То время с тобой - Анна Джолос

Лежу в обнимку с огромным медведем. Голова гудит, а грудь разрывает отчаяние. Слёз не осталось. Только пустота, заполнившая внутренности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Там внизу допоздна было шумно. Голоса и споры не утихали до полуночи. Знаю, к нам приходила мать и сестра Картера, но у меня не хватило мужества спуститься и посмотреть им в глаза.

Всё из-за меня. И его арест тоже. Это ведь я во всём виновата! Картер в тюрьме, совсем один, и я ничем не могу ему помочь.

Или всё же могу? Решайся.

Поднимаюсь с кровати и смотрю на часы. Сейчас четыре тридцать, потому за окном рассвет. Айфон теперь без сим-карты, и неизвестно пытался ли кто-нибудь со мной связаться.

Я открываю шкаф и касаюсь пальцами вешалок. Отстранённо перебираю вещи, представляя, что это происходит не со мной. Опустошаю ящик за ящиком, выгребая то, что может понадобиться.

Вытаскиваю чемодан, который многие месяцы лежал без дела и пылился под кроватью. Прошлой осенью я мечтала о том, как снова буду собирать его во Флориду. А сейчас… долгожданный момент настал, но я вовсе не ощущаю себя счастливой.

На автомате складываю одежду. Подхожу к стене и отрываю несколько фотографий: вот мы с Дженной, высунувшей язык, а вот и я с Картером посреди цветных шаров. Следующий снимок единственный в своём роде, на нём запечатлена вся наша компания: Картер, Рид, Исайя, Меган, Дженнифер и я. Он был сделан там на поле, во время нашего волейбольного матча. Лица у всех счастливые, даже Рид и Картер улыбаются…

Дрожащими руками кладу фотографии в боковой карман пузатого чемодана, туда же складываю любимые книжки: Гарри Поттера и «Тысячу поцелуев, которые невозможно забыть». Бросаю на автомате самые необходимые вещи: щётку, фен, косметичку, документы.

Вот и всё… Собралась за пятнадцать минут.

Сажусь на пол рядом с чемоданом, проклинаю всё на свете. Я должна это сделать. Просто уехать и позволить ему забыть тот кошмар, который устроила мама. Страх за его будущее мучает меня. Я не хочу, чтобы он сидел в тюрьме. Только не из-за моей глупой прихоти.

Наполняю ванную и залезаю в горячую воду. Прокручиваю прожитый год в голове. Случилось так много всего! Того, о чём я и мечтать не смела. Я узнала, что такое искренняя дружба, разобралась в себе и впервые полюбила всем сердцем, до нестерпимой боли в груди.

Мы ведь так и не поговорили с Картером о моём отъезде. А действительно ли я хотела и хочу уезжать? Может, я просто боялась задать себе этот вопрос? Да, мне важно продолжить спортивную карьеру, но я ведь не думала, что нам придётся расстаться вот так…

Как бы там ни было, выбора теперь у меня нет, а потому в шесть утра, измученная переживаниями, бледная и разбитая, я спускаюсь по лестнице и тащу за собой свой чемодан.

В доме мы вдвоём: Элис и я. Отец уехал в командировку ещё несколько дней тому назад, а Лоретта вернулась в Сан-Бернардино сразу же после моего выпускного. Я не звонила ей после ареста Картера. Не хочу пугать её, сердце итак слабое.

В дверь стучат. Настойчиво и громко. Что-то кричат. Это ведь голос моей Дженны? Мать выходит на улицу. Знаю, она ни за что не допустит, чтобы мы с Дженнифер поговорили.

Возвращается в дом.

— Ты не дала мне попрощаться с ним, но могу я хотя бы…

— Нет, не можешь. С этой девчонкой общаться тебе я не позволю! Обувайся, времени мало, ты ведь не хочешь опоздать в аэропорт?

Я молча зашнуровываю кеды и около минуты сижу на пуфике в прихожей. Поверить не могу, что пребывание в родном доме для меня сегодня закончится.

— Поехали. Свою часть уговора я выполнила, очередь за тобой, — строго напоминает мне Элис. Будто у меня есть выбор…

Я киваю и поднимаюсь на ноги. Мы выходим на порог. Там, на ступеньках, сидит моя Дженнифер.

— Роуз, милая, — она тут же вскакивает и мчится ко мне. Обнимает, целует, а я лишь дёргаю ручку от чемодана. — В чём дело? Ты уезжаешь, Роуз? Почему ты не отвечала на мои звонки?

Я иду мимо, не останавливаясь. Мама открывает багажник, и мы поднимаем чемодан.

— Куда вы так скоропостижно отправляете её, Элис? Когда она вернётся? Это надолго?

Дженна задаёт один вопрос за другим, но мама лишь молча садится в машину. Она ведёт себя так, словно Дженнифер для неё не более, чем пустое место.

Я тяжело вздыхаю, не могу вот так уехать, мне нужно сказать ей кое-что важное. Поднимаю взгляд, и мы смотрим друг на друга.

— Я люблю тебя, Смит. Таких, как ты, больше нет…

Она плачет, крепко меня обнимая. Я шумно сглатываю и зарываюсь носом в её волосы.

— Я буду очень скучать по тебе, Смит.

— Как же так? Ты уже уезжаешь? — спрашивает она, отодвигаясь, но всё ещё держа меня за руку.

— Так надо, иначе…

Не могу даже договорить. Мать раздражается и сигналит. Я отпускаю руку Дженны и спешу в машину.

— Роуз, — Дженнифер кричит мне в спину, но я даю себе установку не оборачиваться. Не могу видеть её пронзительные глаза. В них столько смятения и тоски…

Всё, что стало дорого мне, останется здесь в Блу Бэй.

Смотрю в зеркало заднего вида. Смит всё ещё стоит посреди дороги и растерянно глядит нам вслед. Ветер подхватывает её волосы.

Прощай, моя милая Дженнифер…

— Хватит реветь, спасибо мне ещё скажешь, — недовольно косится на меня Элис. — Ты выглядишь отвратительно! Совсем не спала?

И она ещё спрашивает? По её милости мой парень в тюрьме, и я даже не имею возможности попрощаться с ним перед отъездом…

— Когда его выпустят? — задаю всего один вопрос.

— Когда твой самолёт приземлится во Флориду.

Я отворачиваюсь к окну. Мать пообещала, что Картер выйдет на свободу, а история с похищением и наркотиками чудесным образом забудется.

Верю ли я ей? Нет, не верю, но другого варианта у меня просто нет…

— Сделай мне одолжение, мама, — не скрывая ненависти произношу я, — там в аэропорту позволь мне остаться одной.

— Как пожелаешь, мне непринципиально. Только без выкрутасов, это не в твоих интересах…