Нянька для мажора - Анфиса Рэйса

– Ну, вот и всё, – закончила я, прилепив пластырь на последнюю ранку.

– Спасибо, но это было лишним. Это, – он потряс повреждённой рукой, – ерунда.

– Пожалуй, – согласилась я. По сравнению с тем, что должен испытывать человек, всеми брошенный в годовщину смерти матери, боль в руке и правда ничего не значит. – Пойдём в гостиную? Попрошу Юлию Юрьевну приготовить нам какао.

– Почему какао?

– Оно всё делает лучше.

Через пару минут мы с ним, удобно устроившись на диване с кружками какао, были оставлены Юлией Юрьевной наедине. Она успела собрать большую часть мусора, но кое-где ещё валялись пустые банки и разорванные упаковки. Но всё равно отчего-то было уютно. Может, из-за дождя, что начал накрапывать за окном.

Я даже не знала, как начать этот разговор. Прямо спросить про его маму? Но тогда ему всего лишь станет грустно.

– Хочешь узнать, почему я на самом деле пришла сюда работать? – неожиданно даже для самой себя спросила Митю я.

Он сел поудобнее, закинув ногу на ногу и оказавшись ещё ближе ко мне. На губах появилась знакомая ухмылка.

– Я и так знаю. Папочка пообещал вам целое состояние.

– Мой двоюродный брат посоветовал ему мою кандидатуру. Он уже не знал, что со мной делать. Я валялась дома в тоске, никуда не хотела выходить, ни с кем не хотела говорить… Тут, в этом доме, я здорово отвлеклась от своих проблем.

Митя нахмурился, как бы размышляя, с чего это я вдруг начала откровенничать. На самом деле, всё просто. Откройся человеку, и он откроется тебе.

– А что за проблемы? – в конце концов поинтересовался он.

– Развод, – отозвалась я. Это не было секретом. – Я вышла замуж в двадцать один год… А в двадцать пять уже развелась.

– Жалеете?

– О разводе?

– О том, что замуж вышли.

Я рассмеялась.

– Да, – покивала я, – каждый божий день. Ну, мне просто не повезло. У нас… – осеклась, не решившись сказать истинную причину окончания своего брака. – Короче, мы не сошлись характерами.

– Понятно, – кивнул он. – А зачем вы мне об этом рассказываете?

– Чтобы ты не думал, что я… Ну, что меня интересуют только деньги. Я и правда хочу тебе помочь. Надеюсь, ты в этом убедился, ведь твой отец не приплачивает мне за разгон твоих вечеринок…

– Это дела не меняет. Учиться я не хочу. Мне просто этого не надо.

– Но почему? – уцепилась за его слова я. – Почему бы не поступить в университет? Обучиться чему-то, стать самостоятельным.

– Мне полагается пятнадцать процентов акций…

– А остальные акции у кого? У твоего отца же, да? Он так и будет руководить тобой всю жизнь.

Дело было не в том, что я против его отца. Просто сам Митя словно в золоток клетке, потому так отчаянно и пытается из неё выбраться. Немного самостоятельности пойдет на пользу как ему, так и их взаимоотношениям с отцом.

– Да ему на самом деле плевать! Сегодня годовщина… – он не закончил, но я и так знала, о чём он. – А он сказал, что у него встреча, и он приедет только завтра. Ему на всех плевать, кроме себя!

Вот оно. Вот, в чём дело. Поэтому-то Митя и решил устроить вечеринку.

– Если бы не он, мама была бы жива.

Я не стала спрашивать, что произошло. Это уже совсем личное. Вместо этого нашла его руку и подбадривающе сжала в своей.

– Мне жаль, – проговорила мягко.

– И мне, – ответил Митя и высвободил руку, но, как мне показалось, с неохотой. – Ладно, поздно уже. Вечеринку вы мне всё равно испортили, так что осталось только лечь спать. Так что, спокойной ночи, Марго.

Спать в таком состоянии? Ага, как будто это возможно. По себе знаю.

– Митя, – окликнула я его прежде, чем он встал. – Какой была твоя мама?

На мгновение он растерялся. Потом его лицо стало совсем печальным. Но я верила, что ему необходимо с кем-то поговорить о ней. С отцом не вышло, он даже не приехал. Значит, пусть попробует со мной.

– Она… была самой лучшей, – ответил он и вдруг улыбнулся, вспоминая её.

В итоге мы разговаривали почти до рассвета. Сначала Митя делился светлыми историями о маме. Потом слово за слово, и уже я начала рассказывать забавные истории из своего детства. Он смеялся и комментировал школьные приключения наивной Риты из прошлого, не забывая про фирменные шуточки.

И мне это… нравилось.

Я забыла, что он мой ученик на какие-то минуты, и тогда увидела, какой он симпатичный парень. Его улыбка, то, как он облизывает вечно сухие губы, цвет его глаз, насыщенно-карий, всё это какая-то часть меня вдруг обнаружила крайне привлекательным.

Но я быстро вспомнила о том, что я его репетитор, а заодно и тот факт, что впутываться в какие-либо сомнительные отношения с парнями почти сразу после развода – так себе идея.

В конце концов, между нами всё равно ничего не может быть. Так что пусть лучше остаётся всё как есть.

***

Той ночью мне удалось поспать всего пару часов. Утро наступило неожиданно, а на десять был запланирован урок с Митей. Вчера, уходя из гостиной, я напомнила ему об этом, на что он вскинул брови и сообщил, что «ждёт с нетерпением». Едва ли это так, но после такого ответа я не могла позволить себе проспать.

Так что принялась собираться. Одела облегающие джинсы и белую блузку: не слишком официально, но всё же почти деловой стиль. Взглянула в зеркало: надо бы собрать волосы.

Некстати вспомнилось, как вчера Митя распустил их, и я будто снова ощутила его пальцы в своих волосах… Да что это со мной такое?

– Приди в себя! – строго велела я своему отражению.

Вздохнув, собрала волосы в высокий хвост и отправилась вниз завтракать.

Я как раз успела прикончить тарелку хлопьев с молоком и собралась за второй порцией, когда услышала рёв мотора. Сразу сообразила, что такие звуки только спорткар Мити может издавать.

Так, ну и куда он собрался?

– Маргарита! – влетела в столовую экономка. – Митя решил уехать!

– Куда?!

Юлия Юрьевна растерянно покачала головой. Ну да, её в известность он не ставит. На лице у бедной женщины была написана паника. И почему только Митя так суров с ней? Она ведь искренне за него переживает.

– У него ведь урок, Маргарита Викторовна… С вами! И Александр Владимирович приедет с минуты на минуту!

Ясно,