Такой знакомый незнакомец - Дикси Браунинг

. — Вы не любите Моксвилл?

— Представьте себе, люблю. Это милый городок, и люди здесь приветливые. Но в Моксвилле ничего не происходит. По крайней мере Стефф и Мойра утверждают, что город скучен. Вот Мойра и собирается в Нью-Йорк.

— А вы? Что вы собираетесь делать теперь?

Синди долго молчала, и он уж было подумал, что она вообще не собирается отвечать, но она заговорила:

— У меня остается работа по понедельникам.

Возможно, я смогу использовать еще день или два, поскольку Мойра уезжает и мы остаемся вдвоем.

Вероятно, ей удалось отдохнуть пару часов прошлой ночью, потому что ее хромота была сейчас совершенно незаметной, движения были быстрыми и грациозными, что заинтересовало его. Как инженер, занимающийся дизайном, он всегда искал способы добиться сочетания изящества и эффективности, практичности и красоты.

Глядя на Синди, можно было подумать, что для этого не требуется никаких усилий.

— Теперь ваша очередь, — сказала Синди, подавая ему мокрую вазу из граненого стекла и льняное полотенце. — Расскажите о своей работе.

Мак говорит, что вы инженер, но я забыла, в какой области.

Хитч осторожно вытирал вазу, подумав, что, если бы его родители увидели его в этот момент, они были бы потрясены.

— В области промышленного дизайна. В идеале мы пытаемся добиться сочетания эстетики и функциональности. — Ему пришло в голову, что она сама прекрасный тому пример, но Хитч промолчал — пока не время для таких комплиментов.

Вместо этого он стал объяснять, чем занимается его небольшая дизайнерская фирма. — Мы делаем товары повседневного спроса более привлекательными для определенных рынков сбыта путем улучшения их внешнего вида.

Она взяла в руку алюминиевую соковыжималку, которой было по крайней мере полвека.

— Выглядит безобразно, но до сих пор работает лучше, чем любое новомодное устройство, которым я пыталась пользоваться. Я бы не задумываясь купила такую.

— Почему, собственно, мы торчим на кухне, беседуя о каких-то соковыжималках? — неожиданно спросил он, поднимаясь с кухонной табуретки.

— Я освежаю цветы и убираю те вазы, которые нам больше не нужны. А вот что вы делаете здесь, я не знаю. Почему бы вам не пойти в сад… и не поиграть в крокет или во что-то еще?

— У меня есть идея получше. Почему бы нам обоим не удрать на целый день? Как насчет пикника в том парке у реки… как он называется, Тэнглфут?

— Тэнглвуд. — Она бросила беспомощный взгляд на пальму в кадке и цветочные композиции, которыми надо было заняться.

— Они подождут.

А у нее озорная улыбка, по-настоящему озорная улыбка, решил он. Сначала загорелись ее глаза, потом на одной щеке задрожала ямочка.

Потом появилась улыбка. Устоять перед этой улыбкой было невозможно.

В парке яблоку было негде упасть, но они все же отыскали тенистое местечко в стороне от дороги, откуда был виден сверкающий на солнце пруд. Хитч не мог понять, что он здесь делает.

Ему вообще надо быть осторожным, он может вселить в Синди какие-то надежды, что совершенно не входит в его планы. Девочка не заслуживает обмана.

Синди расстелила на траве под сенью дуба лоскутное одеяло.

— Вы могли бы и сесть, — предложила она, увидев, что он продолжает стоять, держа корзину, наполненную разной снедью, оставшейся после свадьбы.

Синди с большим умением и вкусом разложила еду, и они уселись. Ладно, он подарит ей этот день, она это заслужила. За время всей этой свадебной кутерьмы она устала, как никто другой, и меньше всех была вознаграждена за это. Стефф получила целый грузовик приданого, прекрасного мужа и огромное количество свадебных подарков. Подружки невесты получили золотые браслеты и новых поклонников. Мойра, во всяком случае до того момента, как она переберется на новое, более зеленое пастбище, заняла вожделенную угловую спальню с собственной ванной комнатой, которую раньше занимала Стефф.

Что касается Синди, ей была предоставлена привилегия проскользнуть в последнюю минуту в гостиную и полюбоваться свадебной церемонией, а потом убрать за ними и привести все в порядок.

Сегодня было по-другому. Этот день он подарит ей; конечно, этого недостаточно, но он уедет с чистой совестью. Они закончат день ужином в лучшем ресторане города.

Предвкушая такое достойное завершение дня, Хитч поглощал сандвичи с деревенской ветчиной, пирожные с белым шоколадом и орехами и всю эту вкуснятину запивал чаем со льдом.

Они весело болтали о самых разных вещах, и Хитч приходил во все больший восторг от ее рассуждений.

— Шляпы? Вы хотите стать модельером шляп?

Это ваша цель?

— Я уже модельер шляп, кстати замечательный, — с гордостью сказала она.

— Дорогая моя, моделирование шляп — это только первый шаг. Наладить их производство это нечто другое. Здесь нужны связи и деловой склад ума, не говоря уж о куче денег.

Синди слизнула каплю горчицы с верхней губы. Хитч потерял нить разговора, но снова все вспомнил, когда она сказала:

— Я понимаю, это будет нелегко. Я не очень хорошо рисую, а должна делать эскизы в трех проекциях. У меня нет ни времени, ни денег, чтобы получить профессиональное образование. Я использую дешевые материалы для импровизированных моделей, но время от времени покупаю шелковые и бархатные искусственные цветы, хотя они дорогие. Потом, когда я накоплю достаточную сумму, чтобы переехать в свою комнату для работы, дело пойдет лучше.

— А зачем переезжать? Почему не остаться там, где вы живете, чтобы сэкономить на жилье?

— В мансарде нет комнаты, чтобы переодеться, не говоря уж о том, чтобы работать. Кроме того, тетя Си терпеть не может мое занятие. Она говорит, что от него много пыли, а у нее аллергия. — Печаль разлилась по тонкому лицу Синди и затуманила ее выразительные глаза. — Это не совсем правда. То есть это так, но мне стыдно признаться, что настоящей причиной является то, что я хочу переехать до того, как тетя Си будет зависеть от меня еще больше, чем сейчас. Я знаю, что это эгоистично, потому что она давала мне приют все эти годы, но она не становится моложе, и если заболеет, я не уйду, потому что на самом деле ей нужна. Тем более что Мойра собирается уехать в Нью-Йорк и стать моделью.

Разумеется, Мойра собиралась стать моделью, по крайней мере она обладала необходимой для этого самонадеянностью. Стеффи поймала подходящего мужа с многообещающим будущим, а Синди собиралась попытаться жить самостоятельно.

Она помешивала в бокале тающий кубик льда.

— Вы, наверное, считаете меня неблагодарной? Да, я знаю, но…

— Я думаю, что вы непрактичный человек, но не неблагодарный. Вы давно заслужили право жить собственной жизнью. Если ваше решение окончательно, то, я думаю, лучше всего уходить сейчас.