Сердца пламень жгучий - Дарлин Гарднер

— Я работаю не в «Мармадьюке», — начал он.

— Я поняла, ты ведь сам говорил, что очень много разъезжаешь.

— В самом деле? — Он вспомнил свой перелет из Вашингтона в Атланту. — Ну, пожалуй…

— Именно это мне в тебе и нравится. — Глаза у нее сверкнули веселыми искорками. — Так как насчет обеда? Ты говорил что-то об аппетитно поджаренном бифштексе?

Он сдвинул брови и взял ее за руку.

— Я подумал и решил, что будет лучше, если мы наберем бутербродов.

Когда они шли к павильону, где торговали гамбургерами и жареной картошкой. Шанс на миг закрыл глаза: когда он в последний раз питался подобным образом? Он вспоминал и не мог вспомнить.

Однако, признавшись в этом, он автоматически перейдет в разряд… «надутых пузырей» и больше никогда не увидит ее улыбки, которая стала необходима ему, как солнечный свет.

— Иди ко мне, — позвал Шанс. Голос его слегка охрип, и сердце у Тиффани лихорадочно забилось. — Я жду тебя.

Грудь у него была широкой и мускулистой, что делало его похожим на античного бога. Он протянул руку и поманил ее пальцем.

— Иди, — повторил он. — Ты боишься?

— Нет, — с трудом выдавила Тиффани, у нее пересохло и сжалось горло. Она сделала шаг вперед, чувствуя, что ее с ног до головы охватывает мелкая противная дрожь. — Какая ледяная вода, — сказала она, когда океанская волна лизнула ей ноги. — Меньше двадцати градусов. Я умру от холода.

— Пятнадцать, — отозвался Шанс, который стоял по пояс в воде. — Мне сказал парень в лавке.

Он имел в виду магазинчик, где они купили пляжную простыню, плавки и купальник, решив, что грех не воспользоваться редким для этого времени года теплом, свалившимся, как неожиданный подарок, на этот уголок штата Джорджия, расположенного на берегу океана.

Тиффани долго спорила в магазине и наконец с помощью Шанса выбрала бикини вишневого цвета, которое прикрывало ее лишь самую малость. Она в жизни такого не носила!

Потом она разгуливала в нем по побережью, практически обнаженная, под руку с Шансом, жуя чизбургер, валяясь на огромной пляжной простыне и убеждая себя, что чувствует себя превосходно.

— Если он сказал, что вода холодная, зачем ты в нее полез? — спросила она. По телу у нее поползли мурашки, а ноги и руки покрылись пупырышками. Даже в желудке закололо от холода.

— Потому что мы живем только раз, — ответил Шанс и грациозно нырнул в набежавшую волну. Вынырнув через несколько мгновений, он тряхнул головой, и брызги засверкали на солнце живыми бриллиантами. Шанс перевел горящий взгляд на нее.

— Попробуй! — крикнул он, протягивая руку. — Очень приятно бодрит!

Тиффани собрала все свое мужество. В конце концов, вода не такая уж холодная. Чтобы укрепить дух, она глубоко вдохнула морской воздух, распрямила плечи и ринулась навстречу волне.

От страха она не посмела остановиться, пока не наткнулась на его раскинутые руки. Шанс подхватил ее под мышки и поднял в воздух, потом начал раскачивать ее и не останавливался, пока оба не обессилели от смеха.

И тут он отпустил Тиффани.

Она вздохнула, задержала дыхание и погрузилась с головой в холодную воду, потом быстро вынырнула, озябшая и трясущаяся, как в лихорадке. Интересно, согреюсь ли я когда-нибудь после такого кошмара, думала она, и останусь ли жива.

— Словно в бочке со льдом побывала, — сказала она Шансу, который подплывал к ней, разрезая воду широкими взмахами рук.

— Не так уж плохо, — ответил он. Губы у него были уже не красными, а синими, как, впрочем, и у нее. — Здесь неподалеку есть песчаная коса, поэтому и волны небольшие, да и вода в этом месте теплее.

— Теплее? — Тиффани отчаянно клацала зубами.

— Я знаю, как тебя согреть. — Он остановился.

Она поняла, что он имеет в виду, и вдруг почувствовала внутри ответный жар, прогонявший ледяной холод Атлантического океана.

Но Шанс даже не прикоснулся к ней, он хотел, чтобы она сама решила. Настоящий джентльмен, а так непохож на этих чопорных снобов в деловых костюмах!

У Тиффани замерло дыхание и участилось сердцебиение.

— Ну… и чего же ты ждешь? — спросила она. Они бросились друг к другу одновременно. Прижавшись всем своим озябшим телом к его твердым мускулам, она уже не сомневалась в его намерениях.

— Я никогда не думала, что у мужчин… — Тиффани поколебалась, не зная, как объяснить. — То есть, мне всегда казалось, что в такой холодной воде все части тела должны бы закоченеть.

Он тихо засмеялся, и огонь в его глазах вспыхнул еще сильнее.

— Рядом с тобой никакой холод не страшен. — Шанс поцеловал ее.

Ее застывшие губы не сразу ответили на поцелуй, но потом и их охватил жар, они ожили и задвигались. Удовольствие было таким острым, что Тиффани едва не задохнулась от счастья. Она обхватила одной рукой Шанса за талию и еще сильнее прижала его к себе, потом запустила пальцы в его холодные мокрые волосы и прильнула к его губам, с восторгом ощущая его восставшую твердую плоть. Так было всегда, когда они целовались.

Он скользнул рукой по ее животу и накрыл ладонью грудь. Набухшие от холода соски налились еще больше.

Он наклонил голову и поцеловал ее в шею.

— Согрелась? — прошептал он ей в самое ухо.

— Я еще дрожу. — Тиффани откинула голову, чтобы ему было удобнее. — Но уже не от холода.

Его смех прозвучал так чувственно, что у нее потемнело в глазах.

Когда Шанс снял руку с ее груди, она протестующе вскрикнула, но он уже подхватил ее под ягодицы. Она слышала его тяжелое дыхание и всем телом ощущала частое сердцебиение, тело у него напряглось.

Они желали друг друга, и желание было невыносимым и пронзительно острым.

Кровь стучала у нее в ушах. Вернее, она так думала, пока не различила стук мотора приближающейся лодки и тут же услышала еще один звук, похожий на смех. На берегу собрались люди, они смотрели на них и громко обсуждали их действия.

— Шанс, — прошептала она, — нам нужно…

Он не дал ей договорить, прильнув к губам.

Однако поцелуй не помог, все ощущения перекрыла одна мысль: здесь этого делать нельзя. Не сейчас! С огромным усилием Тиффани оторвалась от его губ. Он посмотрел на нее укоризненным, затуманенным взглядом.

— Шанс! Нельзя!!!

Он все еще удерживал ее.

Скажи она всего лишь одно слово, и он возьмет ее здесь в океане. Ведь до берега далеко, а они с Шансом стоят по пояс в воде.

Нет, нельзя, решила Тиффани.

— Я не могу, — сказала она, кладя руки ему на плечи.

Он неохотно поднял голову и отпустил ее. Глаза у него были закрыты, а лицо побледнело от напряжения.