Сыпала ночь снег - Екатерина Владимировна Флат

— Ну Максим. Я же подробно рассказала, как ты отнеслась к его щедрости. Даже процитировала по памяти все твои высказывания. Но лично у меня сложилось такое впечатление, что другой реакции он и не ждал. И вообще его именно эта твоя ненормальная истеричность как раз устроила.

— Да ну его в топку, Ир, — я закуталась в одеяло, надеясь поскорее согреться.

Вытащенный из-под кровати колченогий старинный обогреватель еще толком не нагрелся, так что в комнате было ощутимо холодно. Если бы не запрет и постоянный контроль коменданта, то не приходилось бы на день единственный источник тепла отключать и уж тем более прятать под кроватью. Мол, проводка слабая, пожар может быть. Легко так коменданту говорить, когда живет не в общаге, а в теплой квартире, где батареи не для красоты навешаны.

— Лер, — прервала Ира мои мрачные мысли, — ты ведь не обиделась на меня? — в голосе сквозило легкое чувство вины. — Ты бы все равно ведь цветы выкинула, а мне жалко очень.

— Да нормально все, Ир, — отозвалась я в полумрак комнаты, — я сразу поняла, что это тоже от него.

— Я его, кстати, предупредила, что ты не возьмешь. А он сказал все равно тебе передать. Ну а возьмешь или нет — ему, мол, неинтересно. В общем, не догоняю я чего-то.

— Он просто хотел меня позлить, — я вздохнула. — Видишь ли, я в его теорию мироустройства не вписываюсь и даже имею наглость ее опровергать. Вот он и хочет доказать, что я такая же, как и все.

— Кому доказать? — не поняла Ира.

— И себе, и мне. Да только бессмысленно это. И вообще, — я не сдержала счастливой улыбки, — завтра я, наконец, встречусь с любимым.

Глава четвертая

Я так нервничала из-за предстоящей встречи, что всю ночь не сомкнула глаз. В итоге уснула лишь под утро и поход в универ благополучно проспала. Проснулась, только когда с пар пришла Ира и своим топаньем по комнате меня разбудила.

— Времени-то сколько? — пролепетала я, нехотя высовываясь из-под одеяла.

— Четвертый час уже! — обрадовала меня подруга.

Я тут же нашарила под подушкой телефон. Не помню, как я вчера додумалась выключить звук, но факт остается фактом — будильник будил меня молча. Пока я, все еще не вылезая из теплой постели, читала лавину сообщений, которой успел завалить меня обеспокоенный Сергей, Ирка сгоняла в соседнюю комнату и теперь хрумкала отвоеванную у Пашки палку колбасы из вчерашних остатков роскоши.

— Лерка, ты вообще вставать собираешься или как? — поинтересовалась Ира, включив чайник и раскачиваясь на и без того хлипком стуле. — Забыла, что ли, что у тебя сегодня стрелка с твоим нищим принцем?

— Не забыла, конечно, — я села на кровати и потянулась. — Ты чего меня утром не разбудила?

— Я тебя будила, — фыркнула моя подруга, — а ты мне из-под одеяла заявила, что у тебя сегодня пар нету.

— Блин, ничего не помню, — я все-таки заставила себя встать с кровати. — Ладно, фигня, сегодня по расписанию были только лекции. Ты не смотрела, стипендию дали?

— Смотрела, нету нифига, последние две сотни с карточки сняла. Кстати о деньгах, — Ира побултыхала в кружке с кипятком чайным пакетиком, — Лерыч, ты же не будешь против, если я с Максом замучу?

— А что, — я усмехнулась, — он тебе предлагал?

— Если бы все девушки ждали, когда парни первыми проявят инициативу, то человечество уже давно бы вымерло. Тебе чаю налить?

— Налей, — я кивнула. — Так чего там с Максимом?

— У меня уже все продумано, — судя по Иркиной самоуверенности, Толмачев был заранее обречен. — Я все про него знаю. Ну точнее знаю все, что про него знает Никитос. Хочешь расскажу?

— Мне неинтересно, — я пожала плечами.

Но, как видимо, моего ответа и не ждали.

— Так вот, Максу двадцать семь лет, не женат, не был и не собирается, — с вдохновением тараторила Ира. — Закончил архитектурный, фирму свою строительную сам основал и…

— Ир, — перебила я, — ты не видела, душ свободный?

— Свободный был вроде, — она кивнула. — Ты со своим телефонным бойфрендом в семь встречаешься?

— Ага. И чего-то я, если честно, очкую.

На самом деле я боялась просто до ужаса.

— Чего очкуешь-то? Я тебя сразу предупреждаю, что он — стопроцентно урод. Вот припрется к тебе на встречу сегодня пень с ушами, сразу мои слова вспомнишь!

— Да какая разница, как он выглядит. Главное, я знаю, какой он замечательный. А это намного важнее красоты. Я не этого боюсь, — я вздохнула, — я боюсь, что я ему не понравлюсь.

— Лер, ты совсем, что ли, баран? — Ира смотрела на меня с крайним сомнением.

— Надеюсь, что нет, — я хмыкнула. — Ладно, я в душ.

До выхода оставалось полчаса. Ирка собиралась вместе со мной. Причем ее путь лежал в ночной клуб, где по утверждению Берсенева-старшего по пятницам бывал Максим.

— Я сегодня ночевать не приду, — предупредила меня подруга, критически оценивая свое отражение в зеркале на степень убойности. — Как я выгляжу?

— Как голливудская кинозвезда, — заверила ее я.

— Правда? — Ира засияла. — А какая?

— Брюс Уиллис.

— Старая шутка, — буркнула она. — Старая и несмешная.

— Да хорошо ты выглядишь, не переживай. Как там, кстати, с погодой в окружающем мире?

— Холодно. И снег обещали. Лер, а если серьезно, ты прикинь, окажется твой Сергей жутким прыщавым заикой. Чего тогда делать будешь?

— Буду любить его таким, какой он есть. Для настоящей любви внешность не имеет значения.

— Ню-ню. Меня от твоей «настоящей любви» уже мутит, — Ира покачала головой. — Как вы друг друга узнаете-то?

— Ну я примерно представляю, как он выглядит, он ведь описывал. Светлые волосы, голубые глаза…

— Ахах, ну прямо Бред Питт, — моя подруга скептически хмыкнула. — В общем, Лерка, послушай доброго совета мудрого человека, постой где-нибудь в сторонке и посмотри, что за чудище лесное придет. Ну и линяй сразу по-быстрому без всякой там твоей благородной философии. А если вдруг он окажется вполне себе ничего, то не забывай, что сегодня на вахте лютая Марьванна дежурит. Так что ты должна вернуться домой до десяти, а то общагу закроют, — назидательный Иркин тон перешел в хихиканье, — Золушок ты мой.

Учитывая, что площадь Ленина умудрились разместить далеко от моей общаги, пилить мне предстояло практически через весь город. Автобус, в который я села, явно производили в Зимбабве, потому что на декабрьский мороз он был не рассчитан. По крайней мере, дубак в салоне стоял страшенный. Ну или, может, просто я не слишком тепло оделась. Конечно, дубленка бы вполне вписалась в погоду, но осеннее пальто