Неотразимый обольститель - Бетина Крэн

В ту самую минуту, как Коннор увидел Джеффри Грэнтона, он понял, что все пошло не так, как намечалось. Коннор только что закончил ответственное совещание с помощником босса Чарлзом Мерфи и парнями из «Таммани Холла». Он был доволен проведенным вечером и собирался домой. Но оказалось невозможным избежать встречи с этим возбужденным мальчишкой.

– Кузен Коннор! – позвал Джеффри, спеша к его столику.

Быстро поднявшись, Коннор провел юношу через заднюю дверь. Оказавшись в коридоре, подальше от любопытных глаз, Джеффри сразу же ухватил его за рукав.

– Вы должны помочь мне. Она потерялась, и мне надо найти этих болванов, которых вы мне навязали, пока еще...

– Успокойся. О чем ты говоришь? Твоя невеста пропала? Джеффри поморщился.

– Не невеста, а ее тетя.

– Ее тетя? Диппер и Шоти доставили ее тебе вместо невесты?

– Нет, они должны были изобразить ограбление, а я, проходя мимо, должен был освободить тетку моей девушки. Однако мама заставила меня пить херес вместе с ее гостями, которые играли в вист, и поэтому я опоздал. Когда я пришел на место, там стояла пустая карета и была полиция, а мне надо вернуть ее до...

– Полиция? Семья твоей невесты послала за вами полицию? – Коннор нахмурился.

– У меня нет невесты! – истерично выкрикнул Джеффри. – И я не собирался бежать!

– Не собирался? – переспросил Коннор. В вымученных ответах мальчишки было что-то гораздо более серьезное, чем разрушенные брачные планы. – Проклятие! – Ведь он с самого начала не хотел со всем этим связываться, а потом заглушил голос собственного рассудка, чтобы помочь парню – нет, говоря по правде, чтобы преподать ему урок. – Тогда какого черта ты вообще делал?

Джеффри опустил голову. Он с трудом проглотил комок в горле, и уши у него покраснели.

– До-о... – тут ему пришлось откашляться, – доказывал, какой я взрослый и самостоятельный.

Коннор прикусил губу, чтобы не расхохотаться.

– И как, наняв двух головорезов... – Он, кажется, начал понимать. – Что-что они должны были сделать?

– Притвориться, будто хотят ограбить эту упрямую тетку моей девушки. – Джеффри отводил глаза от скептического взгляда родственника. – А я должен был случайно проходить мимо... и спасти ее... чтобы показать ей, какой я храбрый и мужественный...

– Какая глупость... Должно быть, речь идет о той самой упрямой старой тетушке, которая не одобряет твоего ухаживания за ее племянницей... – Коннор вспомнил, как Джеффри объяснял причину таких решительных действий. Семья у девушки богатая и влиятельная. Нервный ком у него в животе начал расти и занимать всю грудную клетку. – Только с твоими куриными мозгами можно было составить такой план!

– Это не я! – возразил Джеффри. – Это Присцилла все придумала.

Коннор пригладил волосы. Его втянули в заговор, задуманный шестнадцатилетней влюбленной девчонкой и чуть не приведенный в исполнение восемнадцатилетним идиотом.

– Кто она, эта Присцилла, лишившая тебя последних проблесков разума?

Когда юноша заколебался, имеет ли он право разглашать такой огромный секрет, Коннор с трудом удержался, чтобы не придушить его.

– Кто она, черт побери? – прорычал он.

– Присцилла Люччиано, – прошептал Джеффри.

Коннор почувствовал, что его в очередной раз обманули. Ее фамилия не Астор, не Вандербильт, не Морган и не Кабот. Люччиано? Кто такие эти Люччиано?

– Никогда не слышал о таких, – с облегчением произнес он.

Джеффри почувствовал себя оскорбленным.

– Ее тетя – Беатрис фон Фюрстенберг.

Вот он – удар ниже пояса, которого Коннор так боялся. Беатрис фон Фюрстенберг! Назвать эту женщину просто богатой значило сильно преуменьшить ее состояние. Она стояла наравне с Морганами и Асторами! Коннор почесал в затылке, стараясь припомнить все, что он о ней слышал, – кроме того факта, что она была вдовой старого Мерсера фон Фюрстенберга и, говорят, расширила его и без того процветавший бизнес.

– Боже мой! – Теперь только вмешательство высших сил могло спасти их. – Ты послал Диппера и Шоти для того, чтобы они изобразили ограбление Беатрис фон Фюрстенберг... а ты бы спас ее и этим произвел на нее неизгладимое впечатление?

Юноша кивнул.

– А сейчас она пропала?

Он снова кивнул с несчастным видом.

– Они, должно быть, куда-то ее увели. Вы должны помочь мне выяснить, что они с ней сделали, и вернуть ее.

Коннор смотрел на своего кузена, взвешивая факты, и приходил к выводу, что ситуация катастрофическая.

– Ты чокнутый, Джеффри Грэнтон. Ты обречен! Передавай соболезнования мамаше по поводу твоей предстоящей кончины.

Он развернулся и был у дверей главного зала еще до того, как Джеффри понял, что ему отказали.

– Подождите, стойте! Вы должны мне помочь! Коннор остановился и посмотрел через плечо.

– Ты сам влез во все это, Грэнтон. Докажи, какой ты мужественный и самостоятельный... и выбирайся тоже сам.

– Н-но вы же не можете просто бросить меня... бросить ее...

– Как видишь, могу.

Коннор отвернулся и откинул занавеску, скрывавшую дверь.

– Я расскажу маме! – проговорил Джеффри, кидаясь за ним. – Я расскажу полиции! Я скажу им, что это вы во всем виноваты!

Коннор остановился. Полиция! Он совсем забыл. Соучастие в противоправных действиях – пронеслось у него в голове. Иисус, Мария, Иосиф! Если он ничего не предпримет, опасность будет все время расти! Он обернулся, борясь с искушением покончить с душкой Джеффри и его никчемной, пресыщенной жизнью. Ни один судья в мире его не засудит. Но если подумать... обвинение в нападении, а потом еще намеки, будто он принимал участие в похищении одной из богатейших женщин Нью-Йорка... Это сведет на нет его шансы победить на выборах в конгресс... А потом он заметил, что у мальчишки дрожит подбородок. Душка Джеффри просто трясся, мужественно берясь со слезами.

– Черт побери, – пробормотал Коннор.

Парень завел их в трясину, а теперь ему, Коннору, придется их обоих вытаскивать. Ему придется искать старую миссис фон Фюрстенберг и возвращать ее домой в целости и сохранности, а также позаботиться, чтобы не раскрылся нелепый план Джеффри и его собственное участие в этой идиотской затее. Прежде всего надо найти этих кретинов Диппера и Шоти...

Он прошествовал к дверям своего кабинета, распахнул их и свирепо махнул Джеффри, приказывая войти.

– Заходи и жди здесь, сколько бы ни потребовалось.

– Но мне скоро надо быть дома. Мама будет беспокоиться...

Взгляд Коннора заставил Джеффри присмиреть. Настало время вести себя как настоящий мужчина. Он вошел в кабинет, но запаниковал, когда Коннор начал закрывать дверь.