Эпоха королей - Нира Страусс

— Если это тот, о ком я думаю, то я помню его в окружении даэг-ду на Теу-Биаде, — сказала я. — Возможно, его смерть не имеет никакого отношения к мятежникам.

Сейдж кивнула.

— Мы думаем то же самое, но король хочет, чтобы в его драгоценной столице не осталось ни одной крысы, так что нам теперь предстоит организовать расследование и заодно попытаться спасти головы тех, кто заигрался в игру «Разгроми королевство».

Гвен, которая всегда смотрела на вещи под другим углом, вздохнула.

— Они борются за то, что считают правильным, как и мы.

— Дерьмовыми методами.

Хотя её собеседница была явно не согласна, она ничего больше не добавила.

Я встретилась с Мэддоксом в коридоре у наших спален. Он шёл с мешком, перекинутым через плечо, и копьём, прикреплённым к спине. На нём было полное обмундирование охотника. Не хватало только значка.

Это был первый раз, когда мы оказались наедине с той ночи в На-Сиог. После того как я сказала ему, что предпочитаю спать в кровати одна, он больше не настаивал. Я знала, что он даёт мне право выбора.

Проблема в том, что будущего у нас нет, и я не вижу смысла продолжать дарить свои чувства и эмоции тому, кого после спасения Каэли я больше не увижу.

Я даже не позволяла себе думать о том, что произойдёт осенью. Давление, которое я ощущала в груди, было невыносимым.

Мэддокс сбросил мешок и подошёл ближе. Я осталась стоять у двери своей спальни, не в силах решить, что делать.

— Помни, когда Морриган передаст твою сестру, нам ещё предстоит выяснить, в какую часть дворца её уведут, — повторил он то, что мы уже бесчисленное количество раз обсуждали накануне. — Как только узнаем точное место, мы с Гвен и Сейдж разработаем быстрый план. Нам известны тайные ходы, я могу попасть в королевские покои, у нас есть всё необходимое, чтобы вернуть её прежде, чем он сможет прикоснуться к ней хоть пальцем. Когда он задует чёртовы свечи, твоя сестра уже будет далеко от его лап.

Я кивнула. Несколько дней назад я бы перебила его и напомнила, что уже знаю всё это, но сегодня дала ему высказаться. Я уловила то, о чём он умолчал, по его взгляду, по тому, как он сглотнул.

— К чёрту, — выдохнул он, преодолевая расстояние между нами.

Он обхватил мою талию одной рукой и подтянул меня к себе, так что я встала на цыпочки, наши тела соприкоснулись, несмотря на его доспехи. Его поцелуй был жёстким, требовательным, и когда я попыталась вдохнуть, Мэддокс углубил поцелуй, скользя языком по моему языку. Когда волна удовольствия пробежала по всему моему телу, я не смогла сдержать стон и, сдаваясь, обвила шею Мэддокса руками.

Всё закончилось так же быстро, как и началось. С последним прикосновением губ Мэддокс позволил мне прийти в себя и отпустил. Его грудь тяжело вздымалась, на скулах появился лёгкий румянец. Я чувствовала жар, поднимающийся от рубашки к лицу.

— Прошу, не исчезай без причины, — произнёс он. В его голосе не было просьбы, это было что-то более грубое. Более острое. — По крайней мере, позволь увидеть тебя перед отъездом. Позволь…

«Позволь попрощаться», наверное, хотел он сказать.

«Прощания важны. Они дают понять другим, что ты думаешь о них перед отъездом, и будешь продолжать думать, даже когда будешь далеко».

Эта мысль приводила меня в ужас, но глядя в его глаза, я не смогла отказать.

— Хорошо.

Я провела свои последние дни в замке Сутарлан, читая всё, что могла, из библиотеки, наполняясь всеми запретными знаниями, которые там хранились и которые потом уже для меня станут недоступными. Веледа помогла мне создать небольшой дневник друидов, в котором я записала всё, чего не знала, или что думала, что знала, но делала неправильно до этого момента.

Если бы у этой девушки была магия, уверена, друид из неё вышел бы лучше, чем из Сейдж. И нет, я никогда не скажу этого воинственной фее.

— Один из членов Братства принёс несколько дней назад небольшой мешочек с кофейными зёрнами с юга. Попробуем? — предложила Веледа.

— Если мне удастся уговорить Хопа разрешить мне остаться на кухне больше пяти минут…

Мы вышли, обсуждая, как лучше всего растопить обиженное сердце брауни. Подходя к лестнице, мы едва не сбили того, кто поднимался по ней. Веледа, находясь слева от меня, резко остановилась, врезавшись плечом ему в грудь. Мне хватило быстрого взгляда на длинные пепельные пряди, и мои брови тут же взлетели вверх. Внезапно почувствовав себя заложницей на переговорах, я немного развела руки в стороны и сделала шаг назад.

Я осторожно оценила представшую сцену. Удивительно, но Веледа не отступила назад, как я. Она подняла свои прекрасные глаза и встретилась с взглядом Оберона.

Повисло молчание. Оберон казался… Богини, он выглядел как олень, застигнутый охотником в лесу. Одна его рука была поднята, словно он собирался поймать Веледу после столкновения, но передумал; другая держала книгу.

И как только я решила открыть рот, чтобы прервать этот странный момент, Веледа меня опередила:

— Тебе что, нужны очки?

В её тоне не было ни капли язвительности или насмешки, только любопытство.

Оберон моргнул и слегка прищурился, словно только в этот момент заметил, что у него на переносице очки с овальной оправой.

— Нет, — пробормотал он, торопливо снимая их.

Это какой-то театр абсурда. Во-первых, потому что Оберон замялся — впервые на моей памяти высокомерный фей выглядел настолько неуверенным в себе. Во-вторых, потому что очевидно, что очки ему нужны.

Веледа кивнула.

— Понятно, — пожала она плечами и указала на очки, которые Оберон сжимал в кулаке. — Они тебе к лицу. Что читаешь?

Пока фей, напоминающий ребёнка, которого только что отчитал учитель, открывал и закрывал рот, ничего не говоря, я подумала, не стоит ли мне убежать и предупредить кого-нибудь о том, что происходит. Что бы это ни было.

В последний раз, когда эти двое стояли так близко друг к другу, Веледа ударила его коленом в пах.

Она тяжело вздохнула.

— Ладно, Оберон, я не собираюсь больше нападать на тебя. Не пойми меня неправильно, ты это заслужил, и я не жалею. Теперь мы в расчёте.

К моему удивлению, фей бросил