Хранитель талисманов 2 - Юлия Викторовна Давыдова

От огня ярко засверкали кристаллы, покрывающие колонны, уходящие вверх к высоченным сводам. Казалось, что пламя вспыхнуло прямо в их гранях, освещая огромный зал, стены которого украшали выточенные в камне ажурные орнаменты.

Но здесь… ничего не было. Пустота. Лишь поднималась клубами пыль.

Дикад зарычал:

— И это всё? Таркор!

Оборотень, не обратив внимания на аркаида, вошёл в зал и двинулся к столу управления, расположенному в самой глубине. Все последовали за ним. Оборотни, сурваки и аркаиды осматривались в незнакомом месте, а Дикад отпустил злую насмешку:

— Ну? Так чем мы сокрушим Алавию? Воздухом?

Таркор остановился у стола управления и вытер пыль с его поверхности. Вспыхнула всего пара символов. Стол был отключён от основных систем города, да и почти все они были уничтожены. Скарад разрушил Дизей очень давно. Ещё в первую войну. Но зал управления оставил не тронутым. По определённым причинам.

На поверхности стола прорисовалось и очертание ладони с круглым углублением посередине. Таркор вложил в него медальон берегини Алавии. Всё было ровно так, как говорил ему повелитель, поэтому оборотень точно знал что делать и зачем.

Неяркий свет родился в пространстве меж тремя колоннами напротив стола управления. Мягко проступили в нём линии карты. Ничего особенного, просто обычная карта местности, какая есть в любом городе. Границы княжеств, ленты рек и дорог, точки малых и больших селений. Но именно эта карта — та, что здесь, в Дизее, хранила нужную информацию.

Неспешность Таркора раздражала Дикада, и оборотень, видя это, не торопился.

— Ты помнишь о князе Бимире? — спросил он.

— Да. И что? — недовольно ответил аркаид.

— И легенду о созданном им оружии против Озёр Мрака?

Дикад хмыкнул:

— Дизейцы помогли Бимиру создать особое оружие. Как оно выглядит никто не знает, как работает тоже. Уж ни его ли ты ищешь?

Аркаид заржал:

— Ха! Если бы это было правдой, Повелитель давно уничтожил бы это оружие или использовал его сам.

Губы Таркора тронула улыбка:

— Он не успел.

— Что? — коротко рыкнул Дикад.

На столе управления рядом с очертанием ладони появился схематический знак — изображение трёх соколов, соединённых крыльями по кругу, и закрытого свитка в центре меж ними. Это говорило о том, что в медальоне осталось сохранённое послание. Таркор знал о чём оно со слов Скарада, но ни разу не видел.

Знак из трёх соколов вспыхнул под пальцем оборотня, когда он нажал на него, и в следующий момент пространство озарилось светом. Ярко засияли кристаллы на колоннах, освещая залитые кровью плиты пола и тела воинов, защищавших зал управления. Вокруг было полно сурвак и медведей, в центре стоял Повелитель и перед ним на коленях женщина в боевой одежде Алавии.

Медальон берегини лежал в ладони Скарада и светился ярко, сохраняя всё, что происходит вокруг, в послание, которое сейчас запустил в действие Таркор.

Дикад и остальные удивлённо осматривались. Послание было записано специальным способом, и они словно оказались внутри того, что происходило в этом зале сотню лет назад.

— Взгляни на меня берегиня, — говорил Скарад, — я срежу твоё лицо, заверну в него твой медальон и отправлю известие о твоей смерти этим посланием в Алавию, если не скажешь мне, где Бимир сокрыл оружие от Мрака озёр.

Женщина, сидевшая на полу, тяжело дышала. Её колени утопали в собственной крови, разорванный броневой панцирь лежал в стороне, а на теле от шеи до живота кровили глубокие порезы от драконьих когтей Скарада. Но она внезапно улыбнулась красными от крови губами и подняла на повелителя сияющий синим пламенем взгляд.

— И почему же ты думаешь, что я не скажу тебе? — прошептала она.

Скарад с интересом сощурился, а берегиня так и улыбалась:

— Я хочу, чтобы ты знал. Знал и боялся. Оружие уничтожит тьму озёр, и у тебя больше не будет власти, дракон. Обернись.

Повелитель ещё секунду раздумывал, но всё-таки повернул голову. За его спиной ярко светилась карта.

— Смотри внимательно, — прошептала женщина, неотрывно глядя на Скарада. — Оно в одном из подземных городов. На этой карте он отмечен скрытым ориентиром.

Берегиня сглотнула потёкшую по щеке слезу и провела по полу тыльной стороной ладони, одетой в металлическую перчатку. Внешняя пластинка отошла, обнажая совсем тонкое лезвие, впаянное в металл.

— Только моя рука открывает на этой карте отметку, которой помечен нужный тебе город, — шептала женщина. — Поэтому ты никогда не узнаешь, где оружие.

Скарад обернулся молниеносно и ринулся к берегине, но…

Она уже поднесла руку в перчатке к своим губам и провела по ним отравленным лезвием. Яд вошёл в кровь мгновенно, губы и лицо женщины покрыла красная сеть вздувшихся сосудов. Скарад схватил её с рычанием:

— Нет! Тирина!

Но голубое пламя в глазах берегини погасло, и она обмякла в его объятиях.

Повелитель в бешенстве отшвырнул тело женщины и её медальон. Он ударился о пол, и сохранённое им послание закончилось. Зал Дизея снова охватила полутьма. Лишь мерцала неяркими линиями карта, и вдоль стен горели факелы.

Оборотни с интересом смотрели на Таркора. Все, кроме одного. Туран остался взглядом на том месте, где истекала кровью берегиня. Почему-то ещё несколько мгновений так и стояла перед глазами её смерть, и ему было жаль её.

А на лице Таркора появлялась довольная улыбка.

— Значит, всё правда, — произнёс он.

Дикад схватил быстро, но хмуро свёл тяжёлые брови.

— И что дальше? — спросил он. — Если на этой карте действительно есть ориентир, который указывает место, где спрятано оружие князя Бимира, её не запустить без берегини. А она убилась сто лет назад.

Таркор усмехнулся:

— Эту проблему предстоит решить не тебе.

Дикад злобно взглянул на него:

— Что же ты отвёл мне?

— Лопаты у входа, — ответил оборотень.

Было заметно, как толстые жилы в мышцах аркаида наливаются кровью.

— На это есть сурваки! — рявкнул он.

Командир сурвак потянул за рукоять меча.

— Считаешь, что мы не воины? — прошипел он.

— Тихо, — приказал Таркор. — Я доставлю сюда берегиню.

— Ты доставишь? — Дикад оскалился в улыбке, забыв о сурваках. — У тебя есть заклинание для открытия дороги в прошлое?

Оборотень отрицательно покачал головой.

— Тирина успела оставить свою кровь в нашем мире, —