Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Боишься? — шепнул он. — Врать не хорошо.

Ладони вспотели, сердце гулко стучало. Марго выключи звук. Выключи.

— Хитрая девочка! — Стас убрал телефон, так и не дождавшись признаков обнаружения Марго.

— Стас, уходи, хватит! Мне не нравится, как ты нахально ходишь по моей квартире! Не имеешь право!

— Я много чего имею, Мария! — улыбнулся он. — Вам женщинам слишком много позволяется. Только вы без нас никто! Пустышки. И не надо из себя строить умных, не нуждающихся в покровительстве мужчины и его денег. Ради них и роскошной жизни вы готовы на все. И ноги раздвинуть. Так что, знайте свое место.

— Не думаю, что ты стал бы проводить время с дурой. Марго не такая.

— Не такая. Она исключение. Марго красивая, сексапильная, горячая девушка, но ради денег она тоже терпит. Меня возбуждает ее ум, — похотливо улыбнулся он. — Но ее непослушание огорчает меня, и она сама виновата в этом.

— Какое непослушание? Она требует уважения к себе всего лишь. А что творишь ты? — зло сверкнула я глазами.

— Мария, если твой мужик будет осыпать тебя дорогими шмотками, возить в шикарные места, за границу, дарить золото, бриллианты, купит машину, квартиру. Сможешь ты ли отказаться от такой жизни?

— Смогу! — гордо ответила я. Стас гортанно засмеялся. Было желание врезать ему. — Я не подстилка. А ты считаешь бить женщину и изменять не делает тебя уродом?

Стас прекратил смех, плотно сжав губы и сузив глаза.

— Я не ослышался? — склонил он голову на бок.

— Нет. Такие мужики мудаки и уроды! Думаешь, я не знаю, что ты изменял Марго и руку на нее поднимал?

Стас вдруг резко схватил меня за шею, перекрывая доступ кислорода. Я хотела закричать, как дверь туалета с грохотом открылась.

— Маша! Черт возьми! — прогремела в гневе Марго. Я выпучила глаза от дикого ужаса. Стас сильно сжал мою шею. Марго тут же подлетела к нам. — Отпусти ее! Стас!

Стас разжал пальцы, его мускулы дергались от яростных эмоций, что бушевали в нем. Мне стало очень страшно, но я не показала виду. Стас повернулся к Марго.

— Что за хрень она несет? — спросил Стас. Я прижалась к стене.

— А ты до сих пор думаешь, что твоя измена для кого — то тайна? Я осведомлена о ней уже как два месяца назад, — показала ему два пальца.

— Вот как? — кивнул Стас, потирая нос. — Значит, и она все знает?

Указал он на меня. Я тяжело сглотнула. Марго еле заметно пустила горящие стрелы за мой длинный язык.

— Ты расстроился? — вскинула она бровь. — От кого тебе скрывать? Я уже знаю.

Стас противно засмеялся. Отсмеявшись, он обратился ко мне:

— Видишь, конфетка. Вот тебе и подтверждение моих слов. Вы алчные и меркантильные сучки. Об вас можно ноги вытирать. Стоит помахать перед вашим носом пачкой денег, будете прыгать на задних лапках, довольно скуля.

— Марго! — окликнула ее. Мне совсем не нравилось ее выражение лица, глаза источали желчь и сильную злобу. Она даже не посмотрела на меня, испепеляя Стаса гневным взглядом.

— Что — то не так, детка? — подошел он к ней и провел ладонью по ее щеке.

— Ее ты тоже только что оттрахал? — процедила она.

— Кого? Лизу? Ну что ты, она совсем молоденькая, — притянул ее лицо ближе. — И у меня есть ты! Я рассчитываю провести сегодня с тобой ночь. Ты сразу успокоишься, оттаешь, и все забудем.

Стас поцеловал ее в висок.

— Я не хочу, — отчеканила Марго.

— Не понял? — поцеловал ее в щеку.

— Я не хочу тебя! — цедила каждое слово Марго. Ее тело, словно натянутая струна. — Убирайся! Ты меня достал! Видеть тебя не желаю!

— Ничего у меня с Лизой не было, малыш. Поехали ко мне, — Стас прикоснулся к ее губам, но Марго неожиданно откинула голову назад, истерично смеясь. Стас тряхнул ее за плечи. — Замолкни!

— Да мне плевать на твою Лизу, Дашу, Глашу. На всех! Я не ревную, Стас! — выкрикивала наболевшее Марго. — Той наивной девочки, влюбленной в тебя по уши, давно нет! Ты убил мою любовь своим мерзким отношением! Все убил! И до сих пор не понимаю, почему ты так изменился? Как я могла не увидеть в тебе морального урода! Как? Я давно бы прекратила весь этот фарс, позволяя тебе крутить мною, как марионеткой. Только сама себя подвела сложившимися обстоятельствами. Но недолго осталось. Недолго! А сейчас я с превеликим удовольствием спускаю твое бабло, тем самым поощряя себя за то унижение, что испытываю, ненавидя тебя. Ненавижу, когда целуешь, ненавижу, когда обнимаешь, когда спим вместе. Блевать хочется!

— Марго! — истошно крикнула, поддавшись вперед. Звонкий удар по ее щеке эхом раздался в квартире. Марго упала на пол. Я зажал рот рукой, не зная, что делать. Стас сжал кулаки. Марго держалась за щеку, но ее глаза не пылали страхом и обидой, они пылали удовлетворением.

— Стерва! — рявкнул он. — Лицемерная тварь!

— Это ты лицемерная и циничная тварь, любящая только себя! — прорычала Марго.

— И что же за обстоятельства заставили тебя против воли спать со мной? А? — Стас наклонился к ней и схватил за волосы на ее затылке. Марго ухватилась рукой в том месте, где он тянул ее волосы, стараясь освободиться. Ей было очень больно. — Какие? Отвечай?

— А ну пошел на хрен! — не выдержав, запрыгнула Стасу на спину, колотя кулачками по его телу. — Отпусти! Сволочь! Отпусти ее!

— Отвали! — схватив другой рукой меня за халат, пытался стянуть мое тело со спины. Но я намертво вцепилась в него, свирепо раздирая его шею в кровь. Зашипела от боли, сломав ноготь, но мне уже все равно, моя ярость достигла высшей точки. От боли у Марго потекли слезы. Она закусила губу, продолжая вырываться из захвата Стаса.

— Отпусти ее, подонок! — в исступлении кричала я. Ногтями вцепилась ему в ухо.

Он в бешенстве зарычал, отпуская Марго. Резко перекинув руку через свое плечо, схватил капюшон моего халата и рывком дернул в сторону. От его силы, с которой он скинул меня, грохнулась на пол, ударившись плечом об угол шкафа.

— Иди сюда! — грубо содрав все — таки меня с себя, и, протащив за ушибленное плечо через прихожую, заталкивал в ванную.

— Нет! — завизжала я, упираясь ногами в проем двери, хваталась за все, что можно руками.

— Сейчас я тебя проучу. Всю шею изодрала, сука!

— Не — е — е — т! — верещала я.

— Маша … — услышала позади приглушенный голос Марго.

— Ой, мама! — от ужаса зашлась я в крике.

Стас бросил меня в ванную и, вытолкнув Марго из проема двери, закрылся на защелку.

Он стоял спиной ко мне и шумно дышал. Я поджала по себя ноги, тело сотрясала крупная дрожь, весь алкоголь тут же выветрился.

— Еще раз крикнешь, пожалеешь! — спокойно сказал Стас. Медленно повернувшись ко мне, я увидела в его глазах безумство, неестественную черноту. Подойдя ко мне, он заглянул в зеркало, рассматривая свои увечья, затем облокотился о край ванной, нависая надо мной. Мои зубы начали клацать, язык присох к небу. Марго стучала, требуя открыть дверь, но Стас даже не реагировал. — С ней я потом разберусь, а что же мне сделать с тобой? Ты меня искалечила.