Драгоценности - Джоанна Кингсли

Дом Хиро казался оазисом спокойствия и простоты среди сверкающего стеклом и хромом города. Их встретила невысокая пожилая женщина в кимоно. Поклонившись, она приняла их обувь и вместо нее подала табис.

– Это Тоши, – сказал Хиро, и женщина снова поклонилась. – Она постарается, чтобы вам здесь было уютно.

Пет улыбнулась и поклонилась в ответ, а потом Хиро провел ее в самое удивительное место на земле: стены цвета охры, белые панели, бежевые татами и белые бумажные лампы под потолком. На одной стене была нарисована акварелью ветка яблони, в углу в вазе стояли розовато-коричневые орхидеи. В центре комнаты был низенький черный лакированный столик. И все.

– Здесь так просторно.

– Я рад. Мой офис такой же тесный, как и в любой западной фирме, с компьютерами, полупустыми кофейными чашками и жемчужинами в пепельницах. Это дань Оксфорду, Нью-Йорку и Гонконгу. Но без этой комнаты я не могу жить. Здесь я японец.

Вошла Тоши с подносом, накрыла столик для чая, поклонилась и беззвучно вышла. Хиро налил дымящийся зеленый чай в маленькие чашечки без ручек и подал одну Пет.

– Добро пожаловать в мой дом.

Когда они допили чай, Хиро взял у нее чашечку. Потом вытащил заколку из ее волос, и они рассыпались по плечам.

– Пошли, – тихо сказал Хиро. – Наша ванна готова. – Он сдвинул одну из панелей и через маленький коридор провел Пет в комнату, похожую на сауну и отделанную деревом. Пол был тоже деревянный, а в середине стояла огромная квадратная ванна, над которой клубился пар.

Хиро расстегнул платье Пет, и оно соскользнуло на пол. За ним последовало белье, и через мгновение Пет стояла перед ним нагая. Его глаза ласкали ее тело, впитывая каждый изгиб, каждую впадинку.

– Садись. – Он указал на низкий деревянный стул. Все казалось Пет нереальным. Она перенеслась в другой мир, совершенно чужой и очень красивый.

Хиро набрал горячую воду в отделанное медью деревянное ведро и вылил ей на плечи, затем намылил руки и провел ими по телу Пет. Легонько приподняв груди Пет, Хиро переместился к животу и бедрам.

Вновь окатив ее водой из ведра, он помог Пет опуститься в ванну. Хиро быстро разделся, и она увидела сильное тело, широкую безволосую грудь и смуглую кожу. Намылившись и ополоснувшись, он опустился в ванну рядом с ней.

– Вот так встречают почетных гостей в Японии.

– Весьма польщена.

– Правда, у японок совсем не кудрявые волосы. Здесь, – Хиро откинул ей прядь со лба, – и здесь. – Он опустил руку под воду и провел внизу ее живота.

Улыбаясь, они заговорили о людях, которых знали, о тех местах, где бывали, и об исторических реликвиях, восхищавших их. Пет чувствовала себя с Хиро так же свободно, как с Люком.

Когда вода остыла, Хиро помог Пет встать и поцеловал ее. Ожидая этого с того момента, как вошла в его дом, она приоткрыла рот, и язык Хиро скользнул внутрь. Их тела соприкоснулись. Но Хиро внезапно отпустил ее.

Он накинул на Пет белое с голубым кимоно и надел сам такое же. После чего они вернулись в комнату.

Сейчас столик был накрыт для ужина, а рядом с ним появились два пуфика с шелковой обивкой. Сдвинутые панели открывали вид на внутренний дворик, освещенный несколькими лампами. Пет увидела дорожку из гладкой серой гальки, ствол дерева, часть бамбукового навеса. Где-то в темноте журчала вода.

Как только они сели, появилась Тоши и, опустившись на колени у столика, разлила горячее саке по маленьким стаканчикам. Потом поставила неизвестные Пет блюда.

– Вот это называется тороро-имо. – Хиро подал ей овощ желтого цвета. – Похож на ямс, но несладкий.

Когда Тоши исчезла, они чокнулись и, выпив саке, принялись за еду.

Через два часа они вышли в садик.

Свет лампы отбрасывал тени на ветки кустарников. Хиро провел Пет к маленькому деревянному мостику над прудом. Там они остановились, прислушиваясь к звукам капель, которые падали из бамбуковой трубки.

– Восхитительно! – прошептала Пет, наслаждаясь покоем этого места и наполняясь его простотой и цельностью.

– Так же как и ты. – Хиро повернул Пет к себе, развязал пояс кимоно, и оно распахнулось. Его пояс был уже развязан, поэтому, когда он притянул Пет к себе, их обнаженные тела соприкоснулись.

– Пошли, – сказал Хиро по своему обыкновению. Пет полюбила потом это слово, всегда предшествовавшее какому-то удивительному сюрпризу.

Они вернулись в дом. Следы ужина исчезли, а там, где стоял столик, теперь лежал толстый матрас с хрустящими белыми простынями, мягкими подушками и бело-синим покрывалом. Свет был приглушен.

Не отрывая глаз друг от друга, они разделись и опустились на колени. Пет потянулась к Хиро. Его кожа была гладкой как шелк и слегка влажной от пота. Она сомкнула пальцы на его восставшем мужском орудии.

Хиро скользнул рукой к ее груди, коснулся языком губ Пет, и она с радостью ответила ему.

Опустив ее на матрас, Хиро начал целовать ступни Пет, потом переместился к впадинке у основания шеи. Он касался ее совсем не так, как западные мужчины, и Пет подумала, что это одна из тайн Востока. И когда она была готова – более чем готова – умолять его, Хиро вошел в нее и задвигался в ритме, древнем, как Вселенная.

Его движения были медленными и изысканно сладостными, но напряжение росло, и когда наконец наступило освобождение, ее тело взорвалось мириадами огней.