Правила счастья - Фиона Уокер

– В таком случае, я напрасно тут теряю время, – он вырвал свою руку и забрал компьютер и аппаратуру. – Поехали.

– Ура! – она открыла дверь.

Он обратил внимание на ее босые ноги и удивился.

– Но ты же без туфель.

– Я лучше надену вот это, – и Лидия сунула ноги в заляпанные галоши Говарда Гленна, стоявшие на крыльце.

– Оригинальный выбор, – Джей вздохнул и бросил последний взгляд наверх.

– Хватит болтать, Вилл, – тормошила его Триона. – Ты должен помочь Джуно. Она тоже фанатка.

О господи, о какой загадочной штуке мы тут толкуем? Новомодный наркотик? Но я уже даже пить не в силах, сейчас кончусь, думала Джуно. Триона – просто верблюд, хлещет ведрами, а экстази жует пачками.

– Боюсь, что я не могу себе это позволить, – Джуно отступила назад.

– Я заплачу за тебя, – предложила Триона. – Считай, что это запоздавший подарок на день рождения. Мне кажется, комплект белья тебе не очень понравился.

– Нет, понравился, понравился! – запротестовала Джуно. – Мне не нужен другой подарок. К тому же, тебе самой пришлось отдать за это часы Шона. Я не могу вводить тебя в дополнительный расход.

– Да это был просто глупый жест с моей стороны. Ты же знаешь, как Шон издевается над моим пристрастием. Как раз в тот вечер, когда он улетел в Штаты, позвонил Вилл. Я заметила в ванной часы Шона и решила отомстить ему. Ты же знаешь, как я скучаю без этого крокодила. Ну, и отдала его часы Виллу в обмен. Я как раз хотела их выкупить обратно, когда ты подошла. Так что я плачу за тебя, и баста.

Вилл смущенно кашлянул.

– Дело в том, моя радость, что я не смогу тебе ничем помочь. Ты не представляешь, какая это редкость – как золотой песок, как звездная пыль. Только для семьи и друзей. У меня и была-то всего парочка. Так что уж прости. Виноват.

– О, я понимаю, – кивнула Джуно с видом глубоко разочарованной фанатки. – Я все понимаю.

– Не переживай, – сочувственно вздохнула Триона. – Посмотришь по телеку. А я тебе потом расскажу все-все, что не попало на экран.

– Расскажешь? – с сомнением переспросила Джуно.

– Господи, ну конечно! Все до последней мелочи! Даже не верится, что они будут записывать в студии «Лондонцев», на той же съемочной площадке! Мне кажется, я сойду с ума, когда окажусь там.

И Джуно все стало ясно.

– Белль Винтер? «Жизнь перед глазами»? – дошло до нее наконец.

От счастливого предвкушения Триона даже глаза закрыла.

– Не могу дождаться среды!

К Джуно подбежал Одноглазый. Собаки вернулись! Значит, и Джей тоже.

Она рванулась к дому и чуть не сбила с ног Джеза.

– У меня плохие новости, – шепнул он ей на ухо. – Я пошел взять из машины сигареты и видел, как твой американский друг уехал.

– Джей уехал? – Джуно стало трудно дышать.

– С ним была спутница. В больших галошах. Под яблоней валялись красные плетеные сандалии Лидии.

– О господи, неужели Лидия? Не может быть! – Джуно застонала. Как Лидия могла?

– Поблизости не так много высоких сексапильных блондинок, – пожал плечами Джез и обнял Джуно.

Потребовалась уйма времени, чтобы организовать отъезд: привести в чувство тех, кому предстояло сесть за руль, и найти хозяев раскиданной повсюду одежды.

Вилл Пиджен, болтая по одному из своих телефонов («Помнится, ты просил пару билетов на пьесу Марбера. Ты свободен в четверг? Кажется, я смогу тебе помочь»), как следует обнял Джуно на прощание. У нее даже не было сил сопротивляться. Подошел Бруно извиниться за устроенную сцену.

Парочки – пребывая в состоянии беззаботного пьяного блаженства – с благодарностью целовали Джуно перед отъездом. Все полагали, что Джей находится по-прежнему где-то рядом, придерживаясь избранной линии поведения: не мозолить глаза.

– Мне понравился твой новый друг, – Элли крепко обняла Джуно. – Попрощайся с ним от нашего имени.

В машине Джез обнаружил, что к ним присоединился еще один пассажир: Барфли с Одеттой теперь уже целовались и обнимались совершенно открыто.

– Когда она будет трезва, она пожалеет о том, что была так пьяна. Впрочем, когда я бываю трезва, я жалею о том, что была так трезва, – Лулу слегка шлепнула Джуно по руке и понизила голос. – Джез мне все рассказал. Мне очень жаль, что так получилось. Ну когда ты, наконец, научишься действовать в нужном направлении?

Джуно почувствовала, что вот-вот расплачется, и стала думать о Европейском валютном союзе. Это помогло. Оцепенев, она механически обняла Триону и Хорса, даже не заметив, что последний совершенно голый, и помахала всем вслед.

Пребывая в том же оцепенении, она хотела заняться уборкой, но кавардак был страшный и она не знала, с чего начать. Она просто перекладывала посуду с одного места на другое и, разбив три тарелки, сдалась.

Она подошла к телефону и стала набирать поочередно номер мобильного телефона Лидии и номер телефона в Белсайз-парке. Ни тот, ни другой не отвечали, а она все набирала и набирала.

Около восьми послышался шорох автомобильных шин по гравию, и Джуно выскочила из дома посмотреть, кто это.

Но это вернулась из Шотландии мама с Базом, ее водителем. За ними по дорожке шел кто-то третий.

– Котенок! – Джуди заключила дочь в свои уютные объятия, в которых та сейчас так нуждалась. – А мы тут кое-кого привезли! Подобрали его на обочине. Я подумала, что это кто-то из твоих.

Из-за ее спины выдвинулась высокая худая фигура.

– Прости, Джуно, я немного опоздал, – застенчиво сказал Финлэй. – Проблемы с транспортом, понимаешь.

И тут Джуно разразилась наконец слезами.

– О, Финлэй! Какой ужас – похоже, Лидия уехала вместе с Джеем.

– Ну что ж, золотко, я не исключал такого развития событий, – вздохнул Финлэй.

– Насколько я понимаю, речь идет о нашей дорогой Лидии и об этом славном мальчике Джее? – Джуди положила свои теплые руки каждому из них на плечо. – И в кого из них кто из вас влюблен?

Джуно с Финлэем переглянулись.

– Вот что, ребятки. Если бы Говард был здесь, он бы сказал вам много толковых вещей о душе и о любви. А я могу вам предложить только чашку чая и бесполезный материнский совет.

Вернувшись в Лондон в воскресенье вечером, Джуно нашла на камине записку от Джея, а на автоответчике – слезное сообщение от Лидии.

Финлэй приехал вместе с Джуно, помог затащить аквариум с Убо.

Лидия говорила на фоне сильного дорожного шума:

– Прости, что я так уехала. О, Джу, я люблю тебя, но я сделала нечто ужасное. Ты, наверное, меня никогда не простишь. Наверное, я клептоманка. Я у тебя кое-что украла. Но ты сама говорила, что ты терпеть это не можешь. Я думала даже, что оказываю тебе услугу. Но теперь я в этом не уверена. Я люблю тебя. Или я это уже говорила? Мне так плохо, поверь. О, мы въезжаем под мост…