал у меня разрешения встречаться с Лизкой.

— И ты разрешил?

«Да заткнись ты уже!» — одергиваю сам себя.

— Да. Я же не клинический идиот, чтобы запирать восемнадцатилетнюю девушку в четырех стенах. И, судя по тому, что она пришла с цветами, пацан правильно начал свои ухаживания. Ты когда в последний раз дарил цветы, а? Не помнишь? — он толкает меня в плечо и возвращается взглядом к монитору. — Мы не тратим на это время. А я хочу, чтобы у Лизы был опыт с нормальными парнями. А не с мудачьем типа меня или тебя, которым побыстрее бы сунуть член в бабу, разрядиться и свалить. Кстати, об этом, — Зверев гадко хмыкает. — Раз Лялька ночует у подруги, хочу доехать до «Элиты». Ты уже успел воспользоваться моим подарком?

Я подвисаю, обдумывая слова Марка.

Он прав во всем.

Не могу представить себя с цветами у чьей-то двери. Чтобы все по уму, по совести, по чести. Прогулки, разговоры, рестораны… Не мое!

И Лизу не могу представить в таком положении, в каком недавно была Арина. С моим членом во рту, задыхающуюся, размашисто работающую головой. Словно обыкновенную дешевку в элитной обертке.

Сука! Аж передергивает от этой картины.

Ей реально нужен кто-то нормальный. А не зажравшийся мудак типа меня.

«А вообще с каких пор я думаю о Лизе как о женщине?» — я оглушаю себя вопросом.

Наверное, с того вечера в нашем доме. Когда сравнивал ее с Ариной. Это было делать легко. Они сидели рядом.

Скобницкая смотрела с ревностью и недовольством, зато Лизка… как на божество.

На меня, как на божество…

Мне хочется смеяться.

А уже через несколько часов она избегала моего взгляда. Прятала слезы и упрямо сжимала губы, отказываясь разговаривать.

— Я не знаю, что ты там нафантазировал, — говорила она неуверенно, с долгими паузами, явно выдумывая на ходу. — Ты извинись перед Ариной. Я правда не хотела вас заставать в такой момент. Хотела найти укромный уголок, но вы нашли его раньше. Или не нужно извиняться… Это еще унизительнее. Я и так не нравлюсь Арине…

— Я тебя понял, — ответил я.

Через пару минут я вернулся со своей домашней одеждой. Зашел в спальню без стука. Сам не понял, для чего это сделал. Хотел застать Лизку в провокационном виде или доказать себе, что она для меня ребенок, а в детскую не стучатся. По крайней мере, именно так было у меня.

Лиза лежала на кровати. Ее плечи подрагивали. В полумраке она казалась совсем хрупкой.

Не знаю, как у такого амбала, как Зверь, могла быть настолько миниатюрная сестра. Пусть и двоюродная.

— Спасибо, — обронила тихо, я секунд десять еще стоял, рассматривая, а потом вышел, сам не понимая, зачем полез с объяснениями. Сцена с Ариной и так расставила все по своим местам.

— Сизов, тебя вызывает планета Земля. Ау, ты здесь? — Зверь щелкает пальцами перед моим лицом.

— Что?

— Так что насчет «Элиты»? Едем?

— Наверное. Да, поехали… только разберем последние пункты, чтобы завтра не возвращаться.

Мы еще минут сорок изучаем договор. К тому моменту, как мы заканчиваем, Лиза сбегает по лестнице. Джинсы, свободная кофта, в руках куртка и объемный рюкзак.

В таком виде точно не идут на ночевку к парню.

— Ну все, я побежала, — сообщает, заглядывая в гостиную.

— Ага, давай. Лиз, только такси вызови, темнеет уже, — говорит Марк.

— Я так и собиралась сделать, — отвечает, одеваясь.

— Не надо такси, мы же с тобой собирались прокатиться, — обращаюсь к Зверю. — Подвезем и Лялю.

— А, давай, — он захлопывает крышку ноута. — Пять минут, переоденусь.

Марк уходит, и мы остаемся с Лизой наедине. Она присаживается на подлокотник кресла, нервно покачивает ногой в каких-то ультрамодных говнодавах. «Определенно едет к подруге», — убеждаюсь в очередной раз.

В машине сразу спрашиваю адрес. Лиза отвечает неохотно, придвигаясь ближе к двери, утыкаясь в телефон. Стучит ноготками по экрану, улыбается. А меня бесит. Бесит, что не смотрит, не пытается поймать мой взгляд в зеркале заднего вида.

Я делаю музыку громче и больше не отвлекаюсь.

Невнятное спасибо — это все, чего я удостаиваюсь, когда останавливаю автомобиль у какого-то гадюшника. Пять этажей, панельные стены, разномастные окна, дверь заклеена объявлениями, и сто процентов — в подъезде воняет кошачьей и человеческой мочой.

— А ты уверен, что ей нужны подобные знакомства? — спрашиваю, когда Лиза звонит и говорит, что уже в квартире.

— А что не так? — Марк смотрит непонимающе.

— Да это же пиздец. Бомжатник.

— Мы жили в подобном пиздеце, — ржет Зверь. — Но тебе этого не понять. Там тоже люди. Такие, как ты. Ложку золотую выплюнь. Уже большой мальчик.

— Заткнись, — огрызаюсь я.

Неужели он не понимает, что, если сейчас не сформирует круг общения сестры, потом будет поздно? Она будет считать нормальным прогулки с каким-то додиком, который едва наскреб бабла на пять роз, общаться с