Скромница и Сердцеед - Лана Ежова

Я бы закричала даже через силу, но во рту комок ткани. Надеюсь, это не использованные носки...

— Давай ее сюда, — произнес смутно знакомый голос.

Их трое?

Я силюсь вспомнить, где слышала этот голос. Нет, тщетно, голова слишком болит.

Приземление в багажник, мои голые ноги ощущают колкость шерстяного пледа.

Плед в багажнике... Третий парень... Они готовились! Я не спонтанная жертва!

Меня накрывает волной удушливого ужаса.

И опять приходит темнота...

Сознание возвращается рывком.

Рот больше не затыкает комок ткани, и я жадно дышу.

Плеск воды, кряканье потревоженных уток — первые звуки, что я услышала и определила. Там, где кожа обнажена, чувствуется трава и сухая хвою.

Меня привезли на берег реки, поросшей сосняком. Будут топить?.. После того как надругаются?

— Колян, ты че там возишься? — рявкнул парень с кадыком. — Щас твоя красотка проснется, визжать начнет.

Твоя красотка... Колян... Коля! Я вспомнила голос. Это же мой одноклассник Николай Фомин! Весь выпускной год он настойчиво предлагал встречаться, твердя, что жить без меня не может. Симпатичный парень, но с моими жизненными обстоятельствами и здоровьем встречаться с мальчиками нет желания. Тем более Коля не только за руки хотел держаться, я видела, как он зажимался в школе и парке со своими временными многочисленными девушками.

— Очухалась, Светлова? — Меня легонько похлопали по щеке.

Притворяться нет смысла, Коля полукровка, от отца-оборотня ему достались сила, хорошее обоняние и слух.

Застонав, я села, опираясь спиной о холодный камень.

— Фомин, зачем ты это все устроил? — пожурила его мягко. — Я же тебе говорила, что болею, мне нельзя встречаться с парнями. Отвези меня домой, пожалуйста.

Хотелось накричать на идиота, врезать по самодовольной морде, но я держалась изо всех сил — скандал лишь ухудшит ситуацию, а дипломатичность может спасти.

— Я тут почитал на досуге и понял, что аменорея — это не такая уж и страшная болезнь. Меня даже устраивает, что ты точно не залетишь, — Коля гаденько захохотал.

Его дружки тотчас присоединились.

Дождавшись, пока похитители успокоятся, снова попросила:

— Коля, отвези меня домой, пожалуйста, пока не вернулась Марья. Ты ведь не хочешь, чтобы мне влетело?

— Не боись, Светлова, я все продумал, ты можешь жить со мной. Отец купил мне автомастерскую, я смогу прокормить свою бабу.

Как самоуверенно, а ничего, что я мечтаю не о подобном «счастье»?

Естественно, сказала я другое:

— Коля, по закону, Марья мой опекун еще несколько месяцев, и она отпустит меня только на учебу.

Говорить, что лекарство от аменореи мне пить еще долго, не стала. Колю это все равно не волнует. Как и тот факт, что моя покойная бабушка, один из лучших гинекологов Нового Пскова, советовала воздержаться от половой жизни до девятнадцати лет.

— Колян, кончай с ней возиться! Завали уже девку, она мигом согласится на все, что потом предложишь, — с хохотом предложил парень с кадыком.

— Если не можешь девку уломать, я готов помочь, — добавил второй, тот, что с серьгой.

Пока говорила с Колей, успела немного успокоиться, а теперь слова его дружков вновь вызвали волну страха. В них откровенно звучала похоть и зависть. Жгучая, черная зависть и удушливая похоть.

И смотрели они на меня алчно, как на кусок мяса. Между ними и мной сейчас стоял только Коля и его доброе отношение. А если он их послушает?..

Запаниковав, я совершила глупость: вскочив на ноги, побежала.

Первым с улюлюканьем за мной бросился парень с кадыком. Затем заурчала, заводясь, машина.

Мамочки! Что делать?!

Бежать к дороге нельзя, они быстро догонят меня на трассе, поэтому лучше вдоль реки, там не везде проедет автомобиль...

Через несколько минут я поняла: это было неправильное решение. Зацепившись за корень, я упала.

Почти сразу на меня навалился кадыкастый.

Перевернув, заглянул в лицо.

— Дура, ты целая? Ничего себе не сломала?

Его слова плохо вязались с делом: руки нагло лапали, задрав платье.

— Отпусти!

— Угу, но сначала маленько проучу, чтоб не бегала. Будешь послушная, Колян еще спасибо скажет.

— Обязательно скажу, я из-за нее машину разбил! — зло воскликнул Фомин.

— Тогда хватит с ней церемониться!

Дурацкое похищение грозило закончиться изнасилованием и, возможно, моей смертью.

Парень с серьгой молча дернул за лямку моего платья, разрывая его до талии.

Платье... моей мамы!

Страх в душе вытеснила темная злость. Нет уж, так просто не дамся!

Рука нащупала камень, я замахнулась...

Парень успел отклониться, и удар пришелся в плечо.

Запахло кровью.

— Сука!

В ушах зазвенело от удара по щеке.

Мое платье затрещало — его рвали в несколько рук.

Под поясницей мелкие камни и песок. Надо мной довольная рожа Фомина. Тяжесть его тела...

— Что здесь происходит?

Фомин замер.

— Вали отсюда, дядя! Проявляй любопытство в другом месте! — с угрозой произнес кто-то из парней.

Удивленный вскрик.

И еще один...

Одноклассник, пуча глаза, вскочил с меня.

Придерживая платье на груди, я тоже поднялась.

Дружки Фомина лежали неподалеку.

В предрассветных сумерках я хорошо рассмотрела кровь и порезы на шеях.

— Есть цветы Божьи, а есть колючки и сорняки, — торжественно говоря, высоченный брюнет, одетый во все черное, медленно шел на Колю.

И тот не шевелился, оцепенев от ужаса.

Я тоже замерла, глядя на кривой нож керамбит, в руке незнакомца.

— Хороший садовник всегда вырывает сорняки с корнем!

Взмахнув ножом, брюнет вспорол горло моего несостоявшегося насильника.

Теплые капли попали мне в лицо.

Это заставило очнуться, и я попятилась.

Нет-нет... Я не овца... Я не хочу на убой!

— Не бойся, — мягко произнес убийца.

И протянул забрызганную кровью руку.

— Я пришел за тобой, Элеонора, мой маленький цветочек.

— Элис?..

Я вынырнула из страшных воспоминаний.

— Да, Саша? Прошу прощения, задумалась, — повинилась перед коллегами.

Как не вовремя вылезли воспоминания из глубин памяти! Сто пудов, этой ночью будут сниться кошмары. Похищение Колей и его друзьями — не самое страшное в моей жизни, но именно с него все и началось.

Так, хватит, я на работе, о ней и буду думать!

— Друзья, на этом все, пора заканчивать наше совещание, — сказала Саша и, когда коллеги стали расходиться, добавила: — Элис, можно я оставлю тебе на несколько дней котенка?

Ого, я и не знала, что у нее появился домашний любимец! Или