Индийский веер - Виктория Холт

— Я думала, что леди Джеральдин захочет внести изменения.

— В детскую? Я хозяйка этого дома с тех самых пор, как пришла сюда невестой, и намерена оставаться ею. Кроме того, ты очень хорошо учишь детей, и я удовлетворена всем. Луиза делает восхитительные успехи. У тебя дар учителя. Моя гувернантка была со мной с самых первых дней до того времени, когда я вышла в свет.

Это было завершение дела… для нее. Но не для меня. Я не смогу остаться в этом доме, когда сэр Фабиан будет женат на леди Джеральдин. Я знаю, что имела смешные мечты. Полагаю, что те дни в Индии, которые теперь кажутся частью нереальных ночных кошмаров, оказали и на меня свое влияние. Вернувшись обратно во Фремлинг, я осознала, насколько эти мечты невозможны.

Фремлинги были Фремлингами. Они никогда не изменились бы. Они смотрят на всех как на пешек в игре, которыми двигают так, как им удобно. Мы не имеем другой значимости, кроме нашей полезности.

В течение той недели, когда леди Харриет пребывала в состоянии счастья, в каком я никогда раньше ее не видела, я все больше и больше погружалась в депрессию. Я не хотела здесь быть, когда Фабиан приедет домой, и не хотела участвовать в общем ликовании по поводу его подходящего брака. Я была уверена, что Фабиан непременно заключит подходящий брак. Он осознает семейные обязанности так же, как и его мать. Он воспитан так, что рассматривает их как самое важное. Я не ошибалась, когда думала, что между нами существует притяжение. Оно всегда было… как с его, так и с моей стороны. Я знала, что он хотел вступить со мной в любовную связь; но вопрос о браке не стоял никогда. До меня доходили слухи о других поколениях Фремлингов… которые были вовлечены в романтические приключения, ничего общего не имеющие с браками. Они заключали браки, соответствующие их титулу, и это было то, что от них ожидали.

Но такая жизнь меня не устраивала. Я была слишком серьезной, «слишком благоразумной» как сказала бы леди Харриет.

Я часто видела Дугала. Он не делал мне предложения, но я знала, что это было у него на уме. Он боялся открыто просить моей руки, опасаясь отказав Я понимала, что Дугал не был человеком быстрых решений. Он всегда колебался; за него все должны были решать другие.

Если бы я дала ему даже маленький намек на одобрение, которого он ожидал, он бы сделал мне предложение. "Почему он стремился к этому? — спрашивала я себя. Это было потому, что я означала для него определенную безопасность, как было с его детьми. Я была бы заменой матери его детям — роль, которая была для меня уже не новой.

Это было бы удобное и, без сомнения, мудрое решение. Я могла бы прожить мирную жизнь с Дугалом, спокойную, приятную, с мужем, который был бы внимательным и заботливым… и с нами росли бы дети. Мы вместе бы вели исследования. Я многому бы научилась. Наше восхищение относилось бы к мировым памятникам древности… книгам, искусству… они вызывали бы наш интерес.

Возможно, я полюбила бы его.

Он понимал, что я являюсь противоположностью Лавинии. Но он никогда не смог бы забыть ту выдающуюся красоту, которая, я думаю, покорила его, когда он ее увидел.

Любой бы сказал, что я должна была бы радоваться такой возможности. Многие удивлялись, что у меня за жизнь, — неужели я собираюсь провести ее, служа Фремлингам? А как насчет леди Джеральдин? Почувствует ли она расположение своего мужа ко мне? Это могло превратиться во взрывную ситуацию.

Я должна уехать. Куда? У меня было мало денег, достаточно только для поддержания довольно тоскливой, лишенной комфорта жизни. Какая я была дура, отворачиваясь от всего того, что предлагал мне Дугал.

Примерно через день Фабиан должен был бы вернуться домой.

Я не могла находиться там, когда он приедет.

Я сказала леди Харриет:

— Я хотела бы снова поехать увидеться с Полли.

— Ну, что же, — ответила она, — это неплохая мысль. Ты можешь им сказать, что сэр Фабиан скоро будет дома и положит конец их вздору. Кроме того, они могли бы любезно отпустить Флер. Скажи им, что мы не забывчивы и отблагодарим их за все, что они сделали.

Я не стала говорить ей, что это именно тот путь, который сделает их отказ твердым, а он будет именно таким. Но как можно было объяснить это леди Харриет?

Я была рада вновь быть с Полли. Я как бы вернулась обратно в детство, когда она решала все мои небольшие проблемы.

Не потребовалось много времени, чтобы она почувствовала, что у меня что-то неладное на душе. Она с присущим ей искусством устроила так, что мы остались с ней наедине.

— Сядем в зале, — сказала она. — Эфф не узнает. Кроме того, ты гостья, а зала для гостей.

Итак, мы сели там на жесткие неиспользуемые стулья с их аккуратными салфеточками на спинках, цветком на плетеном столе у окна и часами, которые их отец считал большой ценностью, тикающими на каминной полке.

— Ну, что теперь тебя беспокоит?

— О, со мной все в порядке, Полли.

— Оставь со мной это. Я знаю, когда тебе плохо, и это как раз сейчас.

— Сэр Фабиан приезжает домой, — сказала я.

— Ну что же, я должна сказать, что пора бы. — Я молчала. — Так, — продолжала она. — Скажи мне. Ты знаешь, что можешь рассказать своей старой Полли все.

— Я чувствую себя довольно глупо. Я была такой глупой.

— Как все мы?

— Понимаешь, Полли, если ты можешь представить, как это было в Индии… Каждую минуту мы могли ожидать конца. Это что-то меняет в человеке.

— Ты скажи мне, что это сделало с тобой.

— Ну ладно… он был там и все другие тоже, но это было так, будто мы с ним были одни. Он спас мне жизнь, Полли. Я видела, как он убил человека, который собирался убить меня.

Она медленно кивнула.

— Понимаю, — сказала она. — Он кажется тебе своего рода героем, не так ли? Ты нафантазировала, что он такой. Ты всегда это делала, правда. Ты не одурачишь меня.

— Может быть, — сказала я. — Это глупо с моей стороны.

— Я никогда не думала, что он принесет тебе что-то хорошее. Был еще тот, другой. — Она посмотрела на меня. — И он женился на Лавинии. Я думаю, что тебе лучше без них обоих. Мужчины… они ненадежные… Лучше вообще никакого, чем один ошибочный… и, бог мой, могу тебе сказать, что хорошие не растут на деревьях.

— Был же твой Том.

— Ах… мой Том. Должна тебе сказать, что таких в мире немного, и он ушел и утонул. Я говорила ему: «Ты должен найти работу на берегу, вот что». Но послушал ли он меня? О, нет. Нет разума у мужчин, вот что можно сказать об этом.

— Полли, — проговорила я. — Я должна уехать. Понимаешь, он приезжает домой и собирается жениться.

— Что?

— Леди Харриет готовится. Она — леди Джеральдин Фитцброк[36].