Девушка, которая не любила Рождество - Зои Брисби

– Все в порядке. Еще раз, кто это?

– Бен. Я тоже работаю в «Деламаре».

– И ты звонишь мне на мобильный?! Совсем спятил?

– Прости, я знаю, уже довольно поздно…

– Линия не защищена. Я перезвоню.

Он отключился, даже не спросив мой номер. Я замер, уставившись на экран своего мобильного. Очевидно, мне достался самый ненормальный сотрудник издательства. Из тех, кого ссылают в подвал, надеясь, что там от него особого вреда не будет.

Я сидел и в растерянности думал об ароматической свече, которую собирался ему подарить, но тут зазвонил телефон в спальне. Я узнал металл-версию White Christmas. Я подошел и поднял трубку старого дискового аппарата.

– Бен, это Анжелика. Все в порядке? Как разместились?

– О, спасибо. Все просто отлично.

– Вам звонит какой-то мужчина. Соединить?

– Мужчина?

Она понизила голос:

– Свое имя назвать отказывается. Все так загадочно, но и неудивительно, учитывая асцендент в Водолее.

– Что ему нужно?

– Понятия не имею. Я уважаю частную жизнь постояльцев. Так я вас соединю? Мы с Кристаль хотели бы лечь спать.

– Да, конечно, Анжелика. Спасибо и спокойной ночи.

Раздался странный звук, как будто кто-то возился с проводами, а затем я услышал мужской голос:

– Бен? Это ты?

– Финеас?

– Никогда не звони на мобильный, они все прослушиваются.

– Откуда у тебя номер гостиницы?

– У тебя включена геолокация, а уж взломать сайт телефонной компании проще простого.

Он шмыгнул носом.

– Стационарные линии гораздо надежнее.

Я по-прежнему ничего не понимал.

– Надежнее для чего?

Он вздохнул, явно страдая от того, что приходится говорить с таким недалеким человеком.

– Наземные сети сложнее взломать. Поэтому меньше шансов, что нас подслушивают.

– Кто подслушивает?

– Ну ты даешь! Правительство, конечно! А еще Китай и США.

Я закатил глаза. Финеас определенно был чокнутым. В каждой компании есть такой. У меня не было настроения обсуждать теорию всемирного заговора, поэтому я спросил:

– Что ты хочешь на Рождество?

– Мира во всем мире.

О, это так мило. Может, Финеас и псих, но сердце у него доброе. Я отказался от идеи со свечами в пользу красивого кашемирового шарфа.

– Правда?

– Нет, конечно! Я что, мисс Франция?

Так, возвращаемся к свече с ароматом корицы.

– Я хочу, чтобы отключили все спутники.

– Как насчет ароматической свечи?

– Свечи?!

– Или кружка?

– Это все, что у тебя есть, Тайный Санта?

– Новая клавиатура?

Он рассмеялся.

– Мне нравится твое чувство юмора. Зачет.

Я растерялся. И уже собирался поинтересоваться, не хочет ли он получить в подарок эргономичное компьютерное кресло, как вдруг он спросил:

– Что ты делаешь в Почтограбске?

– Я на задании. Пытаюсь подписать контракт с одним писателем, но это сложнее, чем я думал.

– Помощь нужна?

Я не представлял, как программист, сидящий у себя в кабинете, может помочь мне с выполнением рождественских заданий, но я высоко оценил его предложение. Кашемировый шарф снова в деле.

– Очень мило с твоей стороны, но что ты можешь? Ведь тебя тут нет.

– Ты даже не представляешь, что можно сделать с помощью современных технологий.

Внезапно в моем номере одновременно замигали все лампочки, радиоприемник заиграл Winter Wonderland, а на экране компьютера началось слайд-шоу с фотографиями заснеженных пейзажей.

Я вцепился в телефонную трубку.

– Что происходит?

– Хо! Хо! Хо! Счастливого Рождества!

– Это твоих рук дело?

– С помощью технологий можно сделать все что угодно, если хоть немного в них разбираешься… И если закон об ответственности за киберпреступления уже тянул к тебе свои лапы. Ну, мне пора. Не хочу висеть на линии слишком долго.

Он отключился. Лампочки в номере продолжали мигать еще примерно минуту, а потом перестали. По экрану моего компьютера проплыл баннер: «Приятно познакомиться. До скорой встречи. P.S. Что угодно, только не ароматическую свечу».

Санта-шантажист, его депрессивная дочь-лесорубка, хозяйка гостиницы со склонностью к мистике, гигантская морская свинка, а теперь еще и хакер… Это Рождество обещает быть веселым!

11

Проснувшись на следующее утро, я чувствовал себя на удивление отдохнувшим. Под мягким одеялом было тепло, солнечный свет пробивался сквозь шторы. Я с чувством потянулся.

Интересно, когда я в последний раз так хорошо спал?

Я посмотрел на часы. Скорее! Я пропущу завтрак.

Быстро собравшись, я спустился по большой деревянной лестнице. Гладкие массивные перила уже казались мне знакомыми. Я направился в столовую, откуда доносился божественный запах тостов с маслом и джемом, горячего шоколада и свежеиспеченных блинчиков.

Сколько тут сейчас постояльцев? Я ожидал увидеть несколько человек, но в столовой… я оказался один. Ну почти один. Лали уже сидела там. Она улыбнулась мне.

Одернув пиджак, я прочистил горло. Нужно сосредоточиться на моей цели. Я приехал в Почтограбск не для того, чтобы отдыхать, а для того, чтобы выполнить задание. На карту поставлено мое будущее. Я должен сблизиться с Лали, а она должна снова полюбить Рождество. Но как? Нужно найти идеальную фразу для начала разговора…

– Как спалось? – вдруг вырвалось у меня.

Фраза казалась нейтральной, но внезапно я подумал, что, возможно, и нет. В конце концов, сон – личное дело каждого. Боже. Эта унылая девица вот-вот раскусит меня. Потому что я действительно не умею врать. И говорить с людьми. Да я вообще ничего не умею.

Побагровев, я стал складывать на поднос все, что попадалось под руку.

– Похоже, вы очень голодны, – заметила Лали.

Она говорила таким особенным тоном – не разберешь, смеется она или холодно излагает факты.

Я посмотрел на свой поднос: он весь был завален булочками, блинчиками, тостами…

Подойдя к ней, я сел за соседний стол. Она спокойно пила свой кофе.

– Что вы делаете в Почтограбске?

Вот и все, она меня вычислила! Я даже не успел надкусить тост, как она узнала, что меня прислал ее отец. Я не думал, что такое возможно, но покраснел еще больше. Надо будет придумать название для этого цвета. Кислотно-красный?

Я подавился. Лали похлопала меня по спине, и кусочек хлеба, вылетев из моего горла, упал в ее кофе. Наверное, это был самый унизительный момент в моей жизни. Я почти пожалел, что не рухнул там замертво. Убитый бутербродом.

Ей хватило деликатности молча принести себе другую чашку кофе. Возможно, хлебные крошки в напитках тут обычное дело. Вернувшись, она как ни в чем не бывало продолжила разговор.

– Вы приехали на наш рождественский фестиваль?

Если бы я только мог сказать правду! Все стало бы гораздо проще… По радио заиграло All I Want for Christmas Is You. Чертова Мэрайя буквально преследовала меня. Наверное, я закатил глаза или, может быть, заткнул уши, потому что Лали спросила:

– Вам не нравится эта песня?

– Уверен,