Выбор без права выбора - Ольга Смирнова

— Дракон ругается, — тихо прошептала Надя, — говорит, не язык, а бардак.

— Это он в твоем сленге разбирается, — совершенно серьёзно ответил Жрец.

— «А можно звук поубавить?» — попросила мысленно Надя.

— «Как поубавить?» — спросил Дракон.

Надя пожала плечами.

— «Ну, например, мультяшным голосом говори».

Дракон немного помолчал: наверное, искал в памяти Нади, что такое «мультяшный голос» и «звук поубавить». Нашёл.

— «Так сойдёт?» — мультяшный, но с лёгкой хрипотцой голос проявился в голове у Нади.

— «Ой. Какой ты хорошенький дракончик», — мысленно воскликнула Надя.

— «И вот чего смеяться…» — обиделся Дракон.

— «Не обижайся, мне очень понравилось. Давай я тебя назову Чиком, — предложила Надя. — Дракон Чик».

— «Давай», — согласился теперь уже Чик.

Жрец внимательно посмотрел на Надю.

— О чём задумалась? — спросил он.

— Я не задумалась, мы с Чиком болтаем.

— С Чиком?

— Да, он у меня Дракон Чик.

Когда с Драконом установилось полное взаимопонимание, Жрец дал строгие наставления и ему. Вслух и мысленно.

— Так нечестно, немедленно переведи с мысленного на разговорный! — потребовала Надя.

— Третий штрафной шар за приказной тон!

Надя молча застучала кулачками по груди Жреца.

— Сейчас ещё и за драку получишь.

Он приподнял её до своего роста, крепко прижал и впился поцелуем в губы.

***

Вот и всё. Жрец и Надя стояли перед жертвенной плитой. Оба одеты в балахоны. Смотрели друг другу в глаза. Они прощались. После обряда она откроет глаза уже на Земле.

— Надя, ты обязательно услышишь меня… а когда восстановишь память этого мира, мы с тобой сможем разговаривать. Я же магия. Я могу быть везде. Жаль, но воплотиться в мужчину на Земле невозможно.

— Я без твоего голоса не смогу там жить, Жрец. Не бросай меня.

— В любом случае не брошу, сокровище моё.

Надя держалась изо всех сил.

— Надя, милая Надя. Если ты решишь остаться на Земле, я не обижусь на тебя. Это будет твоё решение. И я его приму. А здесь я что-нибудь придумаю. Найду способ помочь своим подопечным. Если тебе там лучше, я за тебя порадуюсь. Но не забудь про личный обряд. Как только он начнёт себя проявлять, блок на помощь снимется. И строго действуй моим указаниям.

— Хорошо.

— Но если вернёшься, помни: за тобой должок, три штрафных шара.

Надя засмеялась.

Они крепко обнялись. Жрец помог Наде лечь на жертвенник и совершил обряды блокировки памяти в шары. Её магическую энергию заключил в Дракона. Вынул артефакт.

Вложил шары и золотого дракончика в шкатулки. Сверху бережно разместил одежду. Взял свое сокровище на руки, подхватил шкатулку и прошёл к огромному драконьему порталу. Уложил Надю на пол. Прикрепил к руке шкатулку. Бросил взгляд на два слова на ладони. Эти два слова должны её спасти. Некоторое время смотрел на прекрасное лицо. Поцеловал ладошку.

— И почему я не умею плакать…

Поднялся с колен и стремительно покинул портал. Встал перед ним. В огромном помещении лежала маленькая девичья фигурка с длинными тёмно-русыми волосами. Жрец крепко сжал посох и закрыл глаза. По краю портала два раза полыхнула ярким синим светом завеса и резко пропала.

— Я буду скучать без тебя, милая, — пробормотал Жрец, уже зная, что увидит.

Он открыл глаза. На полу остался только балахон и маленькие туфельки девушки. За всю длинную жизнь, которую он уже сотни тысяч сезонов назад устал измерять в сезонах, его впервые охватило жгучее чувство одиночества.

Глава 61 Земля. Теперь она знает всё

Надя открыла глаза. Уставилась в потолок. Она спокойна и уверена. На многие вопросы получены ответы, и теперь ей понятен тот мир. Необходимо осмыслить, а захочет ли она понимать подопечных этого мира. Они приносят Жрецу столько хлопот, а он их любит и спасает. Вон Земля в невесомости кувыркнётся, и все подопечные цивилизации вымрут. Сколько их уже возрождалось и погибало?

А Жрец своих спасает, заботится. А может, он самых правильных к себе заселил и закрыл свой мир от чужаков. А может, ему одному одиноко, вот он с ними и возится?

Любит ли она Жреца? Сложно ответить на этот вопрос. Очень сложно. Это совсем другое. Это значительно сильнее, выше любви. У этого чувства нет названия ни в этом мире, ни в том. И слов описать, что чувствует душа Нади, общаясь с Жрецом, не существует. Даже слово Абсолют — грубое для этих чувств слово. И что бы её не ожидало там, Жрец и его маленький мир — её главная судьба, главный путь. И она найдёт дорогу к началу этого пути. Даже если придётся пройти десятки других.

Надя села на кровати.

— «Чик?»

— «Я здесь».

— «У тебя всё в норме?»

— «Да, мы осилили этот путь», — тихо проговорил Дракон.

— «Чик, тебе необходимо вернуться к крон-эллину, вы оба не должны умереть так рано».

— «А ты, Надия, простишь его?»

— «За что-то да, за что-то нет».

— «И я не хочу прощать».

— «Хотеть и мочь — разные понятия, Чик. «Не хочу» — это каприз, а «не могу» — это выше имеющихся сил. Чик, не называй меня больше Надией. Это не моё имя. Если Толл не обманул, то моё настоящее имя Норр. Но мне привычнее — Надя».

— «Хорошо, Надя. Я понял».

— «Ну что, дорогой Чик, попьем чайку и составим план действий. Нужно деньги детям перечислить и в ближайших городах квартиры снять. На случай, если придётся по городам скакать от этих двух громил».

— «Ага».

И Надя отправилась на кухню.

Глава 62 Эллиния. Расширенный Совет Правящих

Жрец поднял с пола балахон и туфельки. Покинув портал и скрыв его от лишних глаз, убрал остаточную магию перехода. Закрыл глаза и уничтожил магический след Нади во всей Обители. Поднялся в комнату девочек и, оставив там аккуратно сложенную одежду, вышел на балкон.

Мир ещё ждал. И Правящие оставались всё в тех же позах.

Немного постояв, Жрец взял в левую руку свой синий камень и закрыл глаза. Некоторое время он видел только яркие золотые и серебряные сполохи, видел чёткий след. Он видел именно её след, который привёл его к поляне с земными растениями. Надя, уже одетая, сидела у шкатулки и читала послание. Улыбнувшись, Жрец открыл глаза.

— Удачи, милая, — прошептал он и вздохнул.

У него ещё много дел. Пришло время включать мир.

Прошёл в свои покои, переоделся в торжественный балахон с синими узорами на спине и по подолу. Взял посох. Прошёлся по залам, по