Прощай, неразделённая любовь - Марина Галс

Я даже дышать перестала, невольно представив этот образ. В голове мелькнула картинка: я, уверенная, блистательная, идущая по залу под восхищённые взгляды. Но тут же встряхнулась. Глупости это всё!

— Ксень, ну хватит мечтать, — умоляюще прошептала я. — Всё равно ничего такого не будет.

Но подруга уже во весь опор неслась на крыльях своей фантазии, и её было не остановить.

— Ты идёшь под руку с шикарным мужчиной. Не просто красивым, а таким, чтобы у всех челюсти поотваливались. Проходишь мимо бывшего босса, одариваешь его равнодушным взглядом, будто даже не узнаёшь. И он… — она сделала паузу, наслаждаясь моментом, — он сдохнет от зависти! С ума сойдёт, когда поймёт, какую девчонку упустил!

Из моей груди непроизвольно вырвался нервный смешок.

— Ты это серьёзно? — спросила я, прищурившись. — Или просто разыгрываешь меня?

Но Ксения лишь самодовольно улыбнулась, и в её глазах читалось: «О, ты ещё не знаешь, на что я способна».

Я поднялась с кресла и, словно загипнотизированная, подошла к большому настенному зеркалу. На несколько мгновений застыла перед ним, пытаясь разглядеть в отражении ту самую женщину, которую только что так ярко нарисовала Ксюша.

Но её не было.

Вместо роковой соблазнительницы я увидела обычную себя — в скромном серо-голубом костюме, который больше подходил для офиса, чем для вечернего выхода. Взгляд потухший, губы едва тронуты блеском, словно я даже не пыталась выглядеть привлекательно. Волнистые каштановые волосы, собранные в высокий хвост, торчали непослушными прядями, не оставляя даже намёка на гламурность.

«Разве так выглядит женщина, от которой мужчины сходят с ума? — пронеслось в голове. — Нет, Ксюха явно пересмотрела романтических сериалов. Надо бы ей спуститься на землю».

Неужели она действительно верит, что я смогу в таком виде впечатлить Соколова? Он всегда такой уверенный, безупречный, недосягаемый. И выбирает только таких же девушек — ярких, ухоженных, модно одетых. Себе под стать.

Да он просто снова не заметит меня! Как это всегда было раньше.

В животе неприятно заныло. Я резко развернулась и отошла от зеркала. Было неприятно видеть разительный контраст между фантазией Ксении и реальностью.

За спиной раздался её голос:

— Ну что, убедилась, что ты огонь?

Я фыркнула, но в груди что-то больно ёкнуло. Обида? Досада? Или желание доказать, что я тоже чего-то стою?

— Ксюш, давай, забьём на эту дурацкую затею, — всё-таки ещё раз попыталась я разубедить её.

Но в глазах подруги уже разгорался азарт, тот самый, перед которым я всегда пасовала.

— Ой, да ладно тебе! — она подскочила ко мне, схватила за плечи и развернула обратно к зеркалу. — Ты просто пока не видишь того, что вижу я. Но скоро ты поймёшь, как ошибалась! Сама удивишься переменам в своём облике!

В её тоне было столько уверенности, что я на мгновение почти поверила. А потом испугалась ещё сильнее, когда подруга выудила из кармана сверкающий смартфон и начала листать контакты в поисках номера своего стилиста.

— Не переживай, — успокоила Ксения, заметив страх и растерянность на моём лице. — Я сейчас позвоню Феликсу. Ты даже не представляешь, какие у него золотые руки! Он оформит тебя по высшему разряду. Причёска, макияж, одежда — себя не узнаешь, когда выйдешь от него!

Она явно наслаждалась ситуацией, будто месть Соколову стала для неё вдруг задачей номер один.

— Ну, допустим, твой специалист подрихтует мою внешность... — я нервно провела рукой по волосам, представляя, как незнакомый человек будет дёргать их расчёсками и жечь щипцами. — А шикарного мужчину я где тебе возьму?

Голос дрогнул, выдав мои сомнения. Большого доверия к плану подруги у меня по-прежнему не было. Я опасалась выставить себя на посмешище.

— Или он тоже у твоего стилиста в закромах завалялся? — с издёвкой спросила я, не получив ответа от подруги.

Ксения хихикнула, не обращая внимания на мой язвительный комментарий.

— Спутника на сегодняшний вечер я подберу для тебя сама, — подмигнула она мне. — И не волнуйся, это будет не какой-нибудь дешёвый стриптизёр, а самый что ни на есть настоящий мужчина!

Глава 11

Словно во сне я слушала, как Ксения договаривается со своим стилистом, как вызывает такси для меня. Её голос, быстрый, деловой и напористый, сливался с шумом листвы за окном. Она говорила об укладке волос, о макияже, о чём-то ещё — слов было уже не разобрать.

Я стояла, уставившись в зеркало, где отражалась моя бледная, растерянная физиономия — лицо человека, который не до конца понимает, как он здесь оказался. Глаза казались слишком широко открытыми, губы едва заметно подрагивали.

«Неужели всё это происходит на самом деле?» — тревожно билась мысль в голове.

Как я могла согласиться на подобную аферу? Ведь никогда раньше я ни в чём таком не участвовала — не разыгрывала, не притворялась, не исполняла чужие роли. Я всегда предпочитала сливаться с фоном, а не выходить на первый план. А теперь…

— Ксюш, может не надо? — жалобно пропищала я и вся съёжилась, стараясь, стать меньше и незаметнее. — Может, не надо ввязываться? Как-то всё это совсем не по мне...

Последние слова вышли почти шёпотом. Я боялась поднять глаза, боялась увидеть её реакцию. Но Ксения не заставила себя ждать.

Она резко развернулась, и её взгляд, полный непонимания и лёгкого раздражения, буквально пригвоздил меня к месту.

— А что по тебе? — строго спросила она, скрестив руки на груди. Поза говорила сама за себя: никаких отступлений, никаких слабостей. — Всю жизнь прятаться от бывшего босса? Считать себя его жертвой? Страдать до бесконечности?

Каждое её слово било точно в цель. Она была права, вот только проще от этого не становилось. Я потупила взгляд, но Ксения не собиралась останавливаться.

— Вместо всего этого возьми и утри ему нос! — она щёлкнула пальцами перед моим лицом, как будто пыталась привести в чувство. — Срази его! Наповал! И сразу почувствуешь себя победительницей! Перестанешь изводить себя сомнениями!

Что-то внутри меня дрогнуло. А что, если это действительно выход для меня?

Я закрыла глаза на секунду и представила лицо Соколова. Этого самоуверенного человека, который когда-то сломал меня своим равнодушием. Заставил поверить, что я «ничто».

И в самом деле, что я теряю?

Страх? Унижение? Ощущение, что