Неотразимый обольститель - Бетина Крэн

Звук ключа в железном замке заставил ее вскочить с дивана. Покалывание в затылке подсказало Беатрис, что пришел наконец момент, которого она так боялась. Она огляделась с безумной надеждой спрятаться где-нибудь. Дверь приоткрылась, чтобы пропустить только одного человека, а потом с лязгом захлопнулась. Но это был не великан в чалме и не одна из несчастных в корсете, страдающих вместе с ней. Это был мужчина в сером деловом костюме. Высокий, моложавый. Она почувствовала облегчение, но его сейчас же сменило беспокойство. Если посетитель – не один из персонала, то, значит, он – клиент. Вот и явился первый из насильников! Оглядываясь в поисках чего-либо, чем можно было бы защитить себя, Беатрис заметила подставку с орудиями для жестокого наказания и схватила в одну руку кожаную плеть, а в другую – бамбуковую розгу. Ими ведь можно пользоваться и для обороны, а не только для нападения!

– Оставайтесь на месте! – От волнения каждое слово давалось ей с трудом. – Не смейте приближаться ко мне!

Мужчина заморгал, явно шокированный картиной, открывшейся его взгляду. Он наверняка собирался сам воспользоваться этими орудиями.

– Не шевелитесь! – приказала Беатрис.

– Я и не пытаюсь.

– Я не шучу! Если вы двинетесь, я сдеру с вас всю шкуру! С твердым намерением доказать, что с ней надо считаться, она приблизилась на два шага, остановилась, расставив ноги, и занесла орудия для удара. Последовала пауза. Пленница приготовилась к бою, но заметила, как взгляд мужчины скользит по ее полуобнаженному телу, не упуская ни одной его выпуклости и ложбинки. Она вспыхнула от унижения.

– Может быть, я попал не в ту «Темницу», – сказал посетитель, поборов растерянность.

– Без сомнения. – Беатрис подняла хлыст и розгу еще на дюйм и крепче сжала рукоять, злясь, что не может закрыться от его взгляда. – «Камера инквизиции» дальше по коридору.

На мгновение его глаза расширились, а уголок рта дернулся. Беатрис застыла, глядя на эту ленивую улыбку, и невольно расслабилась. У него полные губы, мощный квадратный подбородок, высокие скулы. Темные кудрявые волосы. Глаза глубоко посаженные, а сейчас с морщинками в уголках. Его явно забавляет ее поведение.

– Я искал «Темницу» с некоей миссис фон Фюрстенберг.

Он знает ее имя! С трудом сдерживаясь, чтобы не поддаться панике, Беатрис пыталась понять, что это означает. Должно быть, его послал тот, кто нес ответственность за ее похищение... Когда посетитель сделал шаг вперед, она отскочила.

– Оставайтесь на месте, не смейте ко мне прикасаться!

– Ну в самом деле, миссис... вы ведь миссис фон Фюрстенберг, не правда ли? У вас сложилось ошибочное впечатление, что я здесь с какой-то низкой целью. Уверяю вас, мадам, – он широко развел руки, – вам не угрожает опасность.

– Смотря что вы называете опасностью, – ответила Беатрис, выделяя каждое слово. – Меня похитили, лишили одежды и держат в комнатах, предназначенных для развратных плотских утех. Для меня это, несомненно, является опасным. Уж не говоря о том, что меня бесцеремонно перетаскивает с места на место и оглаживает этот злодей в тюрбане!

– Панджаб? – Мужчина не сдержал улыбки. – Уверяю вас, мадам, Панджаб нe может причинить вам никакого вреда. Он не в состоянии сделать то, чего вы больше всего боитесь.

– Но он же огромный, как гора, – настаивала Беатрис.

– И евнух.

Это заявление так ошарашило ее, что она опустила плеть и розгу.

– Правда? – Она читала об этом... гаремы, евнухи, но никогда и представить не могла, что лично столкнется с чем-либо подобным. – Вы уверены?

– Если вы имеете в виду, личное ли это мое наблюдение, то нет. Однако я доверяю утверждениям здешних «работниц», что Панджаб хоть и обладает огромной физической мощью, но, бедняга, абсолютный импотент.

Его понимающая улыбка и то, как взгляд мужчины то и дело нырял за ее корсет, пробудили в Беатрис недоверие и злость.

– Если вы явились сюда не для насилия, то для чего же еще? – наступая, потребовала она ответа.

– Меня послала хозяйка заведения.

– Я так и знала! – Беатрис взмахнула своим оружием и увидела, как его взгляд заметался между плетью и розгой. – Слушайте, вы! Вы ничего от меня не получите, кроме неприятностей!

– Не сомневаюсь, – не растерялся посетитель. – Повторяю, я пришел не для того, чтобы воспользоваться вашими, – тут он указал на ее полуобнаженные формы, – прелестями. Я – доверенное лицо миссис Браун.

Беатрис нахмурилась. Она не знала, чего ожидать, но последнее заявление совсем сбило ее с толку.

– Доверенное лицо? В чем?

– В некоторых юридических вопросах.

– Так вы адвокат? – Она открыла рот от изумления, потом закрыла его и снова помрачнела. – Я должна была догадаться. Укрывательство. Преступность. Разврат. Без адвоката здесь не обойтись.

Настала его очередь покраснеть.

– Произошла ошибка, – глубоким, проникновенным голосом продолжал объяснять посетитель. – Миссис Браун послала меня к вам, как только узнала, кто находится в ее заведении. Ей не нужны осложнения. Фактически она желает вашего освобождения.

Он умалчивает о том, какую роль играет во всем этом сам, подумала Беатрис, стараясь не замечать, что его внимание переключилось с ее лица на другие части тела. Синие, неожиданно поняла она, у него ярко-синие глаза!

– Ну что ж, осложнения у нее будут, хочет она этого или нет. А если произошла ошибка, то почему меня просто не отпустят? – спросила Беатрис.

– Да, действительно, она хочет сначала кое-что получить взамен, – сказал посетитель, отходя в сторону и намеренно направляясь к дальнему концу дивана.

Она повернулась, следя за ним, и сразу заметила, как он двигается – легко, естественно, с особой мужской уверенностью в себе... как будто привык, что за ним наблюдают. Весь вопрос в том, что он замыслил?

– Большой выкуп, без сомнения, – провозгласила Беатрис, заставляя себя сосредоточиться и не отвлекаться, чтобы на шаг опережать противника в этом странном разговоре, который все больше и больше начинал напоминать деловые переговоры.

– Вовсе нет. – Он еще имел наглость ухмыляться. – Миссис Браун не нуждается в ваших деньгах. Что ей требуется, так это ваше письменное обещание не преследовать по закону ни ее саму, ни вверенное ей заведение. – Он повел плечами. – Это ее единственное условие для вашего освобождения.

Возможно ли, что существо, которое здесь всем заправляет, действительно прислало его вести переговоры о ее освобождении? Беатрис не могла себе представить, чтобы работорговцы нанимали адвокатов для успокоения своих жертв или сокрытия своих неудач. Но теперь, кажется, сила на ее стороне. Вопрос только, почему и надолго ли.