Правила счастья - Фиона Уокер

Джей сидел на вершине Лошадиного холма и смотрел на Оксфордшир. Зазвонил мобильный телефон. У него мелькнула надежда: вдруг это Джуно решила извиниться, но ей, конечно, это и в голову не могло прийти. Она полностью поглощена своими друзьями и думать о нем забыла.

– Да? Эйб? Привет! Есть новости?

Несколько туристов, гулявших неподалеку, с удивлением смотрели на молодого человека, который неожиданно вскочил и закричал в трубку:

– Не может быть! Ты разыгрываешь меня? Это точно? Боже мой!

Бруно осторожно переступил порог дома. Обойдя пустые комнаты, он вышел в сад и наткнулся на компанию хорошо набравшихся гуляк: полуобнаженные парочки танцевали под музыку восьмидесятых. А неподалеку девушка в огромном черном пальто играла в крокет с абсолютно голым мужчиной.

Бруно стоял в растерянности. Наконец он увидел Лидию: под яблоней в дальнем конце сада она разговаривала со своей подругой, которая была чем-то расстроена. Джуно специально увела Лидию в этот уголок: отсюда можно было видеть дорогу, по которой ушел Джей.

– Я просто глазам своим не верю, – прошипела Лидия и прищурилась, заметив Бруно, который стоял возле стола и смотрел на нее. – Как он посмел выйти из машины! Ну и наглость у этого парня.

– Просто не обращай не него внимания, – посоветовала Джуно в надежде, что Лидия не потребует его прогонять. Вид у него был такой несчастный, что Джуно стало жалко его.

Вилл, который болтал с Джезом, хотел познакомить с ним Бруно, но тот резко отвернулся и решительно направился к Лидии.

– Скажи ему, что я не хочу разговаривать с ним, – Лидия вытолкнула Джуно вперед с такой силой, что та практически упала на Бруно.

– Прости, но она не хочет разговаривать с тобой, – как можно более ледяным тоном произнесла Джуно.

– И не смей просить у него прощения! – прошипела Лидия.

– Не понимаю, что я сделал неправильно? – умоляюще сказал Бруно.

– Пошел вон! – раздельно проговорила Лидия. Бруно беспомощно смотрел то на Лидию, то на Джуно, большие карие глаза были грустными, как у брошенного щенка.

Джуно почувствовала, что ее лицо принимает виноватое выражение. Она знала, что ничего неправильного он не сделал. Лидия просто устала от него: от его положительности и неуверенности. Эта ситуация многократно повторялась – порочный круг, который создала сама Лидия. Как ребенок, который находит цветную веревочку и, смеясь, обматывает ее вокруг шеи, а потом приходит в ужас, когда начинает задыхаться.

– Я прошу у тебя прощения за то, что перестал слушаться твоих указаний по дороге сюда, – мягкий голос Бруно дрожал. – Но ты же помнишь, фермер не очень обрадовался, когда мы на пастбище врезались в его стадо…

– Это был объезд! Так посоветовала Джуно, чтобы сократить путь! – рявкнула Лидия.

– Я знаю, я знаю, дорогая, не волнуйся! Я просто подумал…

– Какой еще объезд? – вмешалась Джуно. Через пастбище она уж точно не советовала ехать.

Бруно не обращал на нее никакого внимания.

– И потом, на военной базе был большой переполох, когда мы въехали туда. Я даже испугался, что нас арестуют.

– На военной базе? – Джуно обомлела. Куда ж это их занесло?

– Вот видишь! Вот видишь! Опять ты за свое! – огрызнулась Лидия. – Ты только и делаешь, что критикуешь, критикуешь, критикуешь меня. Убирайся к черту, надоело!

– Но Лидия, детка, – умоляюще бормотал он. – Я тебя обожаю. Я совсем тебя не критикую. Во всем виновата Джуно. Она неправильно нам объяснила дорогу, поэтому мы и заблудились. Ты тут ни при чем. Это все из-за Джуно.

– Минуточку, минуточку! – промычала Джуно.

– Катись к черту, Бруно, – повторила Лидия. – Мне нужно поговорить с подругой.

– Вот именно, катись к черту, – присоединилась Джуно.

Он заковылял прочь, к Виллу, который успел уже со всеми перезнакомиться. Джуно увидела, как из дома вышла Триона и, узнав Вилла, с радостным возгласом обняла его.

Вилл принес бутылку шампанского, которую все одобрительно приветствовали, так как запасы спиртного подходили к концу. Он наполнял бокалы, вел себя как хозяин и был сама любезность. Бедняга Бруно опустился на траву с безнадежным видом.

– Нет, ты видела, а? – возмущалась Лидия. – Этот проныра Вилл уговорил его остаться. Я только сегодня познакомилась с этим типом, но не верю ему ни на грамм. К тому же он жуткий бабник. Он сел за мной и всю дорогу гладил меня по шее, когда Бруно не видел.

Лидия сбросила сандалии, уселась поудобнее и начала перечислять непростительные грехи Бруно: его опоздания, бесхарактерность, его пещерные собственнические замашки, его неприспособленность и нерешительность. Все это Джуно уже не раз слышала. Она часто удивлялась странному вкусу подруги при выборе мужчин: именно те их качества, которые поначалу ее привлекали, через неделю начинали раздражать.

– Он вообще недоделанный, – кипятилась Лидия, заливая в себя изрядные порции Пинот Гриджио прямо из горлышка. – Ему всего не хватает: не хватает роста, не хватает характера, не хватает денег. Его отец баснословно богат, но он, видите ли, считает недостойным жить на его средства и занимается паршивой работенкой в этой жалкой фирмочке, которая печатает открытки. Ну не идиот ли?

Джуно кивнула и только потом осознала свой промах. Если вдуматься, слова Лидии можно с таким же успехом отнести и к самой Джуно.

Она пыталась слушать, но это ей удавалось все хуже и хуже. Во-первых, ее всерьез стало волновать отсутствие Джея. Во-вторых, Триона уединилась с Виллом Пидженом на скамейке и о чем-то секретничала.

– И вообще, он такой инфантильный, незрелый, – продолжала Лидия ругать Бруно. – Все время разглагольствует о политике, о разных проблемах, как студент-первокурсник. А потом дуется, если я скал су ему, что мне по барабану права рабочих банановых республик. Он меня ужасно бесит. Я теперь тебя прекрасно понимаю, каково тебе с Джеем. Я тоже не могу находиться с ним в одной комнате.

– С Джеем? – Джуно больше всего на свете хотела бы сейчас оказаться с ним в одной комнате, спрятаться ото всех и сказать ему, как ей стыдно за свой поступок.

– Да нет же, с Бруно. Я провожу аналогию. Бруно так же действует мне на нервы, как Джей тебе. Я хочу поскорее вычеркнуть его из своей жизни. Мне так жаль тебя: тебе приходится жить под одной крышей с человеком, которого ты терпеть не можешь. Не удивительно, что ты сбежала в Оксфордшир. Слава богу, что я не живу вместе с Бруно…