Жена герцога-дракона - Эва Морей

С малых лет, будущие драконы должны подвергаться суровым тренировкам.

Сила, ловкость и выносливость – именно на эти навыки должен быть основной упор».

— Читай дальше, — Марена махнула рукой, поторапливая меня. — Отец Рейва был воином, и его самого готовили к этому пути с детства. Это Лиссандру повезло стать вторым сыном.

Я перевернула страницу.

«Второй этап – эмоциональный контроль.

Зверь должен научиться жить среди своих не подавляя их.

Юную поросль выводят в стае»

— Ламертииииин — я беспомощно оглянулась на призрака — это что еще за ребус?

Призрак деловито подлетел ближе сосредоточенно уставившись в книгу, покивал сам себе с серьезным видом.

— А мне почем знать, девка — пожал он плечами — стая нужна.

Кассандра задумчиво откинулась на кресле:

— Если я верно понимаю Рейву необходимо чаще взаимодействовать с близким кругом. — сказала она задумчиво — Что в целом логично. Если он будет реже испытывать эмоции – растерять их легче. Также вероятно в звериной ипостаси они более эмоциональны и ему придется попотеть.

Это означало только одно: Рейву придётся поселиться где-то поближе. Где именно – оставалось загадкой. Я быстро пробежалась взглядом по страницам и наткнулась на последний пункт. Сглотнула.

«Третий этап – первое пристанище.

Контроль нельзя завершить в стенах.

Дракон должен вернуться туда, где он был до слов.

К истокам.

К первому гнезду.

К месту, которое помнит его до человека».

Я медленно подняла голову, чувствуя, как отчаяние заливает меня буквально по самую макушку.

— Кто-нибудь в курсе, где это самое первое гнездо?

Ответом стало тяжёлое молчание. Я дочитала.

«Без этого этапа

человеческая часть угасает.

Не сразу.

Но неизбежно».

В груди сжалось.

— Значит… — голос предательски дрогнул. — Пойди туда, не знаю куда.

— Нет, — резко сказала Марена. — Мы не будем туда его отправлять. Не сейчас. Не вслепую.

Кассандра нахмурилась.

— Это может быть его спасением.

— А может быть погибелью, — отрезала Марена.

Я закрыла книгу. За окном раздался глухой, низкий звук – спокойный, ожидающий.

— Мы начнём со второго этапа, — сказала я, чувствуя, как беру на себя ответственность, от которой хотелось сбежать. — А третий… что-нибудь придумаем.

Я не была уверена, что это правильное решение.

Но это было хоть что-то.

Глава 8.

Глава 8.

После возвращения гордого старшего брата Рейва, взъерошенного, как зимний воробей, Торна и абсолютно сияющего Лиса я, наконец, осталась наедине с моим любимым драконом. Рейв выслушал новости стойко. Настолько стойко, что поначалу мне даже показалось – он вовсе никак на них не отреагировал. Ни всплеска, ни тревоги, ни привычного тяжёлого раздумья. А потом я уловила это.

Лёгкое предвкушение. Тихое, устойчивое спокойствие. То особое состояние, когда существо не сомневается – именно этого оно и ждало. Новость, впрочем, была простой и слегка пугающей: теперь Рейву необходимо жить в поместье. Где именно мы пока не знали. Но знали точно: выяснять это придётся срочно. Рейв принял известие так, будто речь шла о смене погоды, а не о переезде огромного, огнедышащего существа в жилую зону с садовниками, кухней и крайне хрупкими архитектурными решениями.

Когда важное было сказано, а Лис – после ожесточённых переговоров с Торном и матерью – всё-таки добился разрешения кататься на Рейве и официально провозгласил себя первым в мире наездником на драконах, под откровенно скептическим взглядом самого дракона, я поняла, что дальше мой организм отказывается функционировать без кофеина.

А это было особенно жестоко. Потому что сейчас, в этот самый момент, у меня был реальный шанс выпить хороший кофе. Если бы не Брандт с его кулинарными экспериментами. Я решительно направилась на кухню восполнять недостаток кофеина в организме и застала там идиллию.

Лили суетилась у печи, ловко раскладывая ингредиенты для обеда. Кухня дышала теплом, ароматами трав и ощущалась самым уютным местом в поместье. За столом, как обычно, сидели Брандт и Ханна. Оба с одинаковыми кружками кофе. Ну как «одинаковыми»: кружка Брандта была пугающе пустой, а вот перед Ханной стояла нетронутая отрава, гордо именующая себя кофе. Это насторожило меня даже сильнее, чем запах.

— Госпожа Элира! — Ханна нарочито приветливо улыбнулась мне, будто была счастлива что внимание уйдет от ее скромной персоны. И легким движением внушительных пальчиков отодвинула кружку подальше, почти толкая ее к самому краю.

— О, госпожа Элира! — Брандт вскочил так, будто я застала его за государственным преступлением. — Вы желаете моего кофе по фирменному рецепту? Я знаю, вы оценили!

Я медленно опустилась на стул.

— Брандт, — сказала я с той особой мягкостью, за которой обычно следует беда. — Нам нужно серьёзно поговорить.

Он насторожился.

— Понимаешь… — продолжила я, — кофе и так хорош. Сам по себе. Его не нужно улучшать. И уж тем более… — я окинула взглядом кухню, — экспериментировать.

Брандт выглядел озадаченным. Потом оживился и начал объяснять, тщательно подбирая слова, словно докладывал о важном научном открытии.

— Я решил, что чем дольше обжарка, тем вкуснее кофе. Поэтому сначала я обжаривал его очень-очень долго. А потом осмелился добавить к вашему рецепту ягоды кинзу. Это такие ягоды, добавляющие бодрости и пикантного аромата!

— Брандт, — сказала я медленно, отчётливо, с паузами. — Не. Надо.

Он подпрыгнул.

— Ну как же! — всплеснул руками. — Ханна! Скажи хоть ты! Ты ведь любишь мой кофе?

Ханна выдавила на лице улыбку. Сказать, что она выглядела ненатурально – не сказать ничего. Будто кто-то приклеил картинку улыбку на лицо глубоко страдающего человека.

— Люблю, — сказала она.

Я наклонила голову, внимательно разглядывая её.

— Ханна, — мягко спросила я, — а что именно ты любишь в кофе Брандта?

Она вздохнула. Глубоко. Как человек, решивший больше не лгать.

— Прости, милый… — сказала она. — Больше всего я люблю его потому, что им отлично отмывать унитазы.

В кухне повисла тишина.

— …Что? — тихо переспросил Брандт, хватая ртом воздух. — Как же так, Ханна! Это предательство!

Я прикрыла глаза и поспешила убраться подальше от семейной драмы. Кофе, кажется, снова отменяется.

В ту ночь я почти не спала. Не потому, что боялась или переживала. А потому что в двухстах шагах от моей спальни лежал дракон. И, конечно, мы уже находились в таких позициях в королевском дворце. Не то чтобы ситуация была новой для меня. Но то ли я была в глубочайшем