Дикая роза - Альберто Альварес

Анхель растерянно поднял на него глаза:

— А что, это выглядело бы смешно?

— Скорей опасно. Любовь всегда связана с риском.

— Ты хочешь напомнить мне о моем пятидесятилетии?

— Ну, если ты чувствуешь себя на тридцать…

— Я хочу жить!

Отец Мануэль улыбнулся:

— А что ты делал до встречи с Розой Гарсиа?

— Влачил жалкое существование! — решительно ответил Анхель и вышел из-за стола.

Амалия принялась убирать посуду.

— Скажи, Амалия, тебе не будет страшно за моего брата, если он вдруг женится на Розе Гарсиа?

— Роза Гарсиа не способна причинить кому-либо зло, — не раздумывая ответила она.

До девяти часов Рикардо предстояло еще посетить Кандиду и привести себя в порядок перед свиданием с Розой.

В лечебнице он прежде всего поговорил с доктором Кастильо, консультировавшим в этом учреждении, хотя основное место его службы была та больница, где спасли жизнь Ирме Дельгадо.

Доктор был доволен Кандидой и считал, что лечение идет успешно.

Кандида рассказала брату о посещении Розы. Она удивила и обрадовала его своими размышлениями о том, насколько несправедливы были они, Линаресы, к этой девушке. Она была уверена теперь, что Роза и Рикардо могли быть счастливы. Улыбаясь, она рассказала Рикардо, какой совет она дала на прощанье Розе, и он был благодарен сестре за это.

Да, несчастья очень изменили Кандиду, И, поцеловав ей руку, он признался, что сегодня вечером он увидит Розу.

— Благослови вас Господь, — сказала Кандида на прощанье.

Дон Анхель только расположился в своем рабочем кресле, как Малена доложила ему, что его желает видеть продавщица Гарсиа.

Роза вошла с торжественным видом, неся впереди себя пакет. Она поздравила хозяина с днем рождения, объявила, что подарочек этот — ото всех, и потребовала, чтобы он немедленно вскрыл пакет.

Дон Анхель подчинился и достал из упаковочной бумаги галстук такой невообразимой расцветки, что от изумления не сразу смог произнести слова благодарности.

— Спасибо… такого у меня… никогда еще не было! — наконец промолвил он.

Роза отнесла эту заминку за счет радости шефа по поводу такой несказанной красоты и гордо объяснила:

— Сама выбирала!.. Даже продавец удивился такому выбору!

В это время в кабинет вошел священник.

— Прости, Анхель, я не помешал?

Анхель ему обрадовался и предложил полюбоваться подарком, который преподнесла ему сеньорита Роза Гарсиа. Отец Мануэль проявил присущее служителям католической церкви жизнелюбие и галстук оценил восторженно.

Когда дон Анхель представил Розе Мануэля как своего брата, она так и ахнула:

— Священник?!

— Никому не запрещено иметь брата-священника, — рассмеялся Анхель.

Роза тоже засмеялась:

— Просто я в Боге души не чаю, а тут — здрасьте! — священник заявляется. Ну, как вам галстук, отец Мануэль?! Конечно, вы их не носите, а все же?

Отец Мануэль еще раз одобрил галстук и, к ужасу брата, потребовал, чтобы он тут же надел его.

— Одно дело, когда галстук в руках, а другое — на шее! — поддержала его Роза.

Дон Анхель должен был подчиниться.

— Вот это да, подохнуть — не встать! — отрецензировала его вид Роза. — Все глазеть будут: очень привлекает внимание.

И вышла, весьма довольная тем, что увидела. Братья долго хохотали. Потом Анхель сказал:

— Оставим галстук — как тебе Роза? Мануэль продолжал улыбаться.

— Мила, полна жизни, искры в глазах!.. Но я ведь и не поговорил с ней. Пригласи ее — у меня будет больше оснований судить о ней.

— Ты как перед свадьбой, — пошутил Рохелио, глядя, как яростно его брат втирает в кожу лосьон.

От Леонелы тоже не укрылись интенсивные сборы Рикардо.

— Ты не останешься ужинать?

— У меня важная встреча, — не соврал он.

— Для которой ты так надушился?

Он поцеловал ее в щеку, пошутил, что она неисправима, и ушел…

Если бы кто-нибудь сказал Розе или Рикардо, что их встреча будет происходить так, как она происходила, ни она, ни он ни за что не поверили бы.

С первой же минуты, как только он пожал ей сразу обе руки, они влюбленно смотрели друг на друга, будто и не было между ними долгих дней обиды, отчуждения, даже вражды.

Он предложил ей выпить чего-нибудь. Она напомнила, что не пьет.

— И верно. Когда долго не видишься, забываешь одно и вспоминаешь другое…

— Например?

— Например, я помню это платье.

— Его пришлось ушить. Тогда я была толстушкой.

— Ты была прелестна. А сейчас еще прелестней.

Они одновременно засмеялись сами не зная чему, скорей всего просто радуясь, что сидят рядом и смотрят друг на Друга.

Он поблагодарил ее за то, что она пришла, и стал жадно расспрашивать: как она нашла Кандиду, как дела на работе, встречается ли она еще с этим парнем… С каким парнем? Ну, с газетчиком… Кажется, его зовут Эрнесто? Он ей кто, жених?.. Ах, просто кореш…

А жениха у нее нет? Впрочем, она и не может ни за кого выйти замуж.

— Это почему? — поинтересовалась Роза.

— А ты все еще моя жена.

И тут в ее интонациях впервые за время этого свидания появились раздраженные нотки.

— Интересно! Я, значит, все еще твоя жена. А не твой ли адвокат был у меня с бумагами? Не я ли их подписала?

Он с удовольствием объяснил ей, что в бумагах этих не хватает одной детали: их подписей у судьи, к которому они должны были бы пойти вместе. А до той поры, пока этих подписей нет, ни он, ни она не могут жениться или выйти замуж.

— Но о твоей женитьбе уже пропечатано в газетах!

— Леонела поторопилась с этим объявлением, — как ни в чем не бывало объяснил он.

— Она же твоя невеста. Ты сам ее выбрал.

— А почему?

— Очень просто: она красивая и твоего поля ягода. Не дикарка, как я!

Он отрицательно покачал головой.

— Не поэтому. А потому, что ты меня отвергла! Она задумчиво смотрела на него.

— Если бы ты хоть раз выслушала меня, я бы и не думал жениться на Леонеле. Я решился на это от одиночества. И еще из-за того, что был зол на тебя.

— Ага! Ты ведь любишь жениться со злости: на сестру, на меня.