Индийский веер - Виктория Холт

У нее вошло в привычку неожиданно в разговоре упоминать имя леди Джеральдин и, по мере того, как шло время, она вспоминала ее все чаще и чаще.

— Теперь, конечно, нет ничего, что удерживало бы сэра Фабиана в Индии, — сказала она. — Я уверена, что он скоро вернется домой. Я приглашу леди Джеральдин, так что, когда он приедет, она будет здесь. Для него это будет приятным сюрпризом. Алан и Луиза полностью заняли детскую. Вскоре им, возможно, придется потесниться.

— Вы имеете в виду Флер…

— Да, Флер, а когда сэр Фабиан женится… — Она издала легкий смешок. — Семья леди Джеральдин известна своей плодовитостью. Все они имеют много детей.

Она волновалась все больше и больше, потому что не могла подумать, что он будет отсутствовать так долго.

Затем домой вернулся Дугал.

Когда он приехал, мы были на уроках в классной комнате. Нас никто не предупредил.

Леди Харриет вошла вместе с ним. Я слышала, как она сказала перед тем как войти:

— У них идут уроки с Друзиллой. Вы помните Друзиллу… эту милую благоразумную девушку из пасторского дома?

Как будто ему надо было напоминать! Мы были хорошими друзьями. Я виделась с ним в Индии, и он знал, что я там присматривала за его детьми. Но леди Харриет никогда не имела ясного представления о взаимоотношениях своих слуг.

Он вошел и стоял, улыбаясь, его взгляд был обращен на меня, пока не перешел на детей.

Я встала.

— Дети, ваш папа здесь, — сказала леди Харриет.

— Привет, папа, — воскликнула Луиза.

Алан молчал.

— Как поживаете? — спросил Дугал детей. — И вы, Друзилла?

— Очень хорошо, — ответила я. — А вы?

Все еще глядя на меня, он кивнул.

— Как долго меня здесь не было.

— Мы слышали о Лакхнау. Это, должно быть, ужасно.

— Ужасно для всех нас, — сказал Дугал.

— Я думаю, что дети могут прервать свои уроки, — сказала леди Харриет, — и поскольку это довольно необычное событие, мы все пойдем ко мне в гостиную.

Они оставили свои книги, и я задержалась, чтобы закрыть и убрать их.

— Дети, вы хотите побыть со своим папой? — спросила леди Харриет.

— Да, бабушка, — кротко ответила Луиза.

Дугал посмотрел на меня:

— Мы поговорим позже, — сказал он.

Я осталась одна в клагссной комнате, напоминая себе, что, невзирая на то, что было раньше, я была всего лишь гувернантка.

Дети не казались особенно возбужденными, видя своего отца; но леди Харриет была довольна, и причина заключалась в том, что он привез новости о сэре Фабиане и его скором возвращении домой.

— Есть хорошие вести из Индии, — сказала она мне. — Мой сын скоро возвратится домой. Почти сразу же будет свадьба. Сейчас они были бы уже женаты, если бы не эти злые туземцы. Я начала уже думать о том, что надену. У меня, как и у матери невесты, своя роль; а Лиззи Картер, хотя и хороший мастер, работает довольно медленно. Луиза будет очаровательной подружкой невесты, а Алан — совсем как верный маленький паж. Мне всегда доставляет удовольствие планировать свадьбы. Я вспоминаю Лавинию… — Ее голос резко замер. — Бедный Дугал, — быстро продолжила она. — Без нее он — потерянная душа.

Я никогда не замечала, чтобы он опирался на нее, но не стала этого говорить. Упоминание о Лавинии было для меня таким же болезненным, как и для леди Харриет.

Дугал намеревался оставаться во Фремлинге в течение нескольких дней, а затем он собирался отправиться в свое поместье. Он воспользовался первой же возможностью поговорить со мной.

— Как чудесно вас видеть, Друзилла, — сказал он. — Было время, когда я думал, что никогда больше не увижу вас снова. Какой ужас мы пережили.

— Мы пережили… как и тысячи других.

— Иногда мне кажется, что я никогда уже не буду прежним.

— Я думаю, что что-то схожее мы чувствовали все.

— Я покидаю Компанию. В любом случае я намерен это сделать. Так или иначе, я думаю, что произойдут перемены. Ощущение такое, что Компании как таковой наступает конец. Она будет передана государству. Я намерен передать свою долю кузену.

— Что вы будете делать?

— То, что хотел всегда. Исследовать.

— А дети?

Он выглядел удивленным.

— О, они останутся со своей бабушкой.

— Конечно, это то, что она хочет.

— Это кажется самым разумным. У нее большой дом… детские… все, что нужно детям… и… э… она решила удержать их. Я рассказывал Луизе кое-что о новейших открытиях в археологии, и она очень заинтересовалась.

— Луиза очень умная… она из тех детей, которые интересуются всем, о чем слышат.

— Да. Восхитительно изучать детский ум… наблюдать пробуждение интеллекта. У них совершенный ум… неперетруженный и быстрый в усвоении.

— Они должны быть таковыми, чтобы схватывать то, что необходимо в жизни. Мне часто кажется, что они думают логично и ясно. Все, чего им не хватает, так это опыта, и поэтому им приходится учиться, как побеждать и переживать поражения.

— Как хорошо снова быть с вами, Друзилла. Я скучал по вас. Я часто думал о тех старых днях в пасторском доме. Вы помните их?

— Конечно.

— Ваш отец был таким интересным человеком.

Мы наблюдали за детьми, которые катались на пони, и в этот момент мимо проезжал Алан. Он ехал, не держа поводья. Рядом с ним был грум.

— Друзилла, посмотри на меня, — закричал он. — Смотри, я без поводьев.

Я захлопала, и он счастливо засмеялся.

— Они так вас любят, — сказал Дугал.

— Мы сблизились в то время, когда прятались. Я думаю, что они оба осознавали опасность.

— Какое счастье, что вы выбрались из всего этого живыми.

— Вы были с Томом и Элис?

— Да, они были в Лакхнау. Это было время настоящего террора. Мы не знали, что могло с нами случиться в любую минуту. Я не могу вам передать, что это было, когда войска Кемпбелла взяли город. Это была тяжелая битва. Они дрались как дьяволы.

— Том с Элис возвращаются домой?

— Я полагаю, что некоторое время еще нет. Там сейчас полная смута. Все в ожидании больших перемен. Том нужен там и определенно еще на какое-то время останется. Но с ним Элис. Они очень хорошо ладят. Фабиан будет дома совсем скоро. Я не знаю, как туг все будет решаться. Он захочет увидеться с людьми в Лондоне. Все находится в очень ненадежном состоянии. В Компании ожидаются огромные изменения, и я не знаю, как это повлияет на Фабиана.

— И, полагаю, на Тома Кипинга.