Английский для миллионера - Варвара Корсарова

«Ага, все-таки Петр Аркадьевич, а не Петя», ядовито подумала Марианна и сказала:

– Я учила дочь Полины Александровны. В школе…

– ...Из которой вас уволили со скандалом за непристойное поведение, – закончил Петр. – Полина Александровна как раз любезно вводит меня в курс дела.

У Марианны гулко и часто забилось сердце, во рту пересохло, а голова закружилась от гнева.

– Однако, Полина Александровна, совершенно непонятно, с чего вдруг вы решили, что мне это нужно и интересно знать, – закончил Петр лучшим своим начальственным тоном, от которого у Марианны в былые времена подгибались коленки.

Впрочем, почему в былые? У нее и сейчас дрогнули ноги в предчувствии расправы.

Лялечкина, не ожидавшая отповеди, на миг смешалась, но тут же беззаботно дернула плечом.

– Воспитание детей – ответственное дело, – сказала она поучительно. – Поручать его кому попало нельзя. А хорошего репетитора найти непросто! Мне ли не знать. Я кучу училок для Анжелки перебрала. Приходит такая вот… специалистка, и вроде все хорошо, и квалификация высокая, а не то! А у вас не репетитор, у вас гувернантка, она же целый день с вашей дочерью проводит! Формирует ее моральный облик. Я так понимаю, Марианна Георгиевна вам не всю свою трудовую биографию рассказала... Мой долг – открыть вам глаза. Просветить, так сказать! Мой муж ваш друг и партнер по бизнесу, я не могу оставаться в стороне!

Лялечкина подарила Марианне дружелюбный оскал и ласково пропела:

– Неужели вы думали, Марианна Георгиевна, что вам все сойдет с рук? Я, конечно, вам благодарна, что вы свою воспитанницу подговорили конкурс слить. Очень благодарна. Но правда должна торжествовать, вы же понимаете!

О, Марианна прекрасно понимала Лялечкину! Та наслаждалась игрой в стерву, наслаждалась тем, что может миловать и казнить словом, что может унижать, расставлять ловушки!

Так кошка играет с мышью. Для такой игры не Анжелики нужен повод, кроме желания развлечься.

И при этом Лялечкина чувствовала себя в полной безопасности.

Как ни крути, она останется в выигрыше. Окажет услугу Петру, открыв ему глаза на лживую гувернантку – это пойдет на пользу ее мужу, когда дело дойдет до налаживания деловых связей. Плюс, добьет мнимую соперницу. Боже, она еще Дашу и конкурс приплела!

Но Марианну в этот момент волновала не бездонная подлость Лялечкиной. Ее захлестывала буря отчаяния, когда она представляла, что думает о ней в этот момент Петр…

Ее самый страшный кошмар случился.

– Петр Аркадьевич, я все объясню… – начала она хриплым как наждачка голосом.

– Да ты мне вроде все объяснила, Марианна! – сказал он веселым тоном. –  Скажу честно: мне бы ужасно хотелось увидеть ту фотографию. Где ты в купальнике и с русалочьим хвостом. У тебя не осталась?

– Нет… я все удалила… – пролепетала сбитая с толку Марианна.

– У меня осталась! Я вам перешлю! Чтобы вы сами посмотрели… – обрадовалась Лялечкина. Вместе с тем ее озадачило то, что Петр заговорил со своей гувернанткой иначе – на «ты», и тоном, который предполагал тесные отношения. Лялечкина быстро переводила голубые глаза с Марианны на Петра, пытаясь разобраться и сориентироваться.

– Да, уж будьте добры, пришлите! Распечатаю и вложу в наш семейный альбом, – самым дружелюбным тоном сказал Петр, а потом нежно обнял Марианну за талию. – Или лучше поставить в рамочке у кровати?

– Семейный альбом? – пролепетала Лялечкина. – В рамочке у кровати?

– Именно так! – и тут Петр окончательно всех добил – он взял Марианну за руку и поцеловал ей ладонь. – Слушай, поехали домой? Что-то я устал как собака.

– Поехали… – неуверенно пробормотала Марианна и покосилась на Лялечкину. У той глаза натурально вылезли на лоб, а челюсть отвисла – как в мультфильмах! И это зрелище так обрадовало Марианну, что она повторила веселее:

– Едем домой! Вон, и Даша с Валентиной нам уже сигналят!

– А ты так и не поела, – заботливо сказал Петр. – Надеюсь, дома нам что-нибудь приготовили. Можно открыть шампанское. Нам есть, что отпраздновать.

Не прощаясь, он повернулся спиной к Лялечкиной и повел Марианну прочь, тесно прижимая спутницу к себе.

– Петр Аркадьевич, так мне что мужу передать? – слабо вякнула вслед Лялечкина. – Пусть готовит для вас документы? Ну, по сделке?

Петр на миг задержался и бросил через плечо.

– Не стоит, – любезно сказал он. – Я уже нашел другого поставщика. Но я обязательно позвоню вашему мужу и расскажу, как вы пытались ему помочь.

Лялечкина ойкнула, а потом пискнула что-то невнятное.

Даша и Валентина первыми вышли на улицу, а Марианна с Петром задержались в гардеробе. Сначала Марианна потеряла пояс от плаща, а потом долго не могла попасть в рукав. Петр покорно держал для нее плащ, а потом потерял терпение и помог надеть, и застегнул ей верхнюю пуговицу.

– Прости, что так вышло, – выдавила, наконец, Марианна, отводя глаза в сторону. – Что ты узнал об этой истории от Лялечкиной.

– Я узнал не от нее, – прохладно ответил Петр. – Я все узнал примерно через неделю после того, как ты появилась в доме. Я всегда тщательно проверяю сотрудников. Позвонил в школу, расспросил общих знакомых. Сопоставил данные и получил четкую картину произошедшего.

– Ты все знал! – ахнула Марианна. – И промолчал!

– Кто бы говорил.

– Но почему?! Почему ты не сказал?

– Ждал, скажешь ли ты.

– Я… пыталась. У меня не хватило духу. Ты бы меня выгнал. Вот скажи, принял бы ты меня на работу, если бы я на собеседовании все выложила?

– Нет, не принял бы.

– Вот видишь…

– Да, пожалуй, в тот момент я бы тебя прогнал, – он устало потер переносицу, а потом вдруг улыбнулся совсем по-мальчишески. – Но потом, думаю, нашел бы тебя и пригласил на свидание. И начал ухаживать, как полагается.

– Правда?! – недоверчиво удивилась Марианна.

– Скорее всего. А вот расскажи ты мне все неделю, две недели назад… я был бы счастлив.

– Ты на меня не сердишься?

– Сержусь.

– Ну да, – расстроилась Марианна. – Я же тебя обманула. А у тебя принципы… и высокая мораль.

– Я не поэтому сержусь. А потому, что ты не доверяешь мне. И продолжаешь держать дистанцию. Марианна… – он взял ее за руку. – Ты все еще сомневаешься. Ты опасаешься меня, да?

– Да, – призналась она.

Он несколько секунд изучал ее пылающее лицо непроницаемым взглядом, а потом вздохнул.

– Вижу, нам есть над чем работать, – сказал он наконец.

Марианна слабо улыбнулась.

– Можешь составить план, – предложила она. – Поставить цели, задачи, и определить риски. И решить, стоит ли работа того…