Поклянись, что это правда - Меган Брэнди

– Знаю.

Я киваю и встаю. Он тоже встает и обнимает меня.

– Мне пора, – шепчу я.

– Да. – Он отпускает меня и грустно улыбается. – Я рад за тебя, Арианна. Ты заслуживаешь такого парня, как Ноа.

Улыбаюсь ему в ответ, поворачиваюсь и ухожу.

Я сказала Чейзу правду.

Если бы он не бросал меня, я бы все равно разорвала наши отношения, потому что все равно встретила бы Ноа. Не сомневаюсь в этом.

Но я совсем не понимаю, где мне сейчас его найти.

* * *

Солнце вот-вот сядет. Съезжаю с дороги и мысленно молю бога, чтобы он оказался здесь.

Мои надежды оправдываются. Я заворачиваю за угол и вижу его пикап. Припарковываю «тахо», хватаю с сиденья свои вещи и мчусь вверх по склону холма.

Добегаю до вершины и вижу его именно там, где и ожидала, освещенного лучами заходящего солнца.

Мои шаги бесшумны, но он все равно чувствует мое приближение и разворачивается так резко, что я вздрагиваю.

Ноа потрясенно смотрит на меня, потом начинает поспешно запихивать что-то в карман – я не успеваю разглядеть, что это.

У меня сжимается сердце, когда я опускаюсь на колени рядом с ним. Он смотрит не на меня, а прямо перед собой.

Откладываю рюкзак в сторону и улыбаюсь, чтобы не расплакаться.

– Можно мне посмотреть, что это?

Я вижу слезы в глазах у Ноа; он засовывает руку в карман и вытаскивает оттуда то, что только что спрятал.

Футбольный мяч, но необычный футбольный мяч.

Крошечный, белый и пушистый, не больше шарика для пинг-понга.

Беру его, и у меня перехватывает дыхание.

Там, где должен быть шов, мягкой желтой нитью выведена надпись: «Малыш Райли».

– Это… это для… – Я сглатываю и смотрю на Ноа.

Он крепко сжимает челюсти и кивает.

– Мы даже не успели полюбить его. Или ее. – Мой голос срывается, по щекам текут слезы. – Мы даже не встретились.

Ноа с тревогой смотрит на меня.

Не выпуская мячик из руки, я тянусь к рюкзаку и вслепую роюсь в нем.

Трясущимися руками вынимаю коробку. Заглядываю ему в глаза и безуспешно пытаюсь скрыть дрожь в голосе:

– С днем рождения, Ноа.

Ноздри Ноа раздуваются, нос краснеет.

– Джульетта…

– Открой, – бормочу я.

Он развязывает ленточку, снимает крышку, а когда видит, что внутри, – плачет. Там – дешевый футбольный мяч за двадцать долларов, точно такой же мама дарила ему каждый год на день рождения.

Ноа прячет лицо в ладонях, его плечи сотрясаются от беззвучных рыданий. Сама я даже не пытаюсь удержаться от слез.

Хватаю его за руку, он поворачивается и смотрит мне в глаза.

Он видит меня.

– Милая, – в отчаянии бормочет Ноа, – ты вернулась ко мне?

– О боже, Ноа, – всхлипываю я и прижимаюсь лбом к его лбу. – Мне так жаль. Мне очень, очень жаль. Прости, что меня не было рядом, когда твоя мама умерла, прости, что ты все это время был один… Прости меня. – Я плачу и сжимаю его руки. – Я бросила тебя.

– Тсс, детка, не надо. – Ноа качает головой. – Не извиняйся. Не за что просить прощения. Ты просто должна была найти дорогу домой. – Он закрывает глаза. – Я думал, что потерял тебя. Ты моя? – Он спрашивает это совсем тихо, дрожащим шепотом. – Пожалуйста… скажи, что ты моя.

Я киваю и глажу его по лицу.

– Всегда. Навеки.

Он нервно выдыхает и требует:

– Поклянись, что это правда.

Я смотрю на него в упор, сжимаю его руки и шепчу:

– Клянусь!

Ноа впивается в мои губы.

Это крепкий, страстный поцелуй, опустошающий и пробуждающий. Требовательный.

Этот поцелуй – обещание вечной любви и верности, что бы ни случилось.

Я его дом.

Он дома.

Конец

Эпилог

Арианна

День святого Валентина

За последние несколько недель мы с Ноа сильно выросли и в личностном плане, и в плане семейной пары. Мы решили взять на полгода академический отпуск, чтобы осмыслить и смириться со всем, что с нами произошло. Родители отнеслись к этому с пониманием, и хотя я не хотела, чтобы Ноа откладывал свой последний семестр и выпуск из колледжа, он сам предложил так сделать.

Он не успел восстановиться после всего, что произошло в его жизни. В декабре его сердце было разбито, а в январе разорвано на миллион маленьких кусочков. Он думал, что потерял меня, он потерял ребенка, а потом и свою мать. Ему было просто необходимо взять академ, чтобы прийти в себя. Мы оба в этом нуждались.

Поэтому мы забрали вещи из моего общежития и из его. Когда мы вернемся в кампус, в комнате Ноа будет жить новый капитан футбольной команды.

А потом мы поехали к моим родителям. Папа удивил нас: он превратил свою берлогу в маленькую уютную студию и настоял, чтобы мы в ней поселились.

Все удивлялись, почему мы не поселились в пляжном домике, но я хотела найти место, где можно было бы начать все сначала, где бы нас не мучили болезненные воспоминания.

Но сегодня День святого Валентина, и Ноа решил отвезти меня в мое любимое место. Разве я могу этому воспротивиться?

Выдыхаю и смотрю в окно. Мы останавливаемся на подъездной дорожке, я на пике возбуждения, мне хочется поскорее выскочить из машины.

Ноа ставит машину на стоянку, я дергаю ручку, но он блокирует дверь, и я удивленно поворачиваюсь к нему.

Хитро усмехнувшись, Ноа выходит, открывает дверцу с моей стороны и притягивает меня к себе. Ах вот в чем дело! Он зарывается руками в мои волосы и целует меня, а я вдыхаю его запах полной грудью.

– Надо бы зайти в дом, – говорит он и подхватывает меня на руки.

Мой пульс учащается, я киваю и прижимаюсь к его груди.

Когда Ноа ставит меня на ноги, я иду к входной двери нашего пляжного домика и не могу сдержать радостной улыбки при мысли о том, что на целый уик-энд он будет в нашем распоряжении.

Отпираю замок, поворачиваюсь и наблюдаю за тем, как ко мне идет мой мужчина.

Мое сердце буквально выпрыгивает из груди, и Ноа это чувствует. Он приподнимает одну бровь и смотрит на меня с подозрением.

– Джульетта…

– Мы столько всего упустили, Ноа. Я хочу все исправить.

– Милая. – В его голосе слышится грусть, я вижу морщинку на его лбу, когда он тянется ко мне.

Сжимаю его запястье и отвожу