Неотразимый обольститель - Бетина Крэн

– Что? – Адвокат явно растерялся.

«Вот так-то лучше», – подумала Беатрис. Она наконец-то обрела моральную опору и могла торговаться дальше. Если девять лет в бизнесе и коммерции ее чему-то и научили, так это тому, что противника следует обескуражить, чтобы он потерял контроль над ситуацией.

– Я отказываюсь обсуждать пожелания вашего клиента, пока не получу ваш пиджак.

С очевидной неохотой адвокат снял пиджак и протянул его ей. Беатрис царственным жестом предложила ему накинуть пиджак на бамбуковую розгу. Потом, не спуская с мужчины настороженного взгляда, продела обе руки в рукава, так и не выпустив своего оружия. Волнующее тепло его тела передалось ей вместе с одеждой. Но теперь, когда он буквально отдал ей что-то со своего плеча, она была уверена, что сможет получить и больше.

– Как только освобожусь, я намерена привлечь закон для наказания и вашей клиентки, и всех замешанных в этом безобразии.

– Я знаю, миссис фон Фюрстенберг, для вас все происшедшее явилось тяжелым испытанием, – глубоким, рокочущим голосом проговорил он. – Но наказывать мою клиентку бессмысленно. Ни она, ни ее девушки не имеют никакого отношения к вашему похищению.

– Неужели? – Беатрис швырнула кнут и розгу на диван и сложила руки на груди. Она удивилась, заметив выражение облегчения на лице адвоката. Уж слишком просто прочитать его чувства! И вести туда, куда надо. – Как вы можете с уверенностью утверждать, что они ни в чем не замешаны... или вы точно знаете, кто на самом деле стоит за всем этим?

Мужчина заморгал, сжал губы и напрягся.

– Моя клиентка понятия не имеет, кому понадобилось вас похищать.

– Вы твердите, что ничего не знаете, но тем не менее уверены, что все это – ошибка. Как такое возможно, мистер... как, вы сказали, вас зовут?

– Не важно, как меня зовут. Я здесь только в качестве посредника, – не сдавался он. Беатрис видела, что на его лице появились капли пота. Он знал больше, чем говорил. – Если кто-то и знает, что в действительности произошло, так только вы. Вспомните, что случилось до того, как вы сюда попали?

Умный ход – перевести все на нее. Как будто он не знает этого до мельчайших подробностей. Беатрис поплотнее запахнула пиджак и обхватила себя руками.

– Я возвращалась домой после собрания, когда мою карету остановили двое – ирландцы, если судить по грубому акценту и еще более грубым повадкам. – Она отвернулась, чтобы не встречать его смущающий взгляд, и почувствовала, как волосы цепляются за воротник пиджака. Они в полном беспорядке рассыпались по плечам, и Беатрис с трудом подавила желание поправить прическу, придав себе более презентабельный вид. – Они потребовали отдать все мои ценности, а когда я отказалась, бесцеремонно вытащили меня из коляски. Потом, услышав, что приближается полиция, они забрали меня с собой, связали, заткнули рот кляпом и, наконец, оставили в этом ужасном месте.

– Ну вот, видите. Обычное неудавшееся ограбление. – Он глубоко вздохнул и поправил жилет. Беатрис вопреки всему продолжала разглядывать своего посетителя. Руки большие... сильные, с аккуратным маникюром. – Мы можем так никогда и не узнать, что заставило этих идиотов похитить вас. Но ясно, что, когда они поняли, в какую переделку угодили, то стали искать место, где смогли бы вас оставить. «Восточный дворец» обладает репутацией высококлассного заведения с вышколенным персоналом. Без сомнения, грабители решили, что это место вам подойдет.

Коннор невольно сжался, заметив злобно сузившиеся глаза и раздувающиеся ноздри Беатрис фон Фюрстенбсрг. Для обмена двусмысленностями, случайными или намеренными, время было явно неподходящим. Он напрягся, наблюдая, как она взяла плеть и принялась поглаживать ее, проверяя гибкость ручки и проводя длинными, ловкими пальцами по туго сплетенной коже. Но по правде говоря, она отлично вписывалась в окружающую обстановку. И являла собой бесстыдную картину – в чулках и корсете, выставляющих тело напоказ, с горящими глазами и растрепанными, в дразнящем беспорядке волосами. Она медленно, намеренно чувственными движениями ощупывала плеть. У Коннора перехватило дыхание. Она, конечно, сохраняла самообладание с самого начала, когда он только вошел в дверь и обнаружил женщину на тридцать лет моложе и намного привлекательнее, чем ожидал увидеть. Не говоря уже о том, что она оказалась полуобнаженной. Шарлотта не потрудилась предупредить его, что вести переговоры придется с полуголой дамой.

– Была одна женщина, которая помогала этой парочке тащить меня наверх и запирать, – произнесла Беатрис. – Ее будет нетрудно найти. Она одета так же, как и все несчастные создания, вынужденные работать здесь... Без сомнения, она – сообщница. Я предлагаю, чтобы вы занялись выяснением ее личности. Вы из какой юридической конторы?

Он сжал кулаки.

– Это не важно.

– О? – Она смерила его взглядом. – А что, если вы тоже сообщник? – И щелкнула кончиком хлыста по ладони.

Коннор почувствовал, что бледнеет, кровь отлила у него от лица.

– Уверяю вас, я не имею никакого отношения к вашему пребыванию здесь.

– Назовите свое имя.

– Это не относится к делу.

– Позвольте уж мне судить.

– Просто примите предложение моей клиентки – и выйдете отсюда свободной женщиной.

– И позволить тому, кто все устроил, остаться безнаказанным? Никогда!

Внезапно они оказались стоящими друг против друга, но адвокат не понял, как это случилось. Он почувствовал исходящее от нее тепло, а вместе с ним – дразнящую смесь ароматов: запах духов, душистого талька и ее собственный, запах ее тела. У него заколотилось сердце. Опустив глаза, он невольно остановил взгляд на своем пиджаке, прикрывавшем ее грудь, потом снова посмотрел ей в лицо. Свет факела отражался в ее глазах сигнальными огнями. Он почти физически ощущал в ней сдерживаемую ярость, готовность к битве. И еще что-то... что-то незлое.

– Вам это не понадобится, – сказал Коннор, берясь за плеть.

Беатрис вглядывалась в его лицо, не скрывая, что изучает противника. Казалось, ее грудь вздымается быстрее, а глаза горят ярче. Но как только он потянул плеть из ее рук, женщина неожиданно сжала рукоять крепче и отскочила назад.

– Передайте своей клиентке, – проговорила она, – что я ничего не подпишу, пока не буду знать имен тех, кто стоит за моим похищением. И еще мне нужны доказательства.

– Значит, вы не хотите проявить благоразумие. – Он отступил на шаг, потом еще. Раздражение росло в нем с каждым движением. – Может быть, следующая ночь в окружении «восточного» гостеприимства заставит вас передумать.

Адвокат услышал, как она резко вдохнула, но до того, как пленница успела высказать протест, он уже скрылся за обитой железом дверью.

Он вылетел в коридор с таким чувством, будто едва успел спастись от бедствия... и тут увидел, что его поджидает Шарлотта.

– Ну? – спросила она, загораживая ему дорогу.