Неукротимый огонь - Льюис Сьюзен

Рианон опустила взгляд, заставила себя улыбнуться. Оказывается, она не представляла себе, насколько тяжело будет увидеть Галину. Эта встреча показала Рианон, как далека она от того, чтобы отделаться от мыслей о Максе. Она так хотела его, что при одной мысли об этом становилось дурно. Чувства переполняли ее, и Рианон казалось, что она обречена на эту несчастную любовь до конца жизни.

Она отвернулась, потом, неизвестно зачем, обернулась и бросила на подиум последний взгляд. Впоследствии Рианон станет спрашивать себя, иначе ли пошла бы жизнь, если бы она не повернула голову, а просто вышла бы на улицу. Можно ли было избежать всего, что случилось после? Но вопросы придут потом. А сейчас она стояла среди толпы и не могла не смотреть на Макса, а тот глядел на нее, и она знала только, что вся ее страсть, любовь, влечение – все обращено к нему.

Галина встала на цыпочки и поцеловала мужа, а он продолжал не отрываясь смотреть на Рианон. Было ясно, что Романов только что приехал в “Селфбриджс”. Журналисты уже отбыли, так что фотовспышек не было видно, никто не выкрикивал вопросов, и приезд Макса вызвал только гул любопытной толпы и откровенную радость Галины.

Лицо его не дрогнуло. Ни малейшего признака узнавания, ни даже удивления во взгляде. Он просто смотрел Рианон в глаза. Безмолвный диалог родственных душ.

В эти секунды Рианон потеряла способность трезво рассуждать. Для нее исчез весь мир, всё, кроме него. А потом Макс отвернулся. Она вновь была свободна.

Рианон вышла из универмага, в кафе встретилась с Морганом и Салли, согласилась рассмотреть их предложение о должности консультанта, села в такси, поехала на Пиккадилли в ресторан, пообедала с потенциальным спонсором и вернулась домой.

Она не замечала, как час летит за часом. Пробежала несколько последних номеров журналов “Ньюсуик” и “Тайм”; посмотрела несколько видеозаписей интересовавших ее телепрограмм; занесла в блокнот заметки к очередной встрече с Люси, сделала несколько телефонных звонков. Ближе к вечеру она надела приталенный свитер и коричневую юбку, разожгла камин и включила музыку.

Она была совершенно спокойна. Тем не менее сердце прыгнуло в груди, когда раздался звонок в дверь. Вдруг захотелось не открывать.

В одних чулках она бесшумно прошла к двери, отворила и увидела его. Страдание захлестнуло ее, Рианон не могла говорить.

Он молча обнял ее, зарылся в ее волосы и закрыл глаза.

– С тобой все в порядке? – шепотом спросил Макс, прижимая ее к себе.

– Да, – ответила она.

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза. Прошло очень много времени, прежде чем на его губах появилась тень улыбки.

– Ты знала, что я приду?

Она кивнула:

– Поняла, когда увидела тебя.

Глаза его потемнели.

– Разреши мне пройти.

Рианон отступила, закрыла дверь, взяла его за руку и провела в гостиную. Максу, такому большому, тесно было в этой уютной комнате, но он был здесь на месте. Рианон снова прильнула к любимому, обвила руками его шею и заглянула ему в глаза.

– Надолго ты приехал?

– На три дня.

В ее глазах мелькнуло удивление.

– Не верю. Я понятия не имела, что ты сегодня окажешься в Лондоне. Галина писала, что ты подъедешь к концу ее турне.

– Я так и собирался сделать, а потом планы переменились. Сегодня Галина летит в Париж. Завтра она будет в Эдинбурге, а в четверг – в Манчестере.

– А ты останешься здесь?

Макс кивнул.

– Бог мой, ты замечательно выглядишь, – прошептал он, изучая ее лицо.

– Ты тоже. – Ей вдруг опять захотелось заплакать. – Я забыла твое лицо. Не могла его вспомнить. Я пыталась звонить тебе, но мне не хватало смелости, чтобы заговорить. – Рианон засмеялась. – Я чувствовала себя дурой. Ты догадался, что звонила я?

Он кивнул.

– Господи, что же я реву? – пробормотала она. – Мне так спокойно сейчас! Что тебе предложить? Выпьешь что-нибудь? У меня есть виски.

– Нет, не уходи, – прошептал он и склонился к ней.

Страстный, нежный поцелуй, казалось, обнажил ее душу. Она почувствовала его жадные губы. Его руки сжали ее; напряжение его тела лучше всяких слов говорило о силе влечения. А когда Макс взглянул на нее, она сама вспыхнула от желания.

– Может быть, снимешь пальто? – спросила Рианон дрогнувшим голосом.

Он рассмеялся:

– Да, так, пожалуй, будет проще. – Одним движением плеч мужчина сбросил пальто, потом тронул пальцами ее подбородок, приподнял и тихо поцеловал Рианон в губы. – Ты уверена, что все в порядке? – шепотом спросил он.

– Уверена.

Их губы опять встретились. Она обняла его, ощутив мощь его мускулов. Она сама расстегнула его брюки – он мгновенно освободился от них, – а потом обхватила рукой напрягшийся пенис и мягко сжала. А он прильнул к ней еще ближе и поцеловал так сильно и нежно, как никогда прежде.

Все еще не отпуская его пенис, Рианон опустила другую руку и подняла юбку. Трусики она уже успела сбросить, зная, что, оказавшись в его объятиях, не в силах будет ждать. На ней были только кремовые чулки на ажурных резинках.

– Господи Иисусе, – прошептал он, гладя пальцами ее грудь.

Они опустились на пол. Рианон стянула свитер, подняла колени и раздвинула ноги, а он куснул сначала один ее сосок, потом другой. Тела их подались навстречу друг другу, а они смотрели друг другу в глаза, зная, что все между ними так, как должно быть. Он улыбнулся и прикрыл глаза. Она обвила его руками, прижимая к себе. Затем он глубоко вошел в нее.

– Я люблю тебя, – проговорила она и погладила его по лицу.

– И я тебя люблю, – отозвался он, целуя ее пальцы. – Говори, что ты чувствуешь, я хочу знать, так ли ты думаешь обо мне, как я о тебе, так ли ты хочешь меня, как я тебя. Я не понимаю, почему реагирую на тебя так и почему хочу, чтобы все продолжалось, хотя мне очень тяжело.

– Ничто не переменится, – тихо пообещала она.

Макс опять поцеловал Рианон и стал тереться о ее тело, наполняя женщину собой.

– Хочу, чтобы ты был на мне, – прошептала она.

Он приподнялся, осторожно вышел из нее и разделся до конца. Она выскользнула из юбки, отбросила одежду прочь и легла на спину, не сводя с него глаз.

Тело мужчины было твердым и мощным. Он встал на колени, она обхватила его ногами. Они смотрели друг другу в глаза. Его пальцы пробежали по веснушкам на ее щеках, оказались на груди, потом пропутешествовали по животу вниз и зарылись в золотистые волоски между ног. У Рианон перехватило дыхание, когда он приподнял ее бедра, опустил голову и принялся щекотать ее языком.