Самая могущественная сила - Анюта Соколова

— Что происходит с вашим начальником? — спрашивает Алан.

Пожимаю плечами.

— Собственнические инстинкты. Господин Шэнон привык, что я принадлежу ему, и только ему, — двадцать четыре часа в сутки… Давайте вернёмся к работе.

— Да, конечно… Располагайтесь, Ани. Простите, кресел нет — я заметил, что так совещания проходят гораздо быстрее. Я хочу познакомить вас с моим учителем. Он в курсе расследования, поэтому можно говорить открыто.

Пользуюсь любезным приглашением и присаживаюсь на стул. Через минуту дверь распахивается.

— Светлого утра, — приветливо улыбается вошедший стройный брюнет.

Узкое смуглое лицо с характерным прищуром карих глаз знакомо всему Керизу. Даже мне, далёкой от политики, хорошо известна приметная внешность мага, четыреста лет возглавлявшего Совет. Не вскакиваю я лишь потому, что Алан придерживает меня за плечо.

— Ко́эн, знакомься — Ани Рэйстен, старший сотрудник отдела по борьбе с искусственными аномалиями УМКи Лура. Ани, это мой учитель, Коэн Гройл.

— Дочка Арлены? — доброжелательно кивает мне Ко́энер Гройл Трайг, бывший архимаг Кериза, стихийник и универсал высшего уровня.

— Вы знаете маму?! — выпаливаю я вместо вежливого приветствия.

— И её, и Лайла Рэйстена… Сиди, дитя, сиди, не дёргайся. А ты, мальчик мой, объясни, почему ты опять в столице.

— Потому, что я в тупике, — спокойно признаётся Алан, словно собственные промахи его не задевают. — В Луре подтвердилось то, что наш убийца — маг-природник, но, кроме этого, я понял, что все предыдущие поиски — пшик. Природники различают магию по цветам! Ани удалось разглядеть следы заклинания там, где я ничего не увидел, даже когда она меня практически ткнула носом.

— Как интересно! — загораются карие глаза Коэна. — Признаться, я всегда предполагал нечто подобное. Наш страх перед опасной силой сослужил дурную службу: все сведения о природной магии были уничтожены. Теперь мы тычемся вслепую, собирая знания по крупицам. Я предлагал Совету начать полномасштабные исследования природников, но советники не захотели привлекать внимание к проблеме. Полагаю, они попросту испугались… Ани, тебя готовили как стихийника?

— Да, по общей программе. Основную часть специальных заклинаний мне передала мама, а ей — госпожа Суэз.

— Рэнита училась у Абера Вэйна. Самому же Аберу пришлось воссоздавать всё с нуля.

— Вопрос в том, откуда взялся природник, который умеет убивать, хотя его этому никто не обучал, — жёстко вставляет Алан. — То, о чём я тысячу раз предупреждал, Коэн! Пока мы, словно дэрги, трусливо прятали голову в песок, у кого-то возникла идея использовать природную магию во вред!

— Вот потому, мой мальчик, архимаг Кериза ты, а не я, — усмешка Коэна не скрывает гордость, звучащую в его голосе. — Причём самый молодой за всю историю Совета. Напор свойственен юности, старость консервативна и осторожна… Я так понимаю, ты собираешься вместе с Ани ещё раз осмотреть места преступлений?

— Что мне ещё остаётся? — сердится Алан. — У меня нет ни единой зацепки, никакой связи между убитыми, ничего общего! Почему стихийники и именно высшего уровня… Ненавижу чувствовать себя дураком!

— Ни один глупец не признается в том, что ему недостаёт ума. — Коэн вдруг хмурится. — Но ты хотел меня видеть не только затем, чтобы пожаловаться на сложности и упрекнуть в недальновидности?

— Нет. Я прошу твоей помощи, — архимаг победно улыбается. — Уговори Ани перейти из Лура в Аури. Её начальник — самодур и эксплуататор. Поближе ко мне ей будет лучше.

Изумлённо округляю глаза. Ай да Алан! А меня спросить?!

Коэн задумчиво оглядывает своего ученика, затем властно приказывает:

— Сходи-ка, мальчик мой, принеси нам грофа. И можешь особенно не торопиться.

Дождавшись, когда мы останемся одни, Коэн садится на соседний стул.

— Пожалуй, иногда Алан чересчур напорист. Я понимаю его желание прибрать к рукам хорошенькую девушку, но, кажется, он не поинтересовался мнением означенной особы, — Коэн подмигивает мне. — Не сердись на него, Ани. Мальчик привык взваливать на себя огромную ответственность, но и отказов давненько не получал… Так что там у тебя с твоим начальником в Луре?

— Ничего.

— Ничего? — иронично переспрашивает Коэн. — Похоже, сегодня это самое популярное слово. А если честно? Чем опять отличился Кайл?

Вздрагиваю. «Опять»?

— Когда-то я пророчил Кайлу моё место в Совете, — вздыхает Коэн. — Выдающийся был юноша! Но молодость, молодость… Не он первый, не он последний, чью жизнь разрушила любовь.

Заметив, как жадно я впитываю каждый звук, он добавляет:

— Что, слухи поутихли? Прошло сто два… нет, даже сто три года после того скандала в Нэрдале. Кайл правильно сделал, что ушёл в Лур… мужественный парень! Некоторые после подобного руки на себя накладывают.

Нервно сглатываю и отвожу взгляд. Слышали бы это наши дамочки из Управления!

— Господин Шэнон прекрасный начальник. Он занят только службой и требует того же от подчинённых. Но его требования исключают личную жизнь.

— По отношению ко всем? — лукаво прищуривается Коэн. — Или только к тебе?

— Ко мне, — набираюсь смелости и смотрю прямо в глаза бывшего архимага.

— Тогда ты понимаешь, почему я не собираюсь «уговаривать» тебя переходить в Аури. Если Алану так неймётся, пусть разбирается с Кайлом самостоятельно. Даже выгоревший, бывший тройной маг сможет щёлкнуть его по носу.

— Тройной маг?..

— Бывший. Кайл сжёг себя — ради одной пустоголовой, тщеславной и корыстной девицы. После чего она его благополучно бросила. Насколько я в курсе, он так и не восстановился. — Коэн становится серьёзным. — Кайл на самом деле мешает тебе работать, Ани?

— Работать — нет. Но мне хочется иметь ещё что-нибудь кроме работы! Свободное время, отпуск…

Продолжить мне не даёт Алан, появляясь с двумя чашками грофа в руках.

— Я просил тебя не торопиться, — ворчит Коэн.

— Гроф остынет, — невозмутимо отвечает архимаг. — Так как, Ани? Вы переведётесь в Аури?

— Отстань от девочки, — одёргивает его Коэн. — Займись делом.

Алан мрачнеет.

— Значит, нет. Ани, тогда пейте гроф с этим предателем, а после нас ждут местá убийств Уэкри, Генела и Лорейна.

— Не местá, а домá, — протестую я. — Пожилых людей гораздо проще застать у себя до́ма. Возможно, на них воздействовали так же, как и на Гуэра, через верхний этаж или, к примеру,